Ночи проносились быстро. Кажется, их подгонял ветер, уносящий мириады снежинок вместе с еле держащимися за стрелки старинных часов минутами. Но солнце не спешило рассеивать хрупкий январский свет над лесом… но это и хорошо. Нам нужно было добираться до засидок в глубине хвойника затемно, чтобы зоркие глаза стражей леса не успели уловить лишние движения. Поход по снежным тропам предстоял быть предельно осторожным. Фонарь строго под ноги и на минимальной яркости, никаких лишних действий и главное – не оступиться. Далее заход в сарай-скрадок, быстрое размещение, прикручивание камеры к мини-штативу, надевание камуфлированного чехла на объектив и долгое ожидание...
Ожидание и первых проблесков снегоскребущего света, и возможного прилёта самых крупных и осторожных хищных птиц наших лесов: орлана-белохвоста и беркута. Нет и не могло быть никаких гарантий, но как вы уже догадалась, уважаемые читатели, всё сложилось более, чем удачно. Несмотря на сложнейшие погодные условия (-20 за бортом, косой пронзающий снег и почти вихревой ветер) – кадры вышли на мой скромный взгляд весьма художественными и небанальными. Далее с вашего позволения несколько зарисовок «картин», которые удалось не только увидеть, но, наверное, и прочувствовать.
Зарисовка 1. Ближе к вечеру снежный ливень начал усиливаться, видимость стремительно падала, белый шум накрывал лес – шуршание лавины иглоподобных снежинок покалывало морозом застывающий бор. Картина абсолютного погружения в буранную бездну. На большую ветвь уселись два орлана-белохвоста. Косой снег стегал перья птиц, холод набрасывался северо-западным ветром, но какая-то отрешенная невозмутимость исходила от двух пернатых охотников. Они сидели не двигаясь, лишь изредка посматривая по сторонам. Синяя мгла нарастала, контуры птиц исчезали в пурге, но они продолжали созерцать монотонные медленные шаги суровой зимы. Через какое-то время силуэты исчезли также незаметно, как и появились, а лес окончательно утонул в снегопаде и сумеречной мгле.
Зарисовка 2. Сквозь беспощадный сумеречный шторм смотрят синие глаза зимы. На ресницах заледенел снег – при каждом моргании поднимается новый вихрь – он осыпает давно застывший белый ковёр снова и снова. Посланники вьюги прилетают сюда из тёмных окон упавшего неба. Они кажутся миражами, отражением снежных иллюзий и призраками вдыхающего морозной смолой бора. Позёмка штрихует контур могучего беркута. Лес щетинится, поднимает свои перья. Сползает вечер, он сливается с монолитным снегопадом в единое целое. Ветер несёт свои стрелы параллельно земле. Сочится хищный холод. Лес скрывается в ледяных ладонях метели. Апофеоз зимы.
Несколько слов о процессе съёмки. Засидка представляет из себя уютно встроенный небольшой низкий сарайчик где-то в глубине леса с видом на поляну, где есть старые деревья, годами используемые птицами в качестве укромной присады. Выпрямиться в полный рост в лесном сарае нельзя, окон нет – есть только «бойницы» для объектива камеры. Шуметь – ни в коей мере, ёрзать нежелательно, любой лишний звук может быть услышан за несколько километров.
Высидеть в засидке 9 часов можно без особых проблем и сильных неудобств. К сожалению, я мерзляк и для меня первоочередным принципом любой поездки является грамотный подбор одежды, чтобы всегда быть в тепле и комфорте. В этот раз идеально угадал. Но здесь не было ветра и, когда становилось прохладно – была возможность включить небольшой газовый обогреватель – погреться. Отсутствие возможности двигаться и прямо стоять на протяжение почти полусуток меня ни разу не смутило, тем более постоянный приток лёгкого адреналина не давал скучать – нужно было периодически проверять в видоискателе камеры – нет ли на горизонте пернатых. Когда птица прилетала и усаживалась на удобную старую ветвь – радости не было предела, оставалось только ловить момент и ни в коем случае не ронять ни звука. Благо современные беззеркальные камеры имеют полностью бесшумный режим съёмки и щелчки затвора не нарушали тишину и покой лесной зимней колыбели.
В завершении повествования о поездки в Беларусь хотелось бы сказать несколько слов о радушии, доброте и абсолютном профессионализме принимающей стороны. Конечно, с учётом того, что часто съёмки проходили стационарно, а передвигаться между точками чаще приходилось на специальном вездеходном транспорте – нагрузки было мало, приходилось каждый день начинать с мощной зарядки, а также находить окна для занятий с гантелями (нет, я их, конечно, с собой не привёз, всё было в доме) – иначе вкуснейшая высококалорийная белорусская еда не оставила бы шансов немного не округлеть к концу поездки.
Про природу я сказал много, осознано стараясь дать этой серии художественный акцент. Глубокое погружение в зимнее сердце леса. Здесь я смог увидеть больше, чем ожидал. Прочувствовать пульс спящего бора, услышать осторожные шаги белокурой красавицы с сапфировыми глазами, исчезающую где-то среды занесённых снегом стволами старых деревьев и появляющуюся вновь в каскадном потоке вихрей, вырывающихся из сиреневого неба. Безмолвная философия. Хрупкие эмоции. И неизбежная, глубокая, уносящая куда-то в бесконечную белую даль красота. Есть места, которые забираются в самые дальние комнаты сердца, устраиваются там в уютном кресле, сворачиваются пушистым котом и, мурча, засыпают, оставляя не только тёплые воспоминания, но и желание вернуться сюда снова. Что я обязательно и постараюсь реализовать в будущем. Надеюсь, эта серия пришлась вам по душе, дорогие читатели, до новых встреч!
Спасибо за доброе внимание! Всегда рад Вашим комментариям!
С Вами был фотограф природы Михаил Ездаков