Минпромторг хочет запретить предпринимателям продавать продукты питания через маркетплейсы. Таким образом прямой мостик между продавцом и покупателем окажется разрушен. Тысячи мелких продавцов разорятся, а покупатели, особенно из отдалённых посёлков, останутся без нужного товара. В выигрыше останутся торговые сети — ради них и стараются чиновники правительства.
В Нацмодели торговли, разрабатываемой Минпромторгом, заложен запрет для предпринимателей на прямую продажу продуктов питания через маркетплейсы. Вместо этого онлайн-платформы должны будут выкупать товар у производителей и реализовывать его от своего имени — по модели, установленной для офлайн-сетей законом «Об основах госрегулирования торговой деятельности». Эта инициатива легла в основу обращения отраслевых ассоциаций к правительству.
Ирония ситуации в том, что торговые сети, годами выстраивавшие систему, где мелкий производитель платит за право попасть на полку десятки тысяч рублей «входных», внезапно обнаружили в себе апостолов справедливости. Исполнительный директор «Руспродсоюза» Дмитрий Востриков, председатель президиума АКОРТ Станислав Богданов и представители дюжины отраслевых союзов — все эти структуры, тесно переплетённые с интересами крупнейших ритейлеров, — в едином порыве потребовали от вице-премьера Дмитрия Григоренко приравнять цифровые платформы к традиционным сетям. Их аргументация строится на формальной логике: раз сети обязаны выкупать товар, то и маркетплейсы должны нести аналогичные обязательства. Но за этой юридической ширмой скрывается голая экономическая правда — офлайн-ритейл терпит стратегическое поражение в борьбе за потребителя, и вместо модернизации собственной устаревшей модели предпочитает добить конкурента административным рычагом.
Авторы письма требуют приравнять маркетплейсы к торговым сетям и запретить им работать по комиссионной модели. В обосновании — обвинения в демпинге. Вот прямая цитата из обращения:
«Данная практика является демпингом для захвата рынка потребительских товаров: спрос перетекает в онлайн, малый и средний офлайн-бизнес закрывается, у селлеров растет финансовая нагрузка, а отсутствие контроля над ценой лишает их возможности управлять маркетинговой стратегией и брендом. В долгосрочной перспективе это ведет к монополизации рынка, усилению давления на поставщиков при определении цен на товары, зависимости потребителей от платформ и последующему росту цен».
При этом авторы обращения молчат о том, что для мелкого производителя попасть на полки сетей — задача непосильная. Минимальные объёмы отгрузки начинаются от 5–10 тонн в месяц, «входные» за позицию — от 50 до 300 тысяч рублей. А сети при этом годами задерживают оплату, возвращают товар по формальным претензиям и вычитают ритейл-скидки до 25%. Никаких предложений ужесточить контроль за этими практиками в письме нет.
Представитель Ozon предупредил: более 48 000 продавцов продовольствия на площадке — преимущественно малый и средний бизнес. Для них маркетплейсы — единственный жизнеспособный канал сбыта. Запрет прямых продаж означает банкротство.
Депутат Госдумы Михаил Делягин назвал инициативу попыткой спасти умирающую бизнес-модель сетей за счёт населения:
«Полемика вокруг предложения торговых сетей „уравнять" торговые правила для маркетплейсов — это не про справедливую конкуренцию, а про попытку решить собственные проблемы терпящей поражение из-за устарелости бизнес-модели торговых сетей за счет потребителя и малого бизнеса».
По его словам, маркетплейсы стали для региональных производителей «реальным лифтом», обеспечивая доступ к рынку и развитие регионов. Уничтожение этого механизма — удар по среднему классу и продовольственной доступности.
Особую остроту придаёт география. В 73% сельских населённых пунктов России нет ни одного продуктового магазина. Жители закупают детское питание, крупы, консервы на маркетплейсах. При переходе на модель выкупа площадки перестанут продавать товары с длительным сроком хранения — они замораживают оборотные средства. Для закредитованных производителей потеря онлайн-канала означает крах.
"В результате под угрозой оказывается не только бизнес, но и сам и так обгрызенный кризисом средний класс как экономическая опора страны. И если такие решения будут приняты, речь пойдет уже о сознательном движении к экономическому тупику", — пытается доказать очевидное Делягин.
Чиновники и лоббисты сетей прикрываются лозунгами «защиты потребителя» и «продовольственной безопасности». На деле они защищают ренту олигархических структур, контролирующих 58% розничного рынка, и сознательно разрушают мост между региональным производителем и покупателем.
Когда в селе не останется ни магазина, ни возможности заказать детское питание через приложение — тогда станет ясно, чьи интересы отстаивает государство. Не народные — это точно.