На днях Европа показала свои крайне странные стандарты «демократии». В частности, Франция. Там, вслед за Австралией, одобрили запрет на социальные сети для детей младше 15 лет (в Австралии такое ограничение действует для лиц младше 16 лет).
Причина – зависимость детей и подростков от Интернета. А потому высказывались и соответствующие предложения, в том числе сделать интернет-платформы «менее привлекательными», например, путем переключения интерфейса в черно-белый режим после 30 минут пользования. В итоге власти страны решились на кардинальные меры (эффективность которых, впрочем, многими ставится под сомнение).
Казалось бы, прекрасная инициатива, забота о подрастающем поколении, все дела… Но тут вспоминаем про то, что во Франции (и, к слову, в Австралии тоже, хоть пока и не во всех штатах) разрешено.
А это – операции по смене пола*, причём с 14 лет (с согласия родителей). В Австралии — с 16 лет. То есть засиживаться в соцсети ты не можешь, а превратиться из мальчика в девочку – пожалуйста.
Так где проходит тонкая грань между западной «защитой детей» и их «правом на самостоятельность»?
Возьмём другие примеры. Сексуальное воспитание является официальной частью образовательной политики ряда стран Европы и США, а занятия по данному «предмету» должны посещаться в обязательном порядке. Так, в Германии за отказ школьников от посещения уроков о «половом воспитании» предусматривается уголовная ответственность для родителей. В той же Франции нетрадиционная пропаганда, изначально «ограниченная» рамками университетов, добралась и до школ. С 2022 года учителя и различные ассоциации стали активно участвовать в идеологической обработке учащихся «во имя равенства и разнообразия» с одобрения министерства национального образования.
Проблема самоидентификации, с которой сталкивается ребенок в условиях агрессивной гендерной пропаганды, нередко не ограничивается лишь его внешним самовыражением, а доходит до начала гормональной терапии и пластических операций. Очевидно, что несовершеннолетний не может в полной мере просчитать все последствия столь серьезного решения, а потому многие дети фактически разрушают свои жизни, становясь жертвами трансформирующей сознание гендерной теории. Родители про «планы» ребенка могут при этом даже не знать, т.к. многие учителя считают нормальным не уведомлять их, «защищая интересы детей».
Умышленная пропаганда нетрадиционной сексуальной ориентации среди детей и молодежи постепенно дала свои деструктивные плоды. В США она началась раньше и проводилась агрессивнее, а результаты такие: еще в 2021 году опрос Gallup, в котором приняли участие 15 тысяч респондентов, показал, что среди поколения «беби-бумеров» (1946–1964 годы рождения) сторонников ЛГБТ около 2%, а среди поколения «зуммеров» (1997–2002 годы рождения) – более 15%. При этом количество «зуммеров» нетрадиционной ориентации увеличилось практически вдвое с 2017 года. Другой опрос Gallup лишь подтвердил, что гей-сообщество уже перешло из разряда аутсайдеров в мейнстрим: 70% американцев (55% республиканцев и 83% демократов) поддерживают гей-браки.
Ситуация несколько изменилась с приходом к власти Трампа. Он, в частности, сразу же заявил, что есть только два пола – мужской и женский, прикрыл управления «разнообразия, равенства и инклюзивности» в различных ведомствах, начал «трясти» армию на предмет «нетрадиционных» военнослужащих и запретил федеральное финансирование медицинских процедур по изменению пола у несовершеннолетних.
Шаги, конечно, правильные, но вопрос в том, насколько долго они будут реализовываться. Ведь, как показывает практика, политика при разных президентах изменчива, а вот «нетрадиционная культура» весьма глубоко запустила свои щупальца.
* Движение ЛГБТ признано в России экстремистским и запрещено.