Сегодня в "Октябрьской Магистрали" вышел текстик про один из экспонатов лучшего технического музея мира. Кому лень тыкать в ссылку, милости прошу почитать прямо здесь.
Продолжаем знакомить читателей с экспонатами Музея железных дорог России. Сейчас, когда на дворе полно снега, самое время вспомнить о том, как выполнялась очистка путей от снега в былые времена.
Технология очистки была проста – никаких роторных снегоочистителей и прочих чудес. Банально сгрести снег в сторону плугом – отсюда и название – плуговой снегоочиститель. Экспонат, на который мы сегодня взглянем – это снегоочиститель системы ЦУМЗ. Аббревиатура означает «Центральное управление машиностроительных заводов». Построена машина на машиностроительном заводе в Туле в 1951-м году.
Хотя слово «машина» к снегоочистителю вряд ли применимо. Это несамоходный подвижной состав, приводимый в движение локомотивом. «Прототипом нынешней модели послужили снегоочистители систем Бьёрка и Бурковского, на которых остановилось Управление железных дорог в результате конкурса по закупке снегоочистителей для казенных железных дорог, проведенного в конце девятисотых годов – рассказал старший научный сотрудник музея Андрей Калёнов, который стал моим гидом по экспонату. – Первая партия снегоочистителей Бьёрка для казённых железных дорог была заказана в Мытищах в 1908-м году. Самое главное принципиальное отличие снегоочистителя системы ЦУМЗ от предшественников – это наличие пневматического привода крыльев, раньше это была чистая механика с ручным приведением в действие через систему винтов и противовесов. Здесь механика тоже была, но лишь в качестве резервной системы».
Представили? Это вам не ручную стрелку перекинуть – размах крыльев здесь 5,1 метра. Из других технических характеристик: ширина полосы, очищаемой от снега при закрытых крыльях – 2,4 метра. Толщина слоя – один метр. Конструкция ножей обеспечивает очистку снега ниже уровня головки рельсов на 50 мм. Модель, представленная в музее, предназначена для работы на двухпутных перегонах – плуг сдвигает снег только в одну сторону. Для однопутных перегонов выпускалась модель с клинообразным плугом.
Проведя краткий курс по истории появления снегоочистителя на свет, мой гид приглашает осмотреть экспонат. Надев историческую фуражку, Андрей Владимирович становится похож на железнодорожника откуда-то из глубин истории. Наверное, все работники музея себя таковыми и ощущают – без чувства причастности, любви к железнодорожной истории работать здесь было бы невозможно. Современный мобильный телефон в его руках кажется каким-то чужеродным предметом.
Открываем навесной замок, но зайти внутрь не спешим. Дело в том, что в музее пока не нашли ответа на вопрос, каков был способ запитки резервуаров сжатым воздухом. Очевидное решение – от питательной сети локомотива. Залезаю под кузов – следов трубопровода питательной магистрали и концевых кранов нет. От компрессорной установки? С этим вопросом и поднимаемся, наконец, в чрево необычного вагона.
Запах истории – это первое и самое сильное впечатление. Несмотря на проведенную в музее реставрацию, «нутро» не тронуто – оно не является предметом экспонирования. Нынешний экспонат выведен из работы не позднее 1987-го года, именно тогда он был в числе техники, переданной Центральному музею ОЖД для участия в выставке к 150-летию отечественных железных дорог. В экспозиции совсем недавно, с сентября 2025-го. Ждал своего часа на фондовой площадке в Шушарах. Единица подвижного состава передана из дистанции пути на станции Приозерск.
Осматриваемся. Видно, что перед передачей в музей снегоочиститель был обычным складом. Центральное помещение, и две треугольных кабины. Наверное, когда-то в кабинах были какие-то сиденья. По центру – манометр и три крана для управления крыльями. Аскетично.
Но что же с источником сжатого воздуха? Никаких следов компрессорной установки нет. Неужели запитывались воздухом от тормозной магистрали, на остановке, с последующим ее отключением? Мой гид обещает рано или поздно разобраться с этим вопросом, а мы продолжаем знакомиться с недоступной для посетителей частью экспоната – его чревом. На одной боковой стене и части потолка сохранились листы железа – в этом месте, поясняет Андрей Калёнов, должна быть печка-буржуйка. Полка под инструмент или оборудование, крючки для одежды, совсем маленькие окошки…
На стене обнаруживаем документ, проливающий свет на историю снегоочистеля до попадания в Приозерск. Это – выписка из ТРА станции… Окуловка! Вот где трудилась машина! В выписке – нормы закрепления вагонов по станциям Поддубье, Кулотино, Котово. И дата – «26.12.86г.». Выходит, в Приозерске наш вагончик проработал (или простоял складом?) совсем недолго.
Такие вот музейные и журналистские открытия.
***
Затея с музейными экспонатами - очень классная. Прикоснуться к истокам, увидеть то, чего не видят посетители. Здорово. Приоткрою тайну: план по экспонатам расписан до конца года.