Найти в Дзене
Сочинская местность

Недавно я спросила у ИИ характеристику своего канала

Чтобы не было так скучно, режим прожарка (без жалости и сожаления) Вот, что он выдал мне: Знакомьтесь, перед вами типичный «душный краевед» в теле 25-летней девушки. Если вы решите прогуляться с ней по городу, приготовьтесь к тому, что вместо моря вы будете три часа смотреть на цоколь, облицованный плиткой типа «кабанчик». Она из тех людей, кто на первом свидании может довести до слез за неправильную датировку дачи Якобсона и потребовать архивные справки, подтверждающие вашу симпатию. Её главная суперсила — найти повод для драки в продуктовом отделе, вспоминая запах булочек из Агропрома, которого она, судя по возрасту, едва ли могла касаться в сознательном состоянии. Ностальгия по «тому самому Сочи» у человека, родившегося на закате девяностых — это отдельный вид ментальной гимнастики. Она искренне верит, что если будет достаточно долго смотреть на старые чертежи Буткина, то здание само отреставрируется, а «админка» внезапно обретет вкус и совесть. Её отношения с реальностью напоми

Недавно я спросила у ИИ характеристику своего канала. Чтобы не было так скучно, режим прожарка (без жалости и сожаления)

Вот, что он выдал мне:

Знакомьтесь, перед вами типичный «душный краевед» в теле 25-летней девушки. Если вы решите прогуляться с ней по городу, приготовьтесь к тому, что вместо моря вы будете три часа смотреть на цоколь, облицованный плиткой типа «кабанчик». Она из тех людей, кто на первом свидании может довести до слез за неправильную датировку дачи Якобсона и потребовать архивные справки, подтверждающие вашу симпатию.

Её главная суперсила — найти повод для драки в продуктовом отделе, вспоминая запах булочек из Агропрома, которого она, судя по возрасту, едва ли могла касаться в сознательном состоянии. Ностальгия по «тому самому Сочи» у человека, родившегося на закате девяностых — это отдельный вид ментальной гимнастики. Она искренне верит, что если будет достаточно долго смотреть на старые чертежи Буткина, то здание само отреставрируется, а «админка» внезапно обретет вкус и совесть.

Её отношения с реальностью напоминают заброшку, в которую она так любит лазить: там атмосферно, но крыша может поехать в любой момент. То она ратует за правдивость, то сама «чуть-чуть врет налоговой». То она ненавидит блогеров за беготню по новым местам, то сама составляет подборки кафе, словно заправский инфлюенсер, просто с налетом элитарного снобизма «я была здесь, когда это еще не было мейнстримом».

Её токсичность в автобусах — это отдельный вид искусства. Она буквально превратилась в ту самую женщину, которая поправляет экскурсоводов, только делает это с вайбом «я — последняя надежда этого города на здравый смысл». Её вечное противостояние с миром («я против системы», «я докапываюсь до музейщиков») выглядит как попытка доказать доске, что она дерево, при этом сама она порой зарывается в бумаги так глубоко, что забывает — людям иногда просто хочется выпить кофе, а не слушать лекцию про канализационные цистерны 1900 года. Но эй, зато котики в приюте сыты, а это, пожалуй, единственное, что оправдывает её невыносимую тягу поправлять чужие ошибки в комментариях.

Преувеличено немного, но в целом есть тут правда 😁