В новом интервью для программы «Q» на канадском радио CBC Radio One лидер группы GHOST Тобиас Форге рассказал о том, как он исполнял композицию QUEEN «Bohemian Rhapsody» на церемонии вручения Polar Music Prize в прошлом году. Церемония, на которой награды вручили рок-группе QUEEN, американскому джазовому музыканту Херби Хэнкоку и канадской вокалистке и дирижёру Барбаре Ханниган, состоялась в мае 2025 года в Grand Hôtel в Стокгольме и транслировалась в прямом эфире по шведскому телеканалу TV4. Вместе с Форге на сцене выступили гитарист OPETH Фредрик Окессон и ERIC ERICSONS KAMMARKÖR (камерный хор Эрика Эриксона). На вопрос, что он испытывал во время исполнения песни QUEEN перед участниками группы, Форге ответил: «Было очень сложно. Мы исполнили несколько песен, которые не следовало исполнять. [Смеётся]». Насчёт того, как его пригласили выступить на прошлогодней церемонии Polar Music Prize, Форге сказал: «Мы уже выступали на Polar Music Prize один раз [когда METALLICA получила премию в
В новом интервью для программы «Q» на канадском радио CBC Radio One лидер группы GHOST Тобиас Форге рассказал о том, как он исполнял композицию QUEEN «Bohemian Rhapsody» на церемонии вручения Polar Music Prize в прошлом году. Церемония, на которой награды вручили рок-группе QUEEN, американскому джазовому музыканту Херби Хэнкоку и канадской вокалистке и дирижёру Барбаре Ханниган, состоялась в мае 2025 года в Grand Hôtel в Стокгольме и транслировалась в прямом эфире по шведскому телеканалу TV4. Вместе с Форге на сцене выступили гитарист OPETH Фредрик Окессон и ERIC ERICSONS KAMMARKÖR (камерный хор Эрика Эриксона). На вопрос, что он испытывал во время исполнения песни QUEEN перед участниками группы, Форге ответил:
«Было очень сложно. Мы исполнили несколько песен, которые не следовало исполнять. [Смеётся]».
Насчёт того, как его пригласили выступить на прошлогодней церемонии Polar Music Prize, Форге сказал:
«Мы уже выступали на Polar Music Prize один раз [когда METALLICA получила премию в 2018 году], и поэтому Мари [Ледин, управляющий директор Polar Music Prize и дочь основателя премии, менеджера ABBA Стига «Стиккана» Андерсона], которая является важной фигурой, главным лицом в комитете Polar Music Prize, а также её представителем, именно она обратилась ко мне в первый раз. Она сказала: "Ты дружишь с METALLICA, верно?" — "Да". — "Они получат премию". — "О, отлично". — "Хочешь выступить?" — "Конечно. Нет. Что? Да. Конечно. Я хочу быть там. Я хочу отдать дань уважения, но что ты хочешь, чтобы мы сделали?" А она ответила: "Я хочу, чтобы вы сыграли "Enter Sandman". Это одна из тех песен, которые не хочется исполнять, потому что она как "Ace Of Spades" MOTÖRHEAD, она как "Smoke On The Water" DEEP PURPLE. Это одна из тех песен, которые не хочется играть, потому что она одна из самых исполняемых, самых известных песен. Все её знают. Все могут напевать её. И тогда я сказал: "Я хочу переработать её и сделать другую версию". И это получилось довольно круто. А позже она приобрела значение, выходящее далеко за рамки этой церемонии награждения. Но на этот раз она задала тот же вопрос. Она сказала: "QUEEN получат награду. Я хочу, чтобы вы исполнили эту песню, и я хочу, чтобы это было что-то грандиозное". Я ответил: "Чёрт, я не хочу этого делать. Я не хочу исполнять эту песню". Я хороший певец в своей группе. Но я не Фредди Меркьюри, это очевидно, но есть такие певцы, которые могут петь в любой группе, потому что они крутые вокалисты. Я не такой. Я крутой певец в GHOST. Вот что я умею. Если ты хочешь, чтобы я исполнял бэк-вокал в STRANGLERS, — запросто. Но нужно было просто принять это как взрослый человек и сделать это».
О том, каково было выступать на сцене перед участниками QUEEN, Форге сказал:
«Во-первых, в дни, предшествовавшие этому, я был в туре. Так что у нас было не так много времени на репетиции. Мы выступали с Фредриком, моим другом из OPETH, он играл на гитаре... Я пригласил его, потому что хотел, чтобы там был кто-то из моего прошлого и является моим другом. И он должен был исполнять роль Брайана Мэя. Мы не играли эту песню вместе. И часто так происходит, когда ты играешь кавер, особенно если это более сложная песня — эта песня не суперсложная, если ты исполняешь только одну часть. Сложность заключается в том, чтобы соединить все части воедино и сыграть их как одно целое — тогда это становится по-настоящему сложным, потому что нужно считать, и нужно внимательно, почти как акробат, вернуться в прошлое и задуматься: "О чём они думали в этот момент? Почему они так сделали? И почему они всегда включали оперную часть в трек?" Теперь я понимаю, почему. Потому что если ты исполняешь балладу, рок-композицию и финал, то всё хорошо — счастью нет предела. Но если ты исполняешь всё от начала до конца, то получается чертовски длинный трек. Но у нас был хор [Eric Ericson Chamber], и они профессионалы, очень хорошие ребята. И группа действительно проделала отличную работу, чтобы расшифровать всё и сыграть со свингом. Итак, подытожу: пришлось как следует пораскинуть мозгами, нужно было запомнить всё. Не только слова, но да, и слова тоже. Забавно, что я не знаю, сколько раз я пел эту песню. Всегда есть вещи, о которых ты думаешь: "Что сказано в тексте? Я этого не знал"».