Из всех, кому когда-либо присваивали титул пятый битл, никто не имел такого реального влияния на группу, как Джордж Мартин
Некоторые музыканты играли с THE BEATLES даже не один раз, как например, Билли Престон или Пит Бест, но на протяжении всей карьеры группы не было никого столь же энергичного и готового постоянно предлагать новые идеи, как их продюсер, который занимался аранжировками. Он сразу увидел потенциал в этих энергичных парнях из Ливерпуля, но это вовсе не означало, что он с одобрением относился ко всему, что они предлагали.
С самого начала их совместного сотрудничества встречались песни, которые Мартин не хотел принимать всерьёз, считая их слишком шаблонными. Please Please Me стала хитом в их исполнении, но если бы Мартин не предложил несколько ускорить темп, она осталась бы в той изначальной версии в стиле Роя Орбисона и, скорее всего, не добилась бы такого успеха.
Многое изменилось, когда они начали работать над Rubber Soul, студия Abbey Road превратилась в настоящую мастерскую по написанию песен. Джон Леннон и Пол Маккартни приходили сюда с новыми мелодиями, но теперь они уже не хотели следовать традиционным песенным структурам, намереваясь всё больше и больше экспериментировать, а Мартин стал их подопытным кроликом, от которого требовалось воплощать всё, что им вздумается. Они хотели задействовать гобой, и Мартин уже точно знал, что написать для него, они приходили к нему с более редкими инструментами, как например ситар, и он с удовольствием работал с ним во время записи Norwegian Wood.
Всё это означало по сути упразднение устоявшихся представлений о том, какой должна быть поп-песня. Никто раньше не думал о создании мелодии, подобной Tomorrow Never Knows, в которой использован всего один аккорд, но после того, как Леннон поделился своей новой идеей с остальными участниками группы, они включились в работу, пока не превратили песню в одно из самых прогрессивных психоделических произведений 1960-х.
Апогеем их экспериментального периода безусловно стала Strawberry Fields Forever, но у Мартина были всё-таки определенные пределы, когда дело доходило до всё более изощрённых экспериментов с новым звучанием.
Magical Mystery Tour стал в их карьере одним из самых больших отходов от любых норм, и не все песни альбома были однозначно удачными. Здесь можно услышать такие шедевры, как The Fool on the Hill
и Blue Jay Way Джорджа Харрисона.
Но, например, Flying, явно не совсем соответствовала тому направлению, на которое Мартин рассчитывал, когда ещё только начинал работать с ними.
Он достаточно долго терпел это, чувствуя, что их погружение в психоделическое звучание стало началом отступления от всего привычного: «Каждый трек приносил новый поворот, но это в значительной степени поддерживало их карьеру. Хотя иногда, ближе к финалу существования группы, мне казалось, что они немного ленились. Во время записи Magical Mystery Tour были моменты, когда они уж совсем сходили с ума, и всё это начинало казаться бессмысленным».
Это вовсе не означает, что экспериментальный подход не мог привести их к совершенно блестящим результатам. I Am the Walrus - вот прекрасный пример того, как казалось бы случайные звуки соединяются вместе и образуют нечто гениальное.
Понятно, что Леннон хотел отказаться от привычных структур поп-песен, и нетрудно понять, почему в итоге стали возникать конфликты, когда некоторое время спустя BEATLES начали работу над «Белым альбомом».
Ливерпульский квартет уже постепенно отходил от стиля продюсирования Мартина, но даже если и были моменты, когда они, по мнению продюсера, немного ленились, это необязательно было недостатком. Оригинальный EP Magical Mystery Tour звучал несколько шероховато, возможно не столь гладко, как они приучили уже своих слушателей, но когда подобные эксперименты приводят к появлению таких песен, как I Am The Walrus, становится понятно, что новый подход стоит того.