О солдатах вермахта часто говорят как о железной машине, способной воевать без усталости и сбоев. Но за внешней дисциплиной скрывалась другая реальность. Шнапс, таблетки первитина, бессонные марши и искусственно поддерживаемая бодрость стали частью фронтового быта. Чем на самом деле расплачивались немецкие солдаты за такую «выносливость» — и к каким последствиям это привело?
Понятие «фронтовые сто грамм» прочно связано с историей Красной армии. Эта мера официально применялась как средство поддержки бойцов в условиях холода, усталости и постоянного напряжения. Подобная практика существовала и в дореволюционной русской армии, и в войсках других государств. Однако в отношении вермахта ситуация выглядела иначе.
*Автор предупреждает: алкоголь и наркотики несут непоправимый вред здоровью. Статья написана в информационных целях.
В германской армии не существовало утверждённой нормы выдачи алкоголя. Адольф Гитлер придерживался строгого трезвенничества и не употреблял спиртное. Он считал алкоголь вредным для дисциплины и боеспособности, поэтому официально не поощрял его использование в войсках.
Формально гитлеровцы должны были обходиться без спиртных напитков. Однако на практике эта установка выполнялась далеко не всегда. Большинство офицеров не разделяли взглядов фюрера в полном объёме и не считали умеренное употребление алкоголя серьёзной проблемой. В результате шнапс регулярно присутствовал в армейских обозах.
Поставки спиртного не афишировались и не фиксировались в нормативных документах. Всё зависело от конкретного командира части. Одни разрешали выдачу чаще, другие ограничивали её редкими случаями. Именно поэтому точные размеры порций установить сложно. Основным источником информации остаются письма и воспоминания солдат.
В июле 1941 года рядовой Генрих Янзен писал домой, что в их подразделении «регулярно выдают по бутылке шнапса на троих». Он не уточнял периодичность, однако подчёркивал, что такая практика существовала. Это письмо стало для него последним — вскоре Янзен погиб.
В апреле 1942 года ефрейтор Эдвин Кнель упоминал уже более скромные нормы — по бутылке на семь человек. Он отмечал, что выдача происходила централизованно и по распоряжению командования.
Другие ветераны описывали ещё более ограниченный режим. Армин Шейдербауер вспоминал, что в его части шнапс выдавали только по воскресеньям. Если спиртное появлялось в будний день, это вызывало тревогу. Солдаты воспринимали такую выдачу как признак скорого боя.
В целом алкоголь в вермахте существовал в полулегальном режиме. Его не запрещали полностью, но и не узаконивали. Он оставался дополнительным средством снятия напряжения, находившимся на усмотрении командиров.
При этом распространённое представление о том, что немецкие солдаты массово употребляли спиртное перед боем, не подтверждается свидетельствами фронтовиков. Опытные бойцы старались избегать этого. Они понимали, что в трезвом состоянии шансы выжить значительно выше. Со временем это правило закреплялось на уровне неформальной традиции. Новобранцы, не имевшие боевого опыта, иногда нарушали его. Однако после первых столкновений с реальностью войны большинство отказывалось от подобных экспериментов.
Факт-справка: в вермахте не существовало централизованной алкогольной нормы, в отличие от Красной армии, где выдача спиртного регулировалась приказами Ставки и Наркомата обороны.
Помимо алкоголя, в вермахте широко применялись фармакологические стимуляторы. Наиболее известным из них стал препарат первитин — синтетический метамфетамин, разработанный в Германии в конце 1930-х годов. Первоначально его рассматривали как средство против усталости и сонливости, способное повышать работоспособность солдат в экстремальных условиях.
Первитин
В первые годы войны первитин активно использовался при проведении быстрых наступательных операций. Во время кампании во Франции и в начальный период войны с СССР его применяли экипажи танков, водители, связисты и лётчики. Препарат позволял не спать по двое-трое суток подряд и сохранять видимую бодрость. Танкист Петер Эммерих вспоминал:
«Перед переходом советской границы нам выдали таблетки – их получили все, кто был за рулём. Сказали, что это для бодрости. Никакого опьянения я не чувствовал – просто долго не хотелось ни спать, ни есть. Да и отдыхать было некогда: приказ был один – идти вперёд любой ценой».
Идею применения первитина предложил Отто Ранке. После испытаний препарат в 1939 году утвердили для Вермахта. За годы войны компания «Кнолл» поставила в армию более 200 миллионов таблеток.
Поставки стимулятора осуществлялись централизованно через военную медицинскую службу. Таблетки входили в армейские аптечки и выдавались по распоряжению командиров и врачей. Использование первитина не считалось нарушением дисциплины и воспринималось как часть военной практики.
Однако довольно быстро стали проявляться побочные эффекты. После периода возбуждения наступало резкое истощение, появлялись раздражительность, депрессия и проблемы с концентрацией. У части военнослужащих формировалась зависимость. Врачи фиксировали рост числа нервных срывов и психических расстройств.
Последствия регулярного употребления первитина были тяжёлыми. У многих солдат развивалась зависимость, резкие перепады настроения, агрессия, паранойя, депрессия и нервные срывы. После окончания действия препарата наступало сильнейшее истощение: упадок сил, бессонница, дрожь, потеря концентрации. В долгосрочной перспективе фиксировались проблемы с сердцем, психикой и разрушение личности. К 1942–1943 годам командование всё чаще сталкивалось с «выгоревшими» бойцами, неспособными нормально воевать без стимуляторов.
Немецкий военный врач Otto Ranke в служебных отчётах указывал, что после приёма первитина у солдат быстро развивались «нервное истощение, резкие перепады настроения и потеря самоконтроля». Современный исследователь Norman Ohler, изучавший архивы Вермахта, писал:
«Первитин сначала создавал иллюзию сверхчеловеческой выносливости, но затем ломал психику и делал бойцов зависимыми».
В донесениях санитарной службы отмечались случаи галлюцинаций, потери ориентации и необоснованной агрессии. Это особенно опасно проявлялось в боевой обстановке. Командование начало ограничивать применение препарата и вводить более жёсткий контроль за его выдачей.
⚡Ещё материалы по этой статье можно читать в моём Телеграм-канале: https://t.me/two_wars
К 1942–1943 годам масштабы использования первитина были существенно сокращены. Его старались применять только в исключительных ситуациях, связанных с длительными маршами, окружениями и экстренными прорывами. Полного отказа от стимулятора при этом не произошло.
Многие гитлеровцы признавали, что первоначально воспринимали первитин как «чудо-таблетку», помогающую выжить в условиях перегрузки. Лишь со временем приходило понимание его разрушительного воздействия на организм.
Некоторые немцы сравнивали последствия приёма стимуляторов с тяжёлым похмельем, растянутым на несколько дней. После отмены препарата солдаты испытывали упадок сил, апатию и потерю мотивации. Это сказывалось на общей боеспособности подразделений.
Факт-справка: по данным немецких архивов, только в 1940 году вермахт получил более 35 миллионов таблеток первитина, что свидетельствует о его массовом применении в начальный период войны.
Опыт использования первитина в гитлеровской армии показывает, что ставка на фармакологическую поддержку не могла заменить нормальную организацию отдыха и сна. Она лишь отсрочивала истощение, делая его последствия более тяжёлыми.
Это Владимир «Две Войны». У меня есть Одноклассники, Телеграмм. Пишите своё мнение! Порадуйте меня лайком👍
А как Вы считаете, зачем немцам был нужен первитин?