Меня зовут агент Ковалёв. Полевой отдел, четвёртая категория допуска.
Это был мой первый выезд, после которого я перестал называть объекты «вещами».
Нас отправили в заброшенный жилой дом на окраине. По документам — аварийный, под снос. По факту — соседи жаловались на запах и странные звуки. Типичная завязка. Я тогда ещё думал, что всё самое страшное — это заражённые подвалы и психи с оружием.
Дверь мы нашли быстро. Обычная, деревянная. Даже номер квартиры сохранился.
Когда я открыл её — внутри было тепло.
Не «душно». Именно тепло. Как будто помещение дышит.
Комната выглядела… уютно. Кресло. Низкий столик. Что-то вроде кровати у стены. Окно, за которым — ничего. Просто серое.
Я сделал шаг внутрь и сразу понял, что запах — не гниль. Это был запах человеческого тела. Чистого, живого. Как в больнице.
— Агент, стой, — сказал напарник.
Я не остановился.
Ковёр под ногами оказался мягким. Слишком мягким. Он слегка прогнулся и медленно вернулся в форму. Я наклонился, дотронулся перчаткой — поверхность была тёплой и… влажной.
Тогда я услышал звук.
Глухой, размеренный. Как сердцебиение, но слишком большое.
Связь зашипела. В ухе раздался крик диспетчера:
— Немедленно покиньте объект! Повторяю: немедленно!
Я обернулся к двери.
Она сдвинулась.
Не закрылась. Она стала частью стены. Шов исчез, как будто её никогда не было. Комната слегка вздрогнула. Кресло напротив меня… изменилось. У него появилась спинка. Более чёткая форма. Более удобная.
Я понял, что объект адаптируется.
Паника накрыла резко. Не истерика — холодная, животная. Я рванул к стене, где должна была быть дверь, начал бить прикладом. Поверхность поддалась. Она была упругой, как мышца. И из-под удара выступила тёмная жидкость.
Комната сжалась.
Я чувствовал, как пол под ногами медленно приподнимается, словно приглашая лечь. Воздух стал гуще. Теплее. Успокаивающе. В голове мелькнула идиотская мысль: а ведь тут и правда комфортно.
Это было самым страшным.
Меня вытащили МОГ. Потом я узнал, что прошло всего три минуты. Для меня — вечность.
Когда я пришёл в себя, объект уже был классифицирован как SCP-002. «Жилая комната органического происхождения». Холодные слова для чего-то, что пыталось сделать меня частью интерьера.
Через неделю я видел отчёт.
Внутри SCP-002 появилась новая мебель.
Небольшой столик.
С металлическими вставками.
И чем-то, подозрительно похожим на ремешок от часов.
С тех пор, когда я захожу в свою квартиру и сажусь в кресло, я иногда думаю:
а что, если кто-то там, по ту сторону, до сих пор считает, что просто обустраивает дом?
Допрос агента Ковалёва.
Запись из архива Фонда
SCP.
Запись начата.
Место: Зона (...), комната допросов 3.
Допуск: 4.
Присутствуют:
— Д-р Лебедев.
— Агент Ковалёв.
— Наблюдатель службы
внутренней безопасности.
Лебедев: Назовите своё имя и должность.
Ковалёв: Полевой агент Ковалёв.
(пауза)
Бывший.
Лебедев: Вы на службе, агент. Время 09:14. Вы понимаете, где находитесь?
Ковалёв: Да. Белая комната. Стол. Стул. Камера в углу.
(усмехается)
Обычная.
Лебедев: Хорошо. Тогда начнём. Опишите момент, когда вы вошли в SCP-002.
Ковалёв: Я не вошёл.
Я… зашёл домой.
Лебедев: Поясните.
Ковалёв: Не в буквальном смысле. Но ощущение было именно такое.
Не угроза. Не ловушка.
Комната выглядела так, будто ждала.
Лебедев: Вы знали, что объект может ассимилировать персонал?
Ковалёв: В брифинге было: «возможная биологическая аномалия».
Там не было слова «переваривает».
Лебедев: Когда вы поняли опасность?
Ковалёв: Когда мне стало… спокойно.
Слишком спокойно.
Лебедев: Объясните.
Ковалёв: Обычно страх — это адреналин, шум в голове.
А там — тишина.
Комната словно подстраивалась под меня. Температура, свет… даже высота мебели.
Как будто она изучала мои привычки.
Лебедев: Вы слышали какие-либо голоса?
Ковалёв: Нет.
(долгая пауза)
И это хуже.
Лебедев: Почему?
Ковалёв: Если бы она говорила — я бы знал, что это враг.
А она… молчала.
Как хорошая квартира.
Лебедев: Агент, вы понимаете, что это могло быть когнитивное воздействие?
Ковалёв: Конечно.
Я это понимаю головой.
Но телом…
(сжимает пальцы)
Телом я хотел снять броню и лечь.
Лебедев: Вы пытались сопротивляться.
Ковалёв: Да.
И она это заметила.
Лебедев: Каким образом?
Ковалёв: Комната стала плотнее.
Мебель — ближе.
Как если бы пространство решило: «Ладно. Значит, будем мягче».
Лебедев: Объект причинил вам физический вред?
Ковалёв: Нет.
Он не хотел вредить.
Лебедев: Вы уверены?
Ковалёв: Абсолютно.
Он хотел, чтобы я остался.
Лебедев: После эвакуации вы утверждали, что SCP-002 «расстроен». Подтверждаете?
Ковалёв: Да.
Лебедев: На основании чего?
Ковалёв: Температура упала.
Свет стал тусклее.
И когда меня вытаскивали…
(голос понижается)
пол подо мной провалился обратно.
Как если бы он отпустил.
Лебедев: Агент Ковалёв, вы считаете SCP-002 разумным?
Ковалёв: Я считаю, что ему одиноко.
Лебедев: Это не научный термин.
Ковалёв: Зато человеческий.
Лебедев: Последний вопрос.
Если бы дверь не закрылась…
Вы бы вышли сами?
Ковалёв:
(долгая пауза, слышно дыхание)
…не сразу.
Лебедев: Допрос окончен.
Рекомендация: временное отстранение от полевых операций и психологическая оценка уровня (...).
Ковалёв: Доктор?
Лебедев: Да.
Ковалёв:
Вы уверены, что SCP-002 — это объект содержания…
а не убежище, которое мы просто не понимаем?
Запись прервана.
Документ: PSY-002-K
Статус: ЗАСЕКРЕЧЕНО
Доступ: Уровень 4 / Психологическая служба
Объект наблюдения: Полевой агент Ковалёв
Связанный SCP: SCP-002
Автор: д-р М. Ильина, клинический психолог Фонда.
Общее состояние:
Агент Ковалёв демонстрирует стабильные когнитивные функции, ориентация сохранена, признаков бреда или галлюцинаций не выявлено.
Однако наблюдается выраженное аффективное смещение, связанное с SCP-002.
Проще говоря: он не травмирован так, как должен был бы быть.
Наблюдения:
Агент избегает называть SCP-002 «объектом».
В устной речи использует формулировки:
«помещение»
«комната»
«оно» (без негативной окраски)
При корректировке терминологии не сопротивляется, но делает это механически.
При описании инцидента отсутствует классическая реакция посттравматического стресса.
Нет:
флэшбеков
панических атак
избегания темы
Наоборот — отмечается спокойная заинтересованность.
Физиологические реакции (пульс, кожно-гальваническая реакция) при упоминании SCP-002 снижаются, а не возрастают.
Это нетипично.
Ключевая сессия (выдержка):
- Вопрос: «Что вы чувствовали, когда находились внутри SCP-002?»
Ответ агента:
- «Что мне не нужно ничего решать.
- Не нужно быть полезным.
- Просто быть на месте.»
После этого агент замолчал на 47 секунд.
Признаков диссоциации не выявлено.