Алина открыла дверь и сразу поняла — в квартире скандал уже начался без неё.
— Ну что ты как чужая стоишь? — язвительно бросила Нина Петровна из кухни. — Проходи, хозяйка.
Алина молча разулась. Взгляд упал на чек, брошенный на тумбочку.
487 000 рублей. Меховой салон.
— Это что? — спокойно спросила она, хотя внутри всё уже кипело.
Дима резко повернулся.
— А ты как думаешь? Маме холодно! Ты же богатая!
— Богатая? — Алина медленно подняла глаза. — Или просто та, кто тащит всё на себе?
— Не начинай! — повысил голос Дима. — Ты зарабатываешь больше, значит должна помогать!
— Помогать — да. Содержать — нет.
Свекровь демонстративно вышла из кухни, закутанная в новую шубу.
— Вот она, благодарность, — трагично вздохнула Нина Петровна. — Я сына растила, ночей не спала, а ты теперь деньги считаешь!
— Я считаю не деньги, — резко ответила Алина. — Я считаю предательство.
Дима шагнул ближе.
— Ты эгоистка! У тебя сердце ледяное! Мама мёрзнет, а тебе жалко полмиллиона!
Алина рассмеялась. Громко. Резко.
— Полмиллиона? — она ткнула пальцем в чек. — Это наш первый взнос за квартиру, Дима. Или ты решил, что мы всегда будем жить втроём?
Лицо свекрови перекосилось.
— Ах вот как! Значит, ты меня на улицу выгоняешь?!
— Нет, — спокойно сказала Алина. — Это вы залезли в мой дом и мой кошелёк.
Дима сорвался:
— Тогда собирайся и уходи! Раз такая умная!
Алина медленно сняла кольцо и положила его на стол.
— С удовольствием. Только напомню: квартира оформлена на меня.
Так что уходить придётся не мне.
В комнате повисла мёртвая тишина.
Свекровь побледнела.
— Дима… ты же говорил…
— Я много чего говорил, — холодно перебила Алина. — Особенно когда вы делили мои деньги без моего согласия.
Она взяла сумку и направилась к двери.
— Ключи от моей квартиры — на стол. Быстро.
И впервые за долгое время Алина почувствовала не боль, а облегчение.