Накануне своего Дня Рождения, потомственная цирковая артистка Елизавета Павлова рассказала нашему ресурсу об истории своей династии, семье, хобби, и работе в разных жанрах.
— Елизавета, Вы — потомственная цирковая артистка, продолжатель династии акробатов Павловых, которая уходит корнями в дореволюционное время. Расскажите, пожалуйста, о своих родных, их цирковом пути.
— История моей семьи в цирке начинается с прадеда Семёна Филипповича Павлова, которого в пятилетнем возрасте родители отдали на ученичество в цирк Никитиных, в 1879 году. Сначала, как и многие дети, попавшие в цирк, он был мальчиком на побегушках, потом обучался цирковому делу. Затем начал выступать на манеже: был и акробатом, и клоуном, и жонглёром, и наездником.
Моя прабабушка, Евдокия Смирнова, также была отдана в детстве в цирк родителями. Выступала как жонглер и наездница. Позже, много работая, удалось накопить денег, чтобы открыть свой собственный цирк. Для этого они перебрались в Архангельск. В город приезжали и другие цирки, но они были временными. А цирк семьи Павловых был утепленным и мог работать круглый год. Так что его можно считать первым стационарным частным цирком в Архангельске. Первые представления состоялись в 1912 г. В программе принимали участие в основном члены семьи, но не только.
Чтобы завлечь зрителей, программу приходилось менять чуть ли не каждую неделю: проводили бенефисы, приглашали знаменитых артистов, в том числе иностранных, устраивали чемпионаты по французской борьбе.
В 1914 году прадед с сыновьями создали номер с подкидной доской. Постепенно в нём стали участвовать другие члены семьи. Подкидная доска в виде скамьи превращалась по ходу номера в качели. Артисты выходили в русских народных костюмах под звуки балалайки. Номер назывался «Гуляния в старой деревне». Надо сказать, что семья никогда не брала иностранных псевдонимов в угоду моде и работала под своей фамилией.
В 30-х годах в номере участвовало 10 человек: сыновья и дочери. А всего Евдокия Григорьевна (прабабушка) рожала 22 раза.
За более чем вековую историю, семья пережила много событий: Первая мировая война, когда Семён Филиппович ушел на фронт, Октябрьская революция, Гражданская война, смена власти, репрессии, всевозможные реорганизации отрасли… А после национализации цирков, в 1919 году, семья продолжала работать в государственной системе.
— У Вашего деда Виктора Павлова было много новаторских идей для работы в различных жанрах. Поведайте о самых необычных из них. Вам или вашим близким удалось что-то из этого воплотить в жизнь?
Пожалуй, одни из самых необычных идей, о которых знаю я, это номера «козел-эквилибрист на стульях» и «пингвины на коньках». По мнению деда, эти идеи были воплощаемы, благодаря природным данным этих животных.
Вообще, у него были разные идеи. Для самых интересных он прописывал сценарии, рисовал эскизы реквизита, прорабатывал схемы трюков. Некоторые из них, сохранены до сих пор.
Сейчас уже сложно ответить, что именно было реализовано, прошло слишком много времени.
— Расскажите, пожалуйста, историю создания авторского номера Вашей династии «Гигантские шаги».
— Надо сказать, что номер создавался в военные годы, в тяжёлое для всего цирка время. Александр и Павел Павловы (братья деда) ушли на фронт. Но семья продолжала работать и репетировать… В 1944 году, в цирке на Цветном бульваре моим дедом Виктором и его братом Николаем, при участии режиссёра Марка Соломоновича Местечкина, был создан большой новаторский номер «Акробаты на гигантских шагах».
«Гигантскими шагами» называли, когда-то, популярную народную забаву в Масленицу. Наверху деревянного столба укрепляли длинные веревки с петлями на нижних концах. В петлю вставляли одну ногу, и отталкиваясь другой, делали огромные шаги вокруг столба. Дед с братом взяли за основу эту забаву и дополнили ею номер с подкидными досками, создав большой аттракцион в традиционном, для нашей семьи, русском стиле. Костюмы были настоящими, зимними: валенки, косоворотки под пиджаками, тулупы… Можно только предположить, насколько это увеличивало нагрузку на акробатов. Номер был насыщен сложными прыжковыми, воздушно-акробатическими и гимнастическими трюками. В финале одного из братьев забрасывали на пятиметровый столб, и оттуда он прыгал без страховки на полотенца, растянутые над манежем партнерами. Аттракцион длился 12 минут.
— От деда Вы унаследовали талант к рисованию и к творчеству, в целом. Знаю, что он воплощается в рукоделии, а также моделировании и пошиве цирковых костюмов. Какой вид рукоделия Вам нравится больше всего?
— Сложно выделить любимый вид творчества, поскольку пробовала многое. Рукоделием занимаюсь с детства. В советском цирке дисциплина была очень строгая: категорически запрещалось бегать и играть во время представления, дети ждали родителей в гримёрках. Никаких гаджетов, в то время, не было, а занимать себя чем-то надо… Уже в пять лет, я начала вязать, позже вышивала, шила, но чаще всего рисовала. А так как, росла среди артистов, естественно, начала рисовать костюмы, а в дальнейшем перешла к пошиву. Все последние годы, это стало занимать значительную часть моего времени. Для меня это очень увлекательный процесс: от идеи и эскизов — до выхода на зрителя. Был опыт создания латинских костюмов, русских народных, классических, клоунских и даже косплей-костюмов. Но отдельная любовь – восточные костюмы. В них безграничный полёт фантазии и вдохновения.
А в принципе, любые свои «мечты» я могу сшить. (улыбается).
— Ваша мама Марина Павлова — первая женщина-жонглёр на роликах. Вы работали с ней в номере. Что было самым сложным в трюковом плане и каково это, когда родной человек за форгангом, становится руководителем в манеже?
— Кстати, мамин номер — и есть одна из реализованных идей деда!
Как одновременно жонглировать и ехать, никто не знал, поэтому приходилось много экспериментировать и репетировать. Многие не верили, что это вообще возможно: смотреть наверх и параллельно вниз, соединить совершенно разный темп работы рук и ног.
Мама начала работать этот номер в 1958 году, в Днепропетровске, в 18 лет. В начале 60-х, режиссёр Арнольд Григорьевич Арнольд начал работу над созданием первого коллектива на льду, куда ее пригласили. Со слов мамы, жонглировать на коньках на льду, оказалось проще, чем на роликах на треке. Ей предстояло обучить специфике жонглирования на коньках партнёров, проработать перекидки.
Этот опыт пригодился позже, когда она вводила в свой номер нас с сестрой. Каким-то жестким руководителем мама не была, скорее – наставник, у которого всегда можно получить ценный совет.
— В своё время, Вы сменили жонглирование на хулахупы и долгое время выступали в этом жанре. Каков Ваш личный рекорд по количеству обручей? Чей номер с хулахупами импонирует сегодня?
— Да, я отработала в этом жанре 17 лет. Максимально, в номере, разводила 9 обручей, репетировала 10 и 11.
Этот жанр работают по-разному. Кто-то делает акцент на фактуру и красоту, кто-то на гимнастику, кто-то на количество. Выделить кого-то, я считаю, было бы некорректно, но я остаюсь приверженцем того стиля, когда каждый обруч фиксируется в определенной зоне (9 обручей – 9 зон).
— Вы работали по контракту в разных странах мира. Какая из них, на Ваш взгляд, самая комфортная для гастролей русского артиста и почему?
— Среди десятка стран, в которых я работала (а в некоторых – и не по одному разу) больше понравился Тайвань. Там особенно тепло встречают артистов из России.
— В первых поездках в арабские страны Вы начали работать со змеями. Этот номер тогда особенно пользовался успехом. Да и сейчас, спустя много лет, к нему не теряет интереса публика и руководство цирков. Как Вы считаете, в чем секрет этого феномена?
— Впервые начала работать со змеями в 16 лет, на гастролях в Египте, где пользовался популярностью арабский национальный танец, в исполнении русских артисток. Преподавателей арабского танца и животных для номера предоставило руководство цирка. По возвращению домой, решила воспользоваться данным опытом и приобрела собственных змей, с которыми продолжаю работать по сей день.
Думаю, зрителя привлекают мистические качества, которые приписывают змеям испокон веков, и стереотипы о сверхъестественных способностях заклинателей змей. Но, на самом деле – это лишь знание природы поведения, физиологии и повадок рептилий. Дрессировать их бесполезно – можно только приручить.
— У Вас большой опыт выступлений в цирках-шапито. Расскажите, пожалуйста, о специфике такой работы как в нашей стране, так и за рубежом. Назовите основные тренды современных передвижных цирков.
— Сама по себе работа в шапито, или в стационарном цирке не сильно отличается. Разница в том, что в стационаре — более камерная атмосфера, а в шапито близость зрителя позволяет установить непосредственный контакт и раскрыть всю палитру эмоций. Работая в шапито за рубежом, я не ощутила разницы, ведь язык трюка интернационален, его понимают во всех странах, разве что ковёрным приходится подстраиваться под иной менталитет.
Основные тренды, как и всегда, — идти в ногу со временем. В условиях усиливающейся конкуренции, цирки-шапито выходят на новый уровень. Цирк — это «живое» искусство и, во всех отношениях, недешёвое мероприятие. Сейчас, наряду с программой, всё большую роль для зрителя играют комфортные залы, удобные кресла, профессиональная свето- и звуко-аппаратура, спецэффекты, декорации и костюмы.
— Когда Вы только начинали заниматься дрессурой собак, что стало главной неожиданностью в их поведении?
— Не секрет, что в цирке пудель – самая популярная порода. Но большинство номеров, которые я видела, за редким исключением, были типовыми, похожими друг на друга. Поэтому, открытием для меня стало, что пудели гораздо умнее, и способны на большее, чем просто кувыркаться и прыгать в кольцо.
— Как родилась идея создания номера «Собачий оркестр»? В чем его особенность?
— Первые щенки появились, когда младшей дочери был 1 год. Играя с ней вместе, собака случайно нажала лапой на детский синтезатор. Получилось закрепить это как трюк. Потом попробовали и другие детские музыкальные инструменты. Сначала это были отдельные, не связанные между собой трюки, а спустя год решили объединить их и сделать основой номера.
Я с детства любила сюжетные номера, поэтому мне хотелось сделать собак героями мини-спектакля. Придирчиво и кропотливо подбиралась музыка. Задача состояла не только в создании атмосферы, но и чтобы, собаки делали трюки в такт и попадали в акценты (что не всегда получалось). Порой приходилось наоборот — подгонять трюк под музыку.
Номер мы выпустили в 2016 году, но до сих пор продолжаем вносить корректировки и новые идеи. В теме оркестра огромный простор для полёта фантазии, но приходится сдерживать себя, чтобы оставаться в рамках цирковой концепции.
— Вместе с супругом, в 2021 году, Вы принимали участие в фестивале «Лучшие клоуны мира», проходившем в Большом Санкт-Петербургском Цирке. Расскажите о своих ощущениях от работы на одном манеже с именитыми артистами?
— Признаться честно, приглашение на этот фестиваль стало для нас приятной неожиданностью, было очень волнительно. Мы получили возможность не просто наблюдать за волшебством, но и быть внутри происходящего. Большое удовольствие работать среди артистов первой величины. Это очень заряжает и вдохновляет!
Огромным сюрпризом стало то, что итогами фестиваля жюри поставило всех участников на один уровень, вручив каждому Гран-При! Это был прекрасный праздник и большой опыт для нас.
— О выступлении на каких фестивалях и в цирковых программах Вы мечтаете?
— Нам, периодически, приходят приглашения на фестивали, особенно из Азии. Но, к сожалению, наш плотный график редко оставляет окно для таких возможностей: перестроить его, ради недельного фестиваля, бывает технически невозможно… А жаль, подобные фестивали обладают особой атмосферой! Там есть возможность пообщаться с коллегами, увидеть свежие идеи, почувствовать, куда движется современный цирк, самоутвердиться. Поэтому моя мечта, скорее — не какой-то конкретный фестиваль, а появление свободного времени для него. (улыбается)
— У Вас две дочери. Будет ли продолжение династии? Что скажете тем родителям, у которых дети выбрали свой путь, не имеющий отношения к семейной профессии?
Думаю, главное, что мы могли сделать — это передать детям знания, приучить к трудолюбию, ответственности и умению принимать решения. А дальше, хотим доверить им самим определить свой путь.
Старшая дочь выбрала другую профессию, не менее креативную и творческую: фотограф, дизайнер, маркетолог. Её жизнь с детства неразрывно связана с конным спортом. Она умеет жонглировать, крутить хулахупы — всё это осталось частью её внутреннего мира. После школы, поступила в колледж на графического дизайнера, а после выпуска, её сразу пригласили работать по специальности.
Младшая дочь тоже с детства в манеже: начала с хулахупов, сейчас уже разводит семь обручей. Ассистирует папе в клоунаде, незаменимый помощник с собаками.
Продолжит ли кто-то из них династию? Честно — мне бы этого очень хотелось! Но чему посвятить свою жизнь — решать им. И в этом, наверное, и есть главная ценность, чтобы ребёнок вырос свободным в выборе, но с прочными корнями. С тем, что передала ему семья.
8 февраля у Вас День рождения. Лучший вариант празднования для артиста цирка – это…?
…Семья, тёплые стены и ощущение, что сегодня ты не артист — ты просто дома.
Беседовала Ната Цирканутая.
Спасибо Михаилу Сухареву за помощь в подготовке интервью!
«Мир цирка» благодарит Елизавету за интервью и сердечно поздравляет с Днём рождения!