- Да я тебе говорю, что видел его! – продолжал стоять на своём Петрович. – Глаза его видел, понимаешь? Они прямо на меня смотрели. Вот сюда, - бывший участковый быстро поднес руку к своему горлу и слегка сжал пальцами. – Если бы Михалыч на тракторе мимо не проезжал, я бы сейчас с тобой не разговаривал.
Петрович прибежал к Олегу Дмитриевичу ближе к вечеру, и уже минут десять как пытался поведать ему историю про какого-то страшного зверя в лесу.
Олег Дмитриевич - человек опытный, и Петровича знает хорошо (причем не с самой лучшей стороны - были за ним некоторые грешки, в которых он пока еще не хотел признаваться), поэтому не очень-то ему хотелось слушать очередную байку.
Но и прогнать своего односельчанина со двора не мог - воспитание не позволяло.
- Значит, глаза, говоришь, видел? – усмехнулся егерь. – Волчьи? Или всё-таки собачьи?
- Да точно волчьи, - кивнул Петрович. – Желтые такие. И злые. Прям как у жены моей, Оксанки. Она у меня, знаешь, тоже вот так смотрит, когда я домой «на бровях прихожу». Такое, правда, редко бывает, но бывает, чего уж греха таить…
- Так может это жена за тобой в лесу и следила?
- Кто? Оксанка?! – удивленно спросил Петрович.
- Ну да. Ты же сам только что мне сказал, что видел глаза, как у неё. Может, приревновала тебя и теперь следит за каждым твоим шагом? А может, переживает, чтобы ты лишнего на грудь не принял? Ты же в полиции раньше работал, неужто таких случаев не было в твоей практике?
Петрович «завис» на несколько минут, пытаясь переварить то, что сказал ему Олег Дмитриевич.
А когда «отвис», сплюнул прямо себе под ноги со словами «тьфу ты!», нахмурился и посмотрел исподлобья на усмехающегося егеря.
Обиделся, стало быть.
Понял, что Олег Дмитриевич слова его всерьез не воспринимает. И вот как ему, Фоме неверующему, доказать?
- Да говорю же тебе, что я волка в лесу видел. Это точно волк, не собака. Собаке нечего там делать. Тем более в такое позднее время.
- Ну допустим. А ты мне вот объясни, Петрович, - задумчиво посмотрел на него Олег Дмитриевич. – Что ты в такое позднее время в лесу делал?
- Я? – испуганно заморгал бывший участковый. – Так я это… Ну… В общем, не спалось мне в ту ночь, вот и вышел прогуляться.
- В лес прогуляться? Ночью?
- Ну да, - кивнул Петрович. – А что такого? У нас же в лесу ни волков, ни медведей не водится. Зайцы в основном бегают да лисицы иногда попадаются. Ну и кабаны иногда в гости захаживают. Да что я тебе рассказываю, ты ведь сам лучше меня всё знаешь. Ты же егерь.
- Я уже без пяти минут бывший егерь… - вздохнул Олег Дмитриевич. – На днях меня на пенсию заслуженную отправят. Но ты прав, я ситуацию в лесу хорошо знаю. Кто есть, а кого – нет.
- Ну вот!
- А ещё я знаю, что кто-то из местных хулиганит в лесу: то капканы ставит, то петли. Ты случайно не в курсе, чьих это рук дело, Петрович? Ясно же, что это кто-то из «наших» в браконьеры подался.
- Я? Нет. Не в курсе, - быстро замотал головой Петрович. – Говорю же, не спалось мне просто, вот и вышел в лес прогуляться. Иду себе, значит, по лесу, никого не трогаю, а тут глаза эти желтые из кустов на меня пялятся. Желтые, злые и голодные... Ну вот почему ты мне не веришь, Дмитрыч? Я же правду тебе говорю! А ты только улыбаешься.
- Ладно, рассказывай давай свою байку, - махнул рукой Олег Дмитриевич. – Не отстанешь ведь.
- Короче, - обрадовался Петрович, что егерь согласился его выслушать, - я, когда эти глаза увидел, чуть Богу душу не отдал, честное слово. Стал понемногу пятиться к дороге, а глаза эти за мной идут. Преследуют, стало быть. Я на дорогу выскочил, а они уже из-за дерева на меня смотрят. А до дерева этого рукой подать. Два-три метра всего. Ну думаю: всё, конец мне. Даже перекрестился напоследок, хотя в Бога и не верую. А потом слышу, тарахтит кто-то по дороге. Я туда, а это Михалыч из соседней деревни со свадьбы возвращается. Вот уж точно чудо! Ну я к нему в кабину и запрыгнул.
- Вот как? Еще скажи, что он трезвый ехал, - заулыбался Олег Дмитриевич, который Михалыча не особо знал, но трезвым его никогда не видел. - Не страшно тебе было к нему в кабину лезть?
- Да пьяный он, конечно, был. В дрова, как говорится. Но в тот момент у меня выхода другого не было. Я просто подумал, что уж лучше в кювет угодить или в забор чей-то въехать, чем от волчьих зубов погибнуть. В общем, так вот до деревни с Божьей и Михалыча помощью и добрался. Живой и невредимый.
- А мне твоя Оксанка другое рассказывала. Говорила, что домой ты так и не добрался в ту ночь. Она тебя только под утро нашла. У Михалыча во дворе. С бутылкой в обнимку.
- Ну всё правильно. Выпили мы с ним немного. За здравие, как говорится. Сам понимаешь - такой стресс пережить. Ночь быстро пролетела - не заметил. А утром я домой пошел. Вместе с женой.
- Точнее она тебя домой повела. Ты ведь на ногах стоять не мог. Да и сейчас вон стоишь, качаешься.
- Ну да, повела. Но это неважно, Олег Дмитриевич. Я, как проснулся, как вспомнил, что вчера было, сразу решил, что нужно обязательно всё тебе рассказать. Ну чтобы ты меры принял. Волк в лесу - это не шутки, знаешь ли. И еще... Я же тебе самое главное не сказал. Мы, когда до поворота доехали – это примерно триста-четыреста метров от того места, где Михалыч меня подобрал, я повернулся на мгновение, а глаза эти, представляешь, до сих пор преследовали меня. Вот никогда не видел, чтобы волк за трактором бежал. Он же громких звуков боится. Так ведь?
- Скорее, просто не любит… - согласился егерь.
- Вот! А этот не испугался ни разу. У Михалыча трактор тарахтит так, что даже на Луне слышно. А волк всё равно за нами бежал. Стало быть, бешеный этот волк…
- Какой волк?!
- Ну бешеный...
Петрович сделал многозначительную паузу и посмотрел на егеря.
А, когда понял, что Олег Дмитриевич задумался о чем-то, продолжил говорить дальше:
- А ты сам знаешь, что от бешеного волка, который к деревне вышел, ничего хорошего ждать не стоит. Ты, Олег Дмитриевич, сходил бы, посмотрел, что там да как. А то, пока нам нового егеря пришлют, что угодно ведь случиться может. Я бы мог, конечно, вместе с мужиками в лес пойти, да боюсь, что только зря время потратим. А у тебя в этих делах опыта побольше. Да и ружье имеется. Ну что, сходишь, посмотришь, что там? Может, следы на земле заметишь какие…
Олег Дмитриевич ничего бывшему участковому не ответил.
Только затылок почесал. И в сторону леса посмотрел.
В их краях волки и другие хищники тоже давно уже не водились. Лет семь-восемь точно. Поэтому в байку, которую рассказал ему Петрович, он не особо верил.
Но, с другой стороны, что, если и правда в их лесу бешеный волк объявился?
К человеку близко подходит, трактора не боится… По поведению действительно очень похоже.
А если так, то от такого «непрошеного гостя» чего угодно ожидать можно.
И чаще всего – ничего хорошего.
Здесь Петрович прав, конечно.
А значит, надо бы сходить, проверить. Мало ли чего.
Он хоть и на пенсии уже почти, но пока еще егерь. И игнорировать такой тревожный сигнал не имеет прав.
- Ладно, Петрович. Схожу я завтра в лес, посмотрю, - сказал Олег Дмитриевич. – Надо понять, что за страшного зверя ты там видел. Если действительно волк, то близко к деревне его подпускать нельзя.
- Так может это... мужиков наших собрать? Ты только скажи, я быстро всю деревню на уши поставлю.
- Нет, один пойду. Волк, даже если и бешеный, вряд ли на целую толпу бросаться будет. Поэтому, если всей гурьбой идти, то только спугнем его. А мне это сейчас ни к чему. Мне разобраться надо, кого ты там видел в лесу. Но телефон я с собой возьму на всякий случай. Позвоню тебе, если что. Добро?
- Хорошо, буду на связи. И если что, стреляй сразу, не жди, пока он первым на тебя нападёт, - Петрович пожал егерю руку и побежал домой.
Но не по прямой, как обычно, хотя так ближе, а окольными путями пошел – через двор, где Михалыч живет. Наверное, чтобы здоровье поправить...
*****
На следующий день Олег Дмитриевич, прихватив с собой ружье. отправился в лес.
В то самое место, где со слов Петровича, бешеный волк в кустах прячется.
Шел он осторожно, не спеша, и внимательно смотрел по сторонам.
Несколько часов егерь ходил по лесу, но ничего подозрительного не заметил. Тихо было в лесу. Спокойно.
Следов на земле тоже никаких не было.
Но это и неудивительно. Уже целую неделю мороз стоит – земля основательно подмерзла.
- Вот знал же, что не надо Петровичу верить, - недовольно пробурчал Олег Дмитриевич, направляясь в сторону дороги. – Нет тут никакого волка. И быть не может. Зайца, небось, в кустах встретил, вот чуть и не наложил в штаны. А я себе только нос отморозил.
А когда егерь на дорогу уже вышел, то вдруг почувствовал спиной, что кто-то смотрит на него.
Олег Дмитриевич остановился, стараясь чрезмерно не волноваться, резко обернулся и тут же вскинул ружье.
Но за спиной никого не было. Он минуты две стоял на одном месте, прислушиваясь и всматриваясь.
Вот только так ничего не услышал и не увидел.
А потом егерь отправился домой. Но по дороге какое-то странное чувство не давало ему покоя.
Ему почему-то казалось, что кто-то в кустах всё-таки был. И, если бы не ружье, наверное, даже бы показался на глаза.
«Ладно, завтра снова приду сюда, - подумал Олег Дмитриевич. – И еды еще с собой возьму. Кто бы это ни был, но, если он голоден (а он определенно должен быть голодным, раз около деревни крутится), то обязательно выйдет из укрытия. И вот тогда-то я и узнаю, что это за зверь такой».
*****
Проснувшись рано утром, Олег Дмитриевич взял с собой отварное куриное мясо и снова отправился на поиски таинственного зверя.
Он, конечно, сомневался, что описанный Петровичем волк существует в действительности (скорее, это плод его больной фантазии), но всё равно надо было либо подтвердить этот факт, либо опровергнуть. Работа у него такая.
Петрович, кстати, вчера вечером позвонил – интересовался, видел ли Олег Дмитриевич бешеного волка.
Егерь сказал, как есть, что никого подозрительного не заметил. И следов на земле тоже не увидел.
- А может, волк в другое место ушел? – с надеждой в голосе спросил бывший участковый. – Такое ведь может быть, Олег Дмитриевич? Ну чисто теоретически?
- В нашей жизни всё может быть. Но в любом случае по ночам в лесу гулять тебе не советую. Мало ли чего…
- Ну да, согласен. Мало ли чего… Не очень хочется снова пережить такое.
Придя в лес, Олег Дмитриевич быстро нашел те кусты, в которых вчера, как ему показалось, кто-то мог быть, и оставил рядом с ними газету, на которую выложил из пакета отварное куриное мясо.
А сам отошел на несколько метров и спрятался за деревом.
Ружье он предусмотрительно взял в руки – так, на всякий случай. Вдруг придётся отбиваться.
Прошло полчаса, но из кустов так никто и не появился.
И рядом с кустами тоже никого не было.
Он бы увидел. А значит…
Значит, привиделось Петровичу всё – нет в лесу никакого волка.
И слава Богу, что нет. Потому что проблем он мог доставить немало.
И только Олег Дмитриевич собрался было выйти из своего укрытия, как вдруг отчетливо услышал, как кто-то громко шуршит газетой.
Даже как-то чересчур громко.
Схватив покрепче ружье, егерь осторожно выглянул из-за дерева и увидел, наконец, того самого «страшного зверя», который, по мнению Петровича, мог быть одиноким бешеным волком.
И, как вы, наверное, уже догадались, это был не волк, а собака.
Обычная домашняя собака породы «двортерьер».
Ну то есть – дворняга обыкновенная, хотя окрас шерсти у неё был довольно симпатичный. Почти как у породистых.
Облегченно выдохнув, что страшный лесной зверь оказался не волком, Олег Дмитриевич вышел из-за дерева, за которым прятался, и быстро повесил ружье на плечо стволом вверх. Это на тот случай, чтобы собака не испугалась, когда увидит его.
- Так, и кто это у нас тут людей в лесу пугает? – улыбнувшись, громко спросил Олег Дмитриевич и...
...очень удивился, потому что собака вообще никак не отреагировала на его появление.
Она его, конечно, еще не видела, но ведь услышать-то должна была.
В общем, пес даже не обернулся, а всё так же продолжал есть куриное мясо.
«Наверное, проголодался очень, вот и не реагирует» - подумал егерь.
К слову, пес действительно был очень худым (а значит - и очень голодным), и его лапы постоянно тряслись. То ли от физического перенапряжения, то ли от холода – мороз всё-таки.
И только когда егерь обошел пса сбоку и подошел к нему почти вплотную, тот краем глаза заметил его и…
…так испугался, что тут же бросился в кусты, не доев последние два куска мяса, которые так и остались лежать на газете.
- Да ты не бойся меня, - Олег Дмитриевич осторожно подошел к кустам, в которых спрятался пес, и присел на корточки. – Я тебя не обижу. Я же егерь, в конце концов. И по долгу службы мне положено животных защищать. Да ты и сам, наверное, должен чувствовать, что я не собираюсь делать тебе ничего плохого. Иди сюда, знакомиться с тобой будем. Заодно расскажешь, как ты здесь оказался. И что это у тебя за верёвка на шее висит. На поводок вроде не похоже совсем.
Пес вышел к егерю не сразу. Около получаса он сидел в кустах и дрожал, как осиновый лист. Кусты дрожали с ним вместе. За компанию, так сказать.
Очень страшно псу было выходить из своего логова.
Но, в конце концов, голод оказался сильнее страха.
Впрочем, помимо голода, было еще кое-что.
Всё это время пес не сводил глаз с егеря и, видимо, понял, что этот человек не собирается причинять ему вред.
Поэтому он всё-таки вышел из своего укрытия и подошёл, а точнее - даже медленно подполз к Олегу Дмитриевичу.
А тот улыбнулся, погладил его по голове и подвинул поближе газету с мясом.
- Ешь-ешь… Это твоя еда. Я на неё не претендую.
Пес, не сводя глаз с егеря, быстро доел оставшиеся куски мяса, и собрался было уже уйти обратно в кусты, но Олег Дмитриевич успел поймать его за «огрызок» толстой веревки, которая была привязана к ошейнику.
Поймал, и стал внимательно её рассматривать.
- Так, погоди... Это что же получается, - нахмурился Олег Дмитриевич. – Тебя специально, что ли, в лес привели и оставили. Да еще и к дереву привязали?
Пес сидел на земле и внимательно смотрел на егеря.
И так смотрел, что у Олега Дмитриевича аж мурашки по коже периодически пробегали. Нет, правда: никогда раньше он не видел еще такого взгляда.
По долгу службы он, естественно, имел дело с разными собаками, но такой вот внимательный и вдумчивый взгляд видит впервые.
Пес как будто не ушами, а глазами его слушает.
Впрочем, в тот момент егерь не придал этому значения. Его больше интересовало другое.
Он никак не мог понять, за что этого пса привезли в лес и оставили тут умирать, привязав толстой веревкой к дереву?
Пес был очень симпатичный. К тому же – молодой. Он явно не заслуживал такого к себе отношения.
- За что тебя так, дружок? – вздохнул Олег Дмитриевич, прижимая собаку к себе. – Что же ты такого натворил, что от тебя решили избавиться таким вот негуманным способом? По глазам же вижу, что ты добрый очень. Не мог ты людям насолить.
В общем, Олег Дмитриевич, забрал собаку к себе домой.
Оставлять её у себя он, конечно, не планировал, потому что со дня на день его на пенсию отправят, и работать егерем он больше не будет. А значит, и собака ему как бы не нужна.
Но пристроить Дружка (так он назвал временно таинственного «лесного пса») в добрые руки ему совсем несложно.
*****
- Вот, можешь пока здесь лежать, - сказал Олег Дмитриевич псу, когда постелил рядом с печкой старую куртку. – Устроит тебя такая лежанка? Извини, ничего другого нет под рукой.
Пес радостно завилял своим лохматым хвостом, после чего быстро улегся на «свое место», свернулся калачиком и сразу уснул.
- Отдыхай, Дружок, отдыхай… - вздохнул Олег Дмитриевич, с грустью посмотрев на пса и представив, что тому пришлось пережить, пока он находился в лесу. Зимой, между прочим. На морозе.
Недели две, наверное, точно там пробыл без еды и воды. А может, и дольше.
Хорошо, что хоть догадался веревку перегрызть и к ближайшей деревне выйти, иначе бы Петрович его не заметил, а Олег Дмитриевич – не забрал бы домой. И чтобы тогда было с этим псом, страшно даже подумать...
Пока Дружок спал, егерь старался особо не шуметь, чтобы не беспокоить лишний раз собаку.
Он даже, когда Петровичу по телефону звонил – вышел во двор, чтобы Дружка не разбудить.
- Так что, значит, нет в нашем лесу никакого бешеного волка? – обрадовался Петрович. – Собака то, значит, была. А что она там делала, интересно? Из наших или залетная?
- Точно не из наших… - задумчиво ответил Олег Дмитриевич. – И даже не из соседних деревень. Но в лесу она явно не по своей воле оказалась. Помогли, так сказать. Вот больше всего не люблю браконьеров и людей, которые животных своих бросают на произвол судьбы.
- И что ты с этой собакой делать будешь?
- Пристрою куда-нибудь. Пес молодой, внешне – вполне здоровый. Так что уверен, что желающие его забрать быстро найдутся. Если нужно, то в город его отвезу. Он ведь небольшой, так что даже в квартире много места не займет.
Вот только всё получилось совсем не так, как планировал сделать Олег Дмитриевич.
А всё потому, что он узнал, что пес-то, оказывается, не совсем обычный был. Со странностями, так сказать...
В общем, вечером егерь, как обычно, принес в дом охапку дров, и хотел аккуратно положить их в углу, но, засмотревшись на пса, который лежал рядом с печкой, споткнулся, и все дрова упали на пол.
Да с таким грохотом они упали, что у Олега Дмитриевича аж в ушах зазвенело.
А вот пес…
…он даже ухом не повел. Ни один мускул на его теле не дрогнул. Он, как спал, так и продолжал спать.
- Не понял… - растерянно пробормотал егерь, подходя к собаке. – Эй, Дружок, с тобой всё в порядке?
И только когда он дотронулся до пса, тот быстро вскочил на все четыре лапы и испуганно посмотрел на егеря.
А когда Дружок признал в нем своего спасителя, радостно завилял хвостом и уткнулся носом ему в ладонь.
- Так, погоди… Ты что, не слышишь ничего? Ну и дела. А как же ты жить-то дальше будешь? Надо бы завтра к ветеринару заехать в соседнюю деревню. Пусть тебя посмотрит.
А сам в тот момент подумал:
"Если у Дружка действительно со слухом проблемы, то пристроить его в добрые руки не получится".
*****
Ветеринар, осмотрев пса, подтвердил догадки Олега Дмитриевича – пес действительно был глухим.
Причем сразу на оба уха.
- То ли болел чем-то, то ли травма какая-то была. Но глухота у него точно не врожденная.
- А как же мне с ним теперь… Как мне с ним общаться, если он меня не слышит совсем? – спросил Олег Дмитриевич.
- Ну это дело нехитрое. Ты, наверное, заметил, как он пристально на тебя смотрит? Ну вот, как сейчас…
- Ну да, заметил. Я, когда его домой из леса вел, еще тогда обратил внимание, что он всю дорогу заглядывает мне в глаза. Будто пытается понять, говорил я ему что-то или нет.
- Вот! Он мимику твою считывает. И старается по глазам твоим считывать информацию. И знаешь, в целом, у него это неплохо получается. Но тебе, Олег Дмитриевич, нужно будет ему помочь.
- Как помочь?
- А пойдем чайку с тобой выпьем? Я тебе заодно и расскажу, что и как надо делать. Там ничего сложного: элементарные правила безопасности на улице, ну и язык жестов надо будет тебе выучить вместе с Дружком. Ты же, я так понял, этого пса себе оставить хочешь?
- Да я как бы не… - начал говорить егерь, а потом замолчал на полуслове и посмотрел на Дружка.
А Дружок в тот момент пристально смотрел на егеря, и пытался понять, что у того на уме...
– Да, я, пожалуй, оставлю этого пса себе. Потому что пристроить его будет сложно. Очень сложно. В конце концов, это я его в лесу нашел, я его в свой дом привел, значит, мне о нем и заботиться. Да и времени сейчас на пенсии много будет. Так что решено! Это теперь мой пес.
- Вот это правильно, Олег Дмитриевич, - ветеринар похлопал егеря по плечу, а потом еще пожал руку. - Причем, хочу заметить, что пес тебе хороший достался. Он очень умный. И будет предан тебе до конца своих дней. Уж я-то в собаках разбираюсь.
- Да я и сам вижу, что умный он. И преданный. Странно только, почему прежние хозяева так с ним поступили. Чем он им так не угодил, что они в лес его отвезли и к дереву привязали?
- Да кто их знает, этих людей… Наверное, они, когда поняли, что он глухой, не захотели с ним возиться. Вот и бросили. Правда, зачем было его в лес везти, непонятно.
- Вот и мне непонятно… Ладно, пойдем пить чай, ну и расскажешь, как с глухим псом правильно обращаться. А то ведь ниразу с этим не сталкивался. Боязно немного, что не получится.
- Получится. Все у тебя получится.
*****
В общем, теперь Олег Дмитриевич живет вместе с Дружком.
И знаете, если поначалу ему было сложно находить общий язык с глухой собакой, то теперь, спустя полгода, они понимают друг друга буквально с полу взгляда. Да-да, именно так.
Дружок хорошо понимает не только жесты, которые выучил вместе с хозяином, но и выражение его лица.
Ходит повсюду за своим человеком хвостиком, и глаза его прямо-таки сияют от счастья.
Нового егеря до сих пор не прислали, поэтому Олег Дмитриевич продолжает пока следить за порядком в лесу. Неофициально, так сказать.
И, кстати, Дружок, очень ему в этом деле помогает.
Уже несколько раз его верный пес находил в лесу скрытые петли и капканы, которые кто-то ставит то ли на зайца, то ли на лисицу.
- Ну что за люди такие, - качал головой егерь. – Ну как они не понимают, что нельзя браконьерством заниматься. С природой нужно жить в гармонии, и никак иначе...
Вычислить браконьера (точнее - поймать его на горячем) егерю пока так и не удалось.
Правда, он неоднократно уже замечал, что после того, как они с Дружком находили в лесу очередную «ловушку», то Петрович ходил по деревне мрачнее тучи.
А однажды в разговоре с Михалычем бывший участковый сказал по пьяни, что больше в лес ни ногой.
- Устал я, честное слово. Столько времени впустую потратил... А Оксанка моя, если меховой воротник под шубу себе хочет, то пусть на рынок едет и покупает. Дешевле будет.
Олег Дмитриевич с Дружком в тот момент как раз мимо проходил, и всё слышал.
Улыбнулся, конечно. Потому что одним браконьером в лесу теперь будет меньше.
А если вдруг Петрович снова надумает взяться за старое или кто-то другой захочет когда-нибудь нарушить закон, то Олег Дмитриевич с Дружком, как говорится, не дремлют. Они быстренько наведут порядок.
Ну или новому егерю, который рано или поздно в их краях появится, помогут навести порядок.
Так что всё теперь будет хорошо. И в лесу, и у Человека с собакой.