- Любовь Петровна, вы, надеюсь, шутите, - усмехнулась Наталья.
- Какие могут быть шутки Наташа! Я составила смету на праздник, будут только родственники со стороны мужа, а для твоих родителей мы устроим отдельный банкет, после вашего медового месяца!
- Любовь Петровна, это неприемлемо! - возмутилась Наталья. - Я не могу позволить, чтобы моих родителей не было на моей свадьбе. Это неуважение к ним и ко мне!
- Наташа, ты не понимаешь! - повысила голос свекровь. - Я не хочу, чтобы они портили нам праздник своими претензиями и разговорами о том, что "ты должна была выбрать другого".
- Но я их единственная дочь! - не сдавалась Наталья. - Они имеют право быть здесь!
- Значит, тебе придётся выбрать, - отрезала свекровь. - Либо они, либо наши гости. И я не буду менять своё решение.
Наталья замолчала, понимая, что спорить бесполезно. Она знала, что Любовь Петровна не отступит, и это решение могло разрушить её отношения с Борей. Но она не могла допустить, чтобы её родители не были на свадьбе дочери.
Наталья молчала так долго, что Любовь Петровна уже было решила, что всё решено в её пользу. На её губах заблудилась торжествующая улыбка.
– Ну вот и договорились, милая. Я отправлю тебе смету, ты посмотришь...
– Нет, – тихо, но с такой сталью в голосе сказала Наталья, что свекровь вздрогнула. – Ничего мы не договорились.
– Что значит «нет»? – Любовь Петровна привстала, опершись ладонями о стол. – Ты не поняла, Наташа? Я не прошу, я сообщаю!
– А я не спрашиваю, Любовь Петровна. Я сообщаю вам, что мои родители будут на моей свадьбе. На моей. Вы не можете их не пригласить.
– О, ещё как могу! Я организую, я плачу, я решаю! А ты, извини, пока никто в этой семье. Невеста. Сменишь статус – поговорим.
Наталья почувствовала, как внутри всё закипает. Она взяла сумочку, движения её стали резкими, отчётливыми.
– Я поговорю с Борисом.
– Говори! Он сын, он меня поддержит! Он знает, сколько я для него сделала!
Но Наталья уже не слушала. Она вышла в сад, где Борис мирно разбирал старый фонтан. Увидев её лицо, он сразу насторожился.
– Боря, твоя мать заявила, что моих родителей не будет на свадьбе. Что для них устроят отдельный банкет, «после медового месяца». Без обсуждений. Ультиматум.
Борис растерянно вытер руки.
– Наташ, ты чего так взвинчена? Мама, наверное, просто волнуется. Ну, может, они и правда не очень ладят... Давай успокоимся, я с ней поговорю.
– Поговоришь? Боря, это не вопрос волнения! Это вопрос уважения! Она сказала: «Либо они, либо ваши гости». Ты это слышишь?! Она предлагает мне выбрать между моими родителями и свадьбой!
– Не драматизируй, – он попытался обнять её, но Наталья отшатнулась. – Ну подумай, один день потерпеть. Чтобы мама не нервничала. Ради нашего будущего.
Наталья смотрела на него, и в её глазах что-то разбивалось. Осколки любви резали изнутри.
– Ради нашего будущего? Будущего с человеком, который даже в такой день не встанет на сторону жены? Который позволяет своей матери унижать мою семью? Это твоё «будущее», Борис? Где на каждом шагу будет стоять твоя мама и указывать, что нам делать?
– Не говори глупостей! Она просто хочет как лучше!
– Лучше для кого?! – голос Натальи сорвался. – Для неё? Для тебя? Для меня «лучше» – это когда моя мать плачет в пустой квартире в день свадьбы своей единственной дочери, потому что какая-то Любовь Петровна решила, что они «испортят праздник»?
Из дома вышла свекровь, довольная и спокойная.
– Боренька, объясни Наташе, как всё будет. А то она истерику закатила.
Борис нервно провёл рукой по волосам, оказавшись между двух огней.
– Мам, может, ну их... Пусть придут. Ну что такого...
– Что?! – голос Любови Петровны стал ледяным. – Ты что, сынок, против матери? Я всю жизнь на тебя положила, а ты из-за какой-то... из-за её капризов меня огорчаешь? Ты посмотри на неё! Она уже тебя в ежики ставит! Это только начало!
И тут Наталья увидела всё. Увидела будущие ссоры из-за имени ребёнка, из-за того, как ставить горчичники, из-за каждой потраченной копейки. Увидела Бориса, вечно виноватого, вечно ищущего компромисс там, где его быть не может. Увидела свои слёзы и униженное достоинство родителей.
Она сняла с пальца тонкое золотое кольцо – то самое, с которым Борис сделал предложение под яблоней в этом же саду.
– Ваше будущее, – она положила кольцо на каменную скамейку, – остаётся с вами. Вдвоём. Вы прекрасная команда.
– Наташа! Что ты делаешь?! – крикнул Борис, и в его глазах был уже не испуг, а настоящий ужас.
– Я выбираю, Любовь Петровна. Вы дали мне прекрасный выбор. Я выбираю родителей. Я выбираю себя. Я выбираю не быть частью вашей семьи.
– Да ты с ума сошла! – зашипела свекровь. – Ты всё потеряешь! Такую партию! Квартиру! Будущее!
– Я теряю только иллюзию будущего, – сказала Наталья ровно. Она повернулась и пошла к калитке. Шла, не оглядываясь, хотя слышала за спиной приглушённый спор, рыдания (Борис ли плакал?) и гневные выкрики его матери.
У калитки она остановилась на секунду. Стояла тихая, солнечная погода. День был бы прекрасным для свадьбы.
Но свадьбы не будет.
Она вышла за ворота и глубоко вдохнула. Воздух, пахнущий свободой и горькой болью, был вкуснее, чем любой свадебный торт. Она достала телефон и набрала самый родной номер.
– Мам? – голос дрогнул, но она взяла себя в руки. – Приезжай с папой за мной. Всё отменяется. Всё. Я сейчас вам всё расскажу... Нет, не плачьте. Мы будем плакать потом. А сейчас... сейчас мы просто будем вместе.
И, отключившись, она пошла по улице, навстречу ветру, навстречу своей сложной, непредсказуемой, но своей жизни. Без свадьбы. Но и без скандалов.