Наконец, состоялась первая выставка Российского High End, фактически она оказалась организационной.
Ближе к вечеру она плавно перешла в грандиозную пьянку. Помещения в Москве, выпивку, закуски и обслуживающий персонал (обворожительных буфетчицу и двух официанток) предоставил Ирландский торговый дом Родити.
Миша Кучеренко постарался на славу, он пригласил многих известных на всю Россию богачей в качестве потенциальных инвесторов, среди которых я увидел Брынцалова.
Тот произнёс очень яркий тост и вызвал настоящие аплодисменты, когда заявил, проживи Брежнев ещё пару лет и советские граждане были бы самыми богатыми в мире, настолько в них огромен предпринимательский и инженерный потенциал.
Буфетчица от этого так напилась, что упала и её пьяную куда-то унесли. А официантки тоже оказались пьяными и непонятно, куда-то тоже подевались.
Участники выставки сами открывали бутылки, резали и разносили друг другу закуски. Я сам плохо соображал и не помню, чем всё закончилось.
Организатором второй выставки был Дмитрий Свобода. На неё, в качестве участников, от нашей конторы поехали четверо Стародубцев, я и братья Арзумановы. Мы забыли, что бесплатно могли участвовать только двое от каждой конторы. За каждого сверх того требовалось заплатить по 500 долларов. На одного у нас деньги были. Нужно было как-то найти ещё столько же.
Поскольку наша экспозиция представляла интересы не только нашей конторы, но и завода Прибой, то я решил занять денег в Московском представительстве завода, но для этого нужно было решение директора.
Позвонил в Таганрог, секретарь сообщила, что Александр Иванович, как раз находится в Москве. Поехал к нему в гостиницу, Дыгай отгрузил долларами, заявив, что верну деньги, когда он зайдёт в нашу контору.
На выставке в центре внимания был Сева Новгородцев, в то время ведущий русскоязычных музыкальных программ BBC. Я купил у него книгу Рок посевы и несколько музыкальных журналов "О" на русском языке.
Выставка проходила в Московском техническом университете связи и информатики (МТУСИ). Тут же состоялся и прощальный фуршет в группе любителей выпить чего покрепче, которую возглавил также Дмитрий Свобода.
Володя Стародубцев на десерт предложил самогон собственного изготовления, которого мы прихватили 4 пластиковых бутылки по 1,5 литра. Выпить смогли только три. Перед отъездом решили допить, но одна бутылка пропала. Все помнили не выпитую бутылку.
Тут появился Свобода с двумя литровыми бутылками финской водки и начал каяться, что ему так понравился самогон, при этом назвав его чудесным напитком богов, что тайком упёр напиток из сумки Стародубцева.
После нашего возвращения с выставки Александр Иванович действительно пришёл в наш подвал на улице Мичурина, дом 3. Кстати в подвале соседнего дома располагалась фирма Шельф по пошиву парусов для спортивных яхт Сергея Бидаша, в котором работал Рафкат Булатов, мой сокурсник по факультету радиотехнической электроники ТРТИ.
Дыгай вошёл в подвал, как раз в тот момент, когда Стародубцев сидел за кульманом и делал чертёж конструкции нового усилителя Прибой. И вдруг, совсем неожиданно он подал руку Стародубцеву первым, со словами, предлагаю Мир!
А мне заявил, деньги отдавать не надо, пусть пойдут за кирпичи. Стародубцев изобразил сначала вид обиженного, а потом сказал "Мир", который скрепили бутылкой самогона.
Дело в том, что незадолго до этого Володе в деревню понадобилась машина кирпичей, на кирпичном заводе работал наш общий знакомый. Кирпич, как и все строительные материалы, тогда был страшным дефицитом.
Заплатив сверху 20% лично в карман знакомому, стали искать машину, тут увидели подъезжающий самосвал завода Прибой со знакомым водителем, он согласился кирпич отвезти.
Володя сел с водителем и поехал в деревню, но как назло, Дыгай ехал на своей Волге и увидел Стародубцева в кабине заводской машины и поехал за самосвалом посмотреть, куда это его водитель везёт кирпичи.
Когда самосвал остановился для разгрузки, Дыгай приказал водителю ехать на завод и там, на территории завода разгрузить кирпичи, а Володе предложил сеть в свою Волгу.
По пути в город Стародубцев попёр на директора завода, то есть нашего учредителя, "кирпичи мои, а со своим водителем разбирайтесь сами".
Дыгай возмутился и Стародубцев оказался персоной нон грата на заводе, при этом лишившись и кирпича, и денег.
Не меньше месяца Стародубцев ходил злой, и на нашу контору, и на меня, и на весь белый свет. А мы, как раз собрались заключить договор на изготовление наших предварительных усилителей. За всё пришлось отдуваться мне одному.
Курировал заключение договора заместитель директора завода по экономике Валентин Субботин. Поскольку история с кирпичом на заводе получила громкую огласку, каждый хотел выслужиться перед директором.
Начальник охраны завода по прозвищу Чёрт Рыжий закрыл мой постоянный пропуск.
Со скандалом я добился, хотя бы временного пропуска. Даже Валентин взвинтил цену за счёт накладных расходов. Я буквально повёл войну с охраной и плановым отделом.
В союзники я взял заместителя главного инженера Рубидия Соколова и начальника цеха Колю Черторыжского. Не путать с Чертом Рыжим из охраны.
Удалось убедить Субботина наши накладные расходы рассчитать в пропорции к сумме всех работ выполняемых заводом, цена снизилась в разы, кроме того я сократил до нуля стоимость работ по покупке материалов и комплектующих, нашей конторе это выгодно сделать самой.
Ещё я изменил конструкторские чертежи корпуса усилителя. На складе цеха обнаружилась оснастка для изготовления корпусов приборов гидроакустических станций поиска подводных лодок, которая была близка нашим усилителям. Что сократило себестоимость усилителей почти вдвое.
Нужно иметь в виду, что мы взяли кредит, и дорог был каждый день, скорость работ заводом определяла себестоимость усилителей.
Приходилось каждый день по нескольку раз приходить и подгонять даже рабочих в цехе, убеждая, что им выгодно быстрее делать работу, цену за работу мы увеличивать не будем, но трудодень будет дороже.
А тут возня ещё и с бюро пропусков, пропуск действовал только в течение суток. Каждое утро приходится оформлять новый пропуск.
Короче, готовые усилители мы получили с небольшой задержкой, что привело к отсутствию прибыли, хотя с кредитом рассчитались полностью и вовремя.
На лишнюю комплектацию, которая образовалась от того, что мы давали заводу с запасом на непредвиденные потери, а потерь не было, начальник цеха Коля подготовил возвратную накладную, которую я забрал вместе с остатком и подписал в отделе комплектации.
Но кто-то из отдела комплектации решил мне и нашей конторе нагадить, услужливо для директора Дыгая, и сообщил начальнику охраны, что незаконным образом оформлена фальшивая накладная, что буду выносить принадлежащие заводу радиодетали.
Когда я оказался на проходной, меня схватили охранники и передали уже заранее прибывшей милиции. Чёрт Рыжий в качестве вещественных доказательств, вручил мой временный пропуск, радиодетали и накладную.
В милиции я находился под арестом, пока следователь разбирался с фактическим материалом, в присутствии Чёрта Рыжего и работника Прокуратуры.
По окончания расследования меня пригласили подписать Протокол, из которого следовало, что в моих действиях не обнаружено ни административных, ни уголовных правонарушений.
Я собрался уходить, но меня следователь попросил задержаться до судебного заседания, на котором он зачитал мною подписанный протокол. После совещания народных судебных заседателей, судья освободила меня из-под ареста за отсутствием состава преступлений! Мои объяснения и мнение на всех этапах происшествия никого не интересовали?!
Я рассказал Александру Ивановичу о его холуях-подхалимах и их мерзких делишках, послуживших моему аресту и суду, а главное потере прибыли!