Во времена, когда язык утратил свою весомость и превратился в инструмент манипуляции, когда граница между светом и тьмой стирается под предлогом всеобщего примирения и терпимости, когда молчание перед явным злом выдают за смирение, а уклонение от ответственности прикрывают именем духовной осторожности, возникает вопрос, который не допускает уклончивых ответов и не терпит отлагательства: почему христианин, исповедующий истину в духе и в истине, обязан уметь стоять за неё не только в тайниках сердца, но и в слове, в поступке, в самой структуре своей жизни? Этот вопрос не является академическим упражнением или риторическим приёмом, ибо он напрямую касается подлинности христианского звания. Там, где нет стояния за правду, нет и подлинной молитвы, поскольку молитва, лишённая правды, становится пустым звуком, дыханием мёртвого тела, лишённого духа жизни. Там, где нет стояния, нет и бдения, ибо бдение, лишённое способности различать добро и зло, превращается в иллюзию трезвения, под которой с
Публикация доступна с подпиской
Карта читателя рассказов