В начале 2026 года имя Аллы Пугачёвой вновь оказалось в центре медиа-внимания — на фоне публикации архивных документов, связанных с бывшим финансистом Джеффри Эпштейном. Одновременно в Санкт-Петербурге было официально закрыто юридическое лицо «Театр песни» — проект, который певица и её дочь Кристина Орбакайте пытались реализовать на протяжении почти двух десятилетий.
Упоминание в переписке
В электронной переписке 2014 года между Борисом Николичем — бывшим советником Билла Гейтса — и Эпштейном упоминается Алла Пугачёва как «одна из самых влиятельных женщин России» в контексте анализа культурных и медиа-персон. Это было частью обширной базы данных, которую Эпштейн собирал для составления списка потенциальных контактов среди мировой элиты — от политиков до артистов.
Однако ни в одном из опубликованных документов — ни в судебных материалах ФБР, ни в архивах, доступных через расследования BBC, The New York Times или суда по делу Гиббонса — нет подтверждения, что Пугачёва получала приглашение, посещала мероприятия или как-либо взаимодействовала с Эпштейном.
Утверждение о том, что Эпштейн лично «вычеркнул» её из списка из-за того, что «ей не понравился» — не подтверждено ни одним источником. Но и опровергать этого тоже никто не стал. В реальных документах отсутствуют какие-либо личные комментарии Эпштейна о Пугачёвой — ни о её внешности, ни о её «типаже». Но упоминание все-таки есть.
Конец «Театра песни»
В январе 2026 года суд в Санкт-Петербурге окончательно ликвидировал юридическое лицо «Театр песни». Проект, задуманный ещё в 2008 году как культурный центр на Васильевском острове, столкнулся с множеством юридических и административных препятствий: споры о земельном участке, нарушения градостроительных норм, отсутствие финансирования.
Никаких доказательств коррупции или нецелевого использования средств в ходе расследований не было найдено. Просто — проект не реализовался. Для Пугачёвой это означает окончательную потерю всех активов, связанных с этим проектом на территории России.
Кто ещё в списке
Имя Пугачёвой — не исключение. В документах Эпштейна фигурируют десятки российских персон — но почти все они попали туда как объекты сбора информации, а не как участники мероприятий. Среди них Тимур Бекмамбетов — упомянут в планах по организации «вечеринки гениев» на Кубе в 2017 году. Приглашения не отправлялись, участие не подтверждено. Также упоминается Кирилл Андреев — солист «Иванушек International» — упомянут в показаниях жертвы, связанной с другим инцидентом. Прямой связи с Эпштейном нет.
Владимир Жириновский и Геннадий Зюганов — их имена присутствуют в вырезках из западных СМИ, собранных Эпштейном как часть его «базы влияния». Это — типичный приём: коллекционирование публичных фигур для создания иллюзии связи с властью.
Быть в списке Эпштейна»
Эксперты по делу Эпштейна отмечают: включение имени в его базы данных не равнозначно участию в преступлениях. Для Эпштейна это был инструмент социального позиционирования — способ ощущать себя частью «мировой элиты». Он собирал имена, как коллекционер марок: чтобы чувствовать себя значимым.
Однако для публичных фигур, чьи имена оказались в этих списках, даже упоминание в контексте Эпштейна стало неприятным, а иногда — разрушительным для репутации. В этом и заключается трагедия: влиятельные люди не стали соучастниками, но их имена были использованы для легализации преступной системы.