Как на форуме в Казани просили наращивать экспорт, ведь курс — фантомная боль и «приказа умирать не было»
«С утра мы уже у Рустама Нургалиевича говорили. Он поставил четкую задачу ни в коем случае не снижать тех темпов и объемов [поддержки экспорта], которые уже есть. Ни в коем случае нельзя этого делать!» — предостерегал сегодня вице-премьер РТ Олег Коробченко участников конференции в Казани, посвященной развитию экспорта. Трехдневный форум собрал в «Ривьере» российский экспортный центр — госструктуру, нацеленную на рост несырьевого экспорта. Задача эта прописана в национальных целях развития, и Татарстан — один из лидеров, признали на мероприятии. Правда, в целом по итогам 2025 года объем экспорта у РТ заметно упал. О том, как бизнес и регионы убеждали, что курс и ставка — это не проблемы для экспорта, а «фантомные боли», — в материале.
Объем экспорта Татарстана снизился в 2025 году. Филиал РЭЦ поможет?
В Казани сегодня завершилась всероссийская конференция «Сделано в России. Выбирают в мире». На трехдневном мероприятии в «Ривьере» российский экспортный центр (РЭЦ) — госструктура, призванная помочь бизнесу с наращиванием несырьевого экспорта, — подвела итоги работы в 2025 году и устроила «международную закупочную сессию» для малого и среднего бизнеса в медицине и фармацевтике. В четверг венчала мероприятие пленарная сессия «Экспорт как вектор развития МСП».
Такое внимание к сектору МСП неудивительно. В ходе сессии вице-премьер РТ – министр экономики РТ Мидхат Шагиахметов отметит, что всего 1% субъектов МСП в республике поставляет продукцию на экспорт и это соответствует общероссийскому «тренду». Правда, есть и другие подсчеты, согласно которым в 2025 году 16% компаний малого бизнеса продавали свою продукцию за рубеж. Так или иначе, есть задача, чтобы малый бизнес активнее предлагал товары за границей. Главный интересант и помощник — РЭЦ.
На третий день форума в Казань приехала гендиректор РЭЦ Вероника Никишина. Как выяснилось утром, центр сегодня открыл в республике свой новый филиал, и теперь их 17 по всей стране. Встречая гостью в рабочем кабинете в Доме правительства РТ, раис РТ Рустам Минниханов заметил: «Сейчас только с Когогиным…» Вероятно, упомянул руководитель республики вчерашнюю встречу с делегацией из Египта, в которой участвовал гендиректор КАМАЗа. Обсуждалось расширение экспортных поставок в Египет промышленной продукции, в том числе продукции машиностроения. Планы по грузовикам из Челнов, по нашим данным, серьезные.
По итогам 2025 года общий объем экспорта Татарстана составил $10,56 млрд, прозвучало на встрече. Это меньше, чем в 2024-м, когда показатель достиг $12 млрд и вырос на 17,6% к уровню 2023-го.
Впрочем, гостья из Москвы отмечала: «Я не устаю говорить, что Татарстан является регионом-лидером по тому, как надо вести внешнеэкономическую деятельность. Такой опыт, такой стандарт ведения внешнеэкономической экспортной деятельности популяризируем в других регионах, потому что это всегда очень достойно самого большого уважения. Эта работа отражается в цифрах: несырьевой экспорт региона по прошлому году увеличился на 10,5 процента, хотя внешние факторы тому препятствовали изо всех сил».
Никишина назвала открытие филиала РЭЦ в республике долгожданным событием и отметила высокий экспортный потенциал Татарстана, уровень отношений с зарубежными государствами, в том числе со странами исламского мира. Какая доля из общего экспорта приходится на несырьевой, вопрос открытый.
Но упомянутый филиал будет ориентирован именно на такие поставки. Наращивать неэнергетический экспорт — это задача, которая поставлена в рамках национальных целей развития страны и нацпроекта «Международная кооперация и экспорт». Он предполагает, что к 2030 году экспорт несырьевых неэнергетических товаров должен вырасти не менее чем на 2/3 по сравнению с показателем 2023 года. С учетом курса и ситуации в целом задача довольно непростая.
«Приказа умирать не было, приказа сдаваться не было»
Но отчаиваться не надо, наставляла на пленарной сессии Никишина. Конференция объединила представителей 85 центров поддержки экспорта, 50 региональных органов власти из 45 субъектов и 102 компании малого и среднего бизнеса. Выступление руководителя РЭЦ было в каком-то смысле и психологическим тренингом. «Несмотря на те сложности, в которых мы живем, нам категорически нельзя останавливаться и сдаваться. Приказа умирать не было, приказа сдаваться не было», — подчеркнула первый спикер беседы.
«Время, в которое мы живем, непростое, и нам очень важно координироваться. Зачем мы занимаемся экспортом? Национальная цель по увеличению объемов экспорта — это же не самоцель как таковая. Это инструмент для решения ряда других задач в масштабах страны, в том числе экономических. Экономика нашей страны очень нуждается в тех результатах экспортной деятельности, которые обеспечиваются и несырьевым неэнергетическим экспортом, и, конечно же, энергетическим», — отметила Никишина. Казалось, под результатом понимался в том числе приток валюты в страну.
Есть и еще одна национальная цель — формирование партнерств. Российский экспорт — это инструмент для «связывания» России с ее партнерами. «Встраиваясь в цепочки добавленной стоимости, мы формируем регулярность бизнеса, регулярную зависимость друг от друга. Это очень важно!» — рассуждала руководитель госкомпании. Экспорт — это еще и формирование правильного образа России. «Демонизация, которая происходит, разрушается в том числе через то, что потребители приходят в магазин, покупают качественную российскую продукцию и выстраивают ассоциации», — отметила спикер.
«Да, ключевая ставка и курс не способствуют мотивации продолжать этим заниматься. Но тем не менее надо продолжать заниматься, сохранять позиции, которые у нас есть, и проникать на новые рынки. <…> Да, сейчас темпы сократились, и нужно выбираться из той ямы, в которую мы потихонечку ушли», — наставляла гендиректор РЭЦ.
Еще она подчеркнула, что не всегда развивать экспорт помогают «монетарные действия», проще говоря деньги. Порой смекалка и активность не менее эффективны, чем бюджетные ресурсы. За счет господдержки экспорта Россия пережила ковид и первые годы санкций гораздо лучше, чем могло быть. И один из «столпов» госпомощи — это ресурсы. «Извините, если в строчке стоит ноль, никакая мера поддержки не будет работать. Достаточность ресурсов, которыми меры поддержки обеспечены, — это системная задача, которая раньше решалась очень успешно, а сейчас решается по мере возможности», — указала докладчик.
Звучало как аккуратный намек на то, что сейчас таких возможностей для поддержки экспортеров, какие были раньше, у государства нет.
«Если мы сейчас не сможем наши предприятия поддержать и потеряем рынки, мы никогда на них не вернемся!»
Неслучайно выступавший позже вице-премьер РТ – министр промышленности и торговли РТ Олег Коробченко призывал ни в коем случае не снижать поддержку экспорта. «Сегодня у нас очень много субсидий, мер поддержки для наших предприятий. Мы должны помочь нашим предприятиям сохранить те рынки, которые у нас есть. Огромное число рынков у КАМАЗа, у „Татнефти“ по поставке шин. И если мы сейчас не сможем наши предприятия поддержать и потеряем рынки, мы никогда на них не вернемся!» — предупредил вице-премьер.
«С утра мы уже у Рустама Нургалиевича говорили [на эту тему]. Он поставил четкую задачу ни в коем случае не снижать тех темпов и объемов [поддержки экспорта], которые уже есть. Есть предпосылки какие-то, что все-таки, наверное, [можно] снизить объем поддержки нашего экспорта. Ни в коем случае нельзя этого делать!» — предостерегал Коробченко. И оговорился, что отстаивать помощь экспортерам республика готова и в Госдуме, и в администрации президента России, и в правительстве.
«Надо поддержать наш российский экспортный центр, чтобы ни в коем случае не снижали, а только увеличивали! Огромное количество предприятий хочет воспользоваться поддержкой в виде компенсаций затрат на транспорт, логистику, они стоят в очереди», — указал глава минпромторга РТ. Как подчеркнул Коробченко, даже его «родственные» предприятия пользуются помощью РЭЦ.
На том, что поддержка должна сохраниться, настаивал и Шагиахметов. Четверть экономики Татарстана — это малый и средний бизнес, но пока лишь 1% компаний работает на экспорт. «Конечно, если посмотреть в процентном соотношении, какой процент малого бизнеса республики является активным экспортером, мы находимся в федеральном тренде, где-то больше 1 процента», — отметил он.
«Мы бываем в районах республики, стараемся помочь предприятиям найти их нишу в экспортной деятельности. <…> Бывает, что в одном муниципальном районе компании научились и экспортируют продукцию, а такие же субъекты в другом районе пока до этого не дошли. Причины разные: кто-то не знает об этом или о мерах поддержки, кто-то чувствует себя неуверенно. Наша задача — еще более предметно и точечно задействовать бизнес в господдержке», — указал Шагиахметов.
При тех ограниченных ресурсах, которые сегодня есть, каждый рубль на поддержку экспорта должен работать, давать результат. Так что помощь идет в приоритетные отрасли. Ну и товар должен быть конкурентным. «Мы должны понимать — нас особо-то никто не ждет за границей с нашими товарами. Наш продукт должен быть конкурентоспособный, качественный. А вопросы поддержки, логистики, сертификации должны следовать после того, как мы поймем, что наш товар качественный», — рассуждал вице-премьер РТ.
«Чтобы каждый гражданин знал: то, что сделано в России, — это качественно, популярно и некоторым образом модно»
Неужели поддержку собираются урезать? Или ее недостаточно? Выделение на 2026 год 2,36 млрд рублей будет достаточной суммой для поддержки экспорта в регионах, успокаивал на брифинге по итогам конференции заместитель министра промышленности и торговли РФ Роман Чекушов. Эта сумма пойдет на работу центров поддержки экспорта в регионах.
«Центры поддержки экспорта являются такой ключевой опорой в регионах для развития экспорта. А для всех экспортеров есть единое окно — это российский экспортный центр. Такое окно должно и дальше быть представлено в регионах в лице центров поддержки экспорта. Ровно на это будет направлена наша работа», — обещал спикер.
Одна из задач — сертификация российской продукции на внешних рынках и выход на ключевые внешние рынки. «Наших экспортеров очень интересует возможность презентации, продвижения своей продукции на внешних рынках. Здесь мы под руководством российского экспортного центра планируем дальше реализовывать и развивать программу „Сделано в России“, причем развивать ее не только на внешних рынках, но и на внутреннем. Чтобы каждый гражданин знал: то, что сделано в России, — это качественно, популярно и некоторым образом модно», — описал Чекушов.
На конференции обозначили, что вопросы поддержки экспорта переходят от минэкономики РФ к минпромторгу. Успешные инструменты экспорта, которые вот уже много лет остаются востребованными, «нужно таргетировать под задачи, которые есть у государства, и под направления, которые бизнес видит для себя перспективными», отметил замминистра. Означало это по сути, что госпомощь и деньги будут идти в те направления, которые нужны государству.
Перед конференцией Чекушов посетил с экскурсией предприятия республики и лично убедился, что они ориентированы на увеличение экспорта и решение национальных целей. Наконец, замминистра заверил, что в бюджете на трехлетку заложены достаточные средства на поддержку экспортеров, будут и дополнительные деньги на центры поддержки экспорта (упомянутые 2,36 млрд рублей). А почему тогда волновались?
Решение, которое поможет продвинуть российские товары на внешние рынки, — это новый закон о платформенной экономике, который вступит в силу с 1 октября, отметил депутат Госдумы от Татарстана Максим Топилин. В частности, он вводит реестр цифровых платформ, обязательную проверку ими партнеров, прозрачность ранжирования и правила ценовых акций.
«Хотя у нас здесь, я не скрою, с Романом Андреевичем [Чекушовым] есть разный взгляд на позитив и негатив явлений. Мы очень долго думали, как принять это законодательство. Вышли вот на такой формат», — отметил он. Негатив, по мнению Топилина, в послаблениях со стороны маркетплейсов для китайских товаров,
Говоря о продвижении брендов, Топилин заметил, что является сторонником того, чтобы «все работало на конкурентной основе». «Чтобы мы не привыкали с помощью государства, с помощью субсидий выходить на рынки», — отметил парламентарий. «Последнее, чем мне бы хотелось завершить: мне не кажется, что курс и [ключевая] ставка создают проблемы. Я понимаю, что вы с этим не согласны и 99 процентов наших граждан с этим не согласны. Просто мы поймем это чуть позже», — заявил политик.
Экспортерам надо анализировать и следить не за взаимоотношением курсов рубля и доллара, а за валютами дружественных стран. Например, юаня или бразильского реала. «Мы должны думать больше об этих соотношениях, их анализировать, а не то, что уже фактически не является некими некими координатами. Курс рубля и доллара — это фантомные боли, хотя все пока этим живут», — признал депутат.