Караваны с купцами уходили через чужие земли к морю за товаром. В каждом караване был новый воин в охране - из отряда хозяина земель. Задача - смотреть и по возвращении изложить, что видел опытный, намётанный глаз. Только сразу вышел казус. На первом заслоне в чужих землях шла непонятная суета, когда одни гнали других и начали вводить новые поборы. Десяток воинов, изгнав с заслона обленившихся сборщиков, полезли к трем ожидавших пропуска караванам. Караванщики взвыли, когда стали выпрягать понравившихся лошадей и возник скандал. Неожиданно, от трех караванов вышло три похожих облачением воина и начался погром. Громили тех, кто обосновался на заслоне. Били не как караванная охрана, чтоб отпугнуть, а как воины опытные, боевые, чтоб не мешал уже под ногами.
*****
Караванщики после побоища взвыли, хуже, чем от поборов. Все, кто царствовал на заслоне поборном, лежали вразброс. Что они начнут подниматься - никто не верил, не те бойцы по ним прошлись булавами, да кистенями. Таким не шутит рука опытная, раз крутнул и голова не держится. Но никто и не знал, что делать, пока не отловили в закутке амбарном одного из тех, кто прятался на поборах. Допрос показал, что побили вроде как за дело - не было у пришлого отряда прав поборы изымать. Только вот последнее время везде такая беда. Одни придут - грабят, другие придут - грабят. Кончилась власть единая, все владыки делят земли и народ, друг друга ущемляя. А кто дальше будет поборы брать - уже неведомо, ибо у всех свои правила.
Глядя на потерявшего всю бодрость поборщика, один из воинов допросился у него ответа на вопрос, куда-ж они мзду собранную девают, коль нет главного владыки. Ответ был понятен - по карманам разбирают и бегут, пока жадность не заела. Страх есть, а предела жадности - нет. Решил ещё задержаться, да дождался лиха.
*****
Собрав разговор, воины и караванщики решили, что уж коль пошла такая несуразность, нужно собранное поделить, оставшихся разогнать и идти дальше, как ни в чем не бывало. В мутной воде хорошо рыбку ловить, а в мутное время - добром не раскидываться. Пока рядили, оставшийся на поборах заслонный сбежал, пришлось стрелу пустить, дабы не разносил лишнего в чужие уши. Заодно, поборы вернули, уже повеселее, если страху не поддаваться.
*****
Дальше караваны шли одной дорогой, не отставая друг от друга. Порой видели отряды воинские, спешащие по своим делам, один раз - драку междусобойную. Пришлось обождать, пока завершат, свои собаки грызутся - чужой не влезать. Как завершилось, прошли дальше, растащив битых по обочинам. Ночевать решили на заслоне придорожном. Тех, кто там сидел поборы собирать, объяснили, что лучше им затихомириться, ибо опыт первого заслона уроком быть должен. Трое воинов вышли, вытеснили поборников в сарай и посоветовали тихими быть иль разбегаться, пока шкура цела.
- на нас без опаски вам, а пока мы здесь - отобьёмся. Как уйдём - сами решайте, что делать, но поборы мимо пройдут, такое время началось.
К утру караваны ушли и заслон опустел, ночью и поборники растворились в ночи. И казну растащили и оружие, лошадей оставили - шуметь боялись. Пришлось в караваны их забрать, чтоб без людей не одичали и голодом не изморились. Ещё переход дневной и должно море показаться со столицей, на берегу стоящей.