Вашему ребёнку год. Он не знает ни одного правила грамматики. Не понимает, что такое «глагол». Не читал ни одного учебника. Через два года он будет строить предложения, шутить и врать. Как? Этот вопрос мучает лингвистов уже полвека. И ответ, который казался окончательным, оказался неправильным. Теория, которая рухнула Великий лингвист Ноам Хомский выдвинул элегантную теорию: грамматика зашита в мозг генетически. Есть врождённый «языковой орган», универсальная грамматика, общая для всех людей. Ребёнку остаётся лишь «включить нужные настройки» для конкретного языка - как выбрать раскладку клавиатуры. Идея была красивой и влиятельной. Но с ней возникли серьёзные проблемы. Нейронаука не нашла никакого «языкового органа». Область мозга, которая специализируется на языке - так называемый «интерпретатор» в левом полушарии - работает как любая другая часть коры. Его специализация зависит от связей, а не от какой-то волшебной «языковой пыли». А потом появился Дэниел Эверетт - и всё стало ещё ин