На самых дальних окраинах мира XIX века Арктика представляла собой одновременно и живую родину, и полигон для проверки человеческих амбиций.
Задолго до прибытия исследователей и фотографов с фотоаппаратами и научными приборами коренные народы, такие как инуиты, саами и чукчи, создали прочные общества в полярных регионах.
Их жизнь определялась сезонными перемещениями, охотой и рыбалкой, а также глубоким пониманием льда, погоды и поведения животных.
Семьи путешествовали на санях и лодках из шкур, одежду шили из меха и кожи для выживания, а не ради моды, а устные предания сохраняли историю в стране, где письменные записи были редкостью.
Эскимосская лошадь готовится к охоте на тюленей.
К концу XIX и началу XX веков эти сообщества стали всё чаще замечаться, документироваться, а иногда и подвергаться преследованиям со стороны посторонних, которые рассматривали Арктику как научный рубеж и символ стойкости.
Наиболее яркие визуальные свидетельства этой эпохи представлены в работах Уильяма Брэдфорда, чей монументальный труд «Арктические регионы» был опубликован в Лондоне в 1873 году.
Брэдфорд, родившийся в 1823 году и наиболее известный как художник и фотограф, поставил перед собой цель запечатлеть Гренландию и ее жителей в то время, когда сама фотография была еще сложным и непредсказуемым процессом.
Прекрасные формы разнообразия, которые принимал этот айсберг.
Его проект получил значительную поддержку, включая спонсорство от королевы Виктории, и был выпущен тиражом всего около 300 экземпляров.
Сегодня сохранившиеся экземпляры встречаются редко, несколько из них хранятся в учреждениях в Нью-Бедфорде, штат Массачусетс, и его окрестностях, в том числе в Музее китобойного промысла Нью-Бедфорда.
Фотографии Брэдфорда не просто иллюстрируют пейзажи; они запечатлевают моменты повседневной жизни, китобойного промысла, застрявших во льдах кораблей и арктических поселений в то время, когда этот регион начал привлекать к себе устойчивое внимание всего мира.
Между айсбергом и льдом. «Пантера» заводит двигатель, чтобы избежать столкновения с айсбергом.
Контакты европейцев с Арктикой в XIX веке не были чем-то новым. Самыми ранними известными пришельцами, достигшими этих северных земель, были викинги, которые поселились в Гренландии примерно в X веке и поддерживали там общины на протяжении около пятисот лет.
Эти норвежские колонии в конечном итоге исчезли, вероятно, из-за сочетания климатических изменений, изоляции и экономического упадка.
В последующие столетия исследования Арктики оставались спорадическими и опасными, ограниченными технологиями и неполными знаниями о полярных условиях.
Охота с использованием парохода в заливе Мелвилл.
Интерес к Арктике усилился в XVI веке, когда европейские державы стали рассматривать ее как возможный путь к новым торговым маршрутам.
Перспектива создания северного прохода, соединяющего Европу и Азию, подтолкнула экспедиции в практически неисследованные воды.
В течение XVII и XVIII веков такие исследователи, как Генри Гудзон из Англии, Виллем Баренц из Нидерландов и Джон Росс из британского Королевского флота, отправлялись на север в поисках судоходных морей.
Дом Эсака на улице Иглор находится справа.
К XIX веку исследования Арктики все больше смещались от коммерческих амбиций к научным изысканиям.
Теперь организовывались экспедиции для изучения географии, магнетизма, океанских течений и климата, часто под руководством опытных мореплавателей или ученых.
Сэр Джон Франклин стал одной из самых известных и трагических фигур этой эпохи. Его последняя экспедиция, начатая в 1845 году для составления карты Северо-Западного прохода, закончилась гибелью всех 129 человек.
Тайна, окружающая их судьбу, преследовала викторианскую общественность и подчеркивала смертельную непредсказуемость Арктики.
Эскимос несёт свой каяк к воде, чтобы отправиться на охоту.
Позже в том же столетии норвежский исследователь Фритьоф Нансен вывел полярные исследования на новый уровень научной строгости.
В 1893 году он предпринял смелый эксперимент на борту специально спроектированного корабля «Фрам». Вместо того чтобы бороться со льдом, Нансен намеренно позволил своему судну вмерзнуть в него, надеясь дрейфовать по Северному Ледовитому океану и собрать данные о течениях и движении льда.
Закругленный корпус корабля был спроектирован таким образом, чтобы подниматься под давлением льда, а не разрушаться, что было революционной конструкцией для своего времени. Во время этой экспедиции Нансен достиг широты 85°56′ северной широты, приблизившись к Северному полюсу ближе, чем кто-либо до него.
Эскимосское иглу, или зимняя хижина, построенная из дерна и камней.
Экспедиция «Фрам» изменила представление об Арктике. Нансен продемонстрировал, что к северу от Евразии нет крупных неоткрытых участков суши, и подтвердил, что глубина Северного Ледовитого океана превышает 3000 метров.
Его наблюдения также показали, что более теплые воды Атлантического океана, переносимые ответвлением Гольфстрима, текли подо льдом Арктики в виде глубинного течения.
Эти открытия заложили основу для современных теорий дрейфа льда и полярной океанографии.
Эскимос в своей байдарке или лодке из шкуры.
С приближением рубежа ХХ века гонка за достижением Северного полюса захватила воображение общественности.
Американский исследователь Фредерик Кук в 1908 году заявил, что ему это удалось, но его рассказ быстро подвергся критике.
Критики указывали на расплывчатые описания, математические несоответствия и показания сопровождавших его инуитов, которые позже заявили, что никогда не теряли из виду горы Гренландии. Утверждение Кука было широко опровергнуто.
Эскимос в своей байдарке готовится к охоте на тюленей.
Роберт Пири, ещё один американский исследователь, в 1909 году сделал собственное заявление. Путешествуя с Мэтью Хенсоном и группой инуитов, Пири объявил, что достиг полюса.
Однако его методы навигации были ошибочны, поскольку ему не хватало надежных средств для расчета долготы.
Последующий анализ его бортовых журналов показывает, что он отстал на несколько десятков километров. Несмотря на эти сомнения, утверждение Пири доминировало в общественном сознании на протяжении десятилетий.
Эскимос причаливает на своей байдарке, демонстрируя традицию, согласно которой они часто вывозят своих жен на короткие прогулки.
Технологический прогресс вскоре перевел исследования с саней и кораблей в воздушное пространство. В 1926 году Ричард Э. Берд объявил, что совершил полет над Северным полюсом.
Это утверждение также впоследствии было поставлено под сомнение. Отчеты его пилота, Флойда Беннетта, и несоответствия в данных о времени полета указывали на то, что самолет не мог совершить полет так, как было описано. В настоящее время историки в целом считают утверждение Берда маловероятным.
Эскимосская мать и её светловолосая дочь.
Первое широко признанное пересечение Северного полюса произошло позже в том же году, когда Роальд Амундсен совершил над ним путешествие на дирижабле «Норге» в сопровождении итальянского инженера Умберто Нобиле.
Амундсен уже был известен тем, что достиг Южного полюса в 1911 году, и выделялся своим тщательным планированием и уважением к знаниям коренных народов.
Его арктический перелет ознаменовал конец эпохи, отмеченной опасными пробами и ошибками.
Эскимосский тупек или кожаная палатка.
Фотографии конца XIX и начала XX веков запечатлели этот переходный момент.
Они демонстрируют регион, где традиции коренных народов сохранялись наряду с иностранными кораблями, научными лагерями и амбициозными исследователями.
Если взглянуть на Арктику глазами Уильяма Брэдфорда и тех, кто последовал за ним, то она предстает не как пустынная местность, а как сложный, созданный человеком ландшафт, сформированный стремлением к выживанию, любопытством и неумолимой тягой к неизвестному.
Эскимосские палатки, или шатры из шкур, использовались для ночлега во время путешествий вдоль побережья.
Эскимосы бодрствуют.
Эскимосские женщины демонстрируют способ, которым они часто носят своих детей на спине в капюшонах.
Группа эскимосских женщин и детей.
Ханс, его жена и дети.
Айсберг, демонстрирующий действие воды, которая смывает и изнашивает его, придавая ему нынешнюю форму.
В открытом проливе между льдиной и айсбергом.
Мгновенный вид айсберга по пути на север.
Мгновенный вид айсбергов, которые из-за их сходства и красоты мы назвали айсбергами-близнецами.
Янсен и его семья.
Вид сверху с Карсутского фьорда.
Более детальный вид белых медведей.
Терпеливо ждали и молча надеялись, что лед откроется.
Филип и его семья.
Песчаниковая скала у входа в фьорд Карсут.
Софи и ее сестра Мареа.
Судно «Пантера» пришвартовалось к льдине в заливе Мелвилл, между айсбергами и полевым льдом.
Ледник «Пантера» стоял на льду в заливе Мелвилл, насколько хватало глаз, это было огромное, нетронутое ледяное море.
Судно «Пантера» пришвартовалось к толстому льду.
«Пантера» пытается прорваться сквозь льдину.
Скалы на противоположной стороне гавани Годхейвена, высотой триста футов.
Самая дальняя достигнутая точка.
Ледник, как видно на снимке, спускается по суше в воды фьорда.
Ледник, каким его видно при плавании вверх по фьорду: его передняя стена или фронт и вершина, если смотреть вглубь материка.
Дом, расположенный ближе всего к Северному полюсу, под полуночным солнцем.
Лютеранская церковь в Якобсхафене, одна из лучших в Гренландии.
Средняя группа айсбергов в заливе Мелвилл, среди которых группа выброшенных на берег айсбергов.
Полуночное солнце в заливе Мелвилл.
Группа людей в лагере на вершине ледника.
Уединение залива Мелвилл.
Пароход проводит замеры глубины перед ледником.
Пароход, находившийся в открытом штольне, пришвартовался к краю ледового поля.
Вид на Юлианешааб.
Вид на поселение и гавань Годхавн на острове Диско.
Молодая эскимоска, одна из танцовщиц на ярмарке.
Доктор Рудольф, его жена и дети.
(Фотография предоставлена: Уильямом Брэдфордом (1823-1892) «Арктические регионы» / Wikimedia Commons).