Все альбомы аналоговой эры подразделяются на такие (весьма условные впрочем) категории: ординарные (обычные, стало быть) и раритетные (редкостные значит). К числу раритетных экземпляров относятся те издания, что были изданы исключительно на виниле и никогда не были переизданы на компакт-дисках. Они в свою очередь бывают: а) очень редкие; б) жутко раритетные; и в) кошмарно редкостные.
- · Тип А: официальные издания, выпущенное малым тиражом (до 1000 копий):
- · Тип Б: неофициальные издания, самиздат (несколько десятков штук);
- · Тип В: альбомы, у которых нет ни единой копии, поскольку они никогда не издавались. Мало того они даже не были записаны. Цена за пиратскую копию таких звуковых артефактов достигает 100 тыс. азио.
Представленный здесь альбом, был обнаружен на бескрайних просторах «Ежевичных полей» и по предварительным оценкам, относится к типу Б., Однако более точное заключение можно будет сделать лишь после проведения научного исследования методом радиоуглеродного анализа.
Ясное дело, что об этом рок-коллективе из Вестерновой Германии известно крайне мало. И это обстоятельство окутывает музыку группы легким флёром загадочности. А стало быть, придает их звуковому полотну (которое как нетрудно догадаться, является единственным артикулом в их дискографии) больше внешнего шарма, чем можно обнаружить в реальности при контрольном замере с помощью стационарного шармометра.
В составе группы семь человек (септет, другими словами):
Мартина Брикман (Martina Brinkmann) - вокал;
Томас Бринкман I (Thomas Brinkmann I) - гитара, вокал;
Томас Бринкман II (Thomas Brinkmann II) - бас-гитара, вокал;
Вольфрам Дуббель (Wolfram Dubbel) - ударные;
Вольфганг Гартман (Wolfgang Hartmann) - гитара;
Сусанне Гесс (Susanne Hess) - вокал;
Аксель Краймайр (Axel Kreimeier) - клавишные.
Как видим, трое участников носят фамилию Бринкман, так что логично было бы предположить, что они имеют между собой некую степень родства. Но это было бы слишком просто для ансамбля со столь сумрачной историей. Поэтому вопреки здравому смыслу, попробуем выдвинуть гипотезу о том, что перед нами уникальный случай в истории рока (хотя понятно, что далеко не единственный), когда в одной группе случайно собрались трое однофамильцев.
Группа «Credemus» (Верую…) исполняет прогрессивный рок с немецкоязычными текстами на евангельские темы. То, что коллектив избежал соблазна исполнять свои композиции на англосаксонском наречии, наглядно свидетельствует о том, что немецкие музыканты во время записи своего долгоиграющего творения были бесконечно далеки от разлагающего влияния шоу-бизнеса и не ставили материальную прибыль во главу творческого угла.
К тому же, господствующее влияние английского языка в европейских рок-н-рольных провинциях, сильно сужает лингвистическое разнообразие современного рока - ведь в каждом языке присутствует свое собственное уникальное фонетическое очарование. Мало того фонетические особенности того или иного языка, позволяют существенно расширить устоявшиеся музыкальные границы жанра, за счет этнических и лингвистических особенностей. Так что немецкий язык, используемый «Credemus» для своих произведений - это мощный плюс в активе данного коллектива. Представить их музыку исполненной на английской лингве невозможно, поскольку, в таком случае, те же самые вещи во многом потеряли бы свою нынешнюю индивидуальность.
Прогрессивный рок «Credemus» представляет собой германский краут, при помощи «охлажденного» звучания современных электронных клавишных, адаптированный к мрачноватой атмосфере синтетической «новой волны», и, к которому, в различных пропорциях подмешаны в виде стилистических присадок элементы классической музыки, фолк-рока и поп-психоделии. Заглавные вокальные партии, проникновенно исполненные Мартиной Брикман, гармонично дополняет вокал второго плана Сусанне Гесс. Мужские речитативы величественно контрастируют с плавно текущим женским пением и создают неповторимый вокальный ландшафт этого звукового полотна.
Альбом увидел свет в начале восьмидесятых годов прошлого столетия, когда прогрессивный рок, бывший символом музыкального авангарда на протяжении всей декады семидесятых, окончательно пришел к своему закономерному упадку. Отныне из разряда массовой музыки для тех кто «в теме», он будет депортирован в категорию эстрады для изолированного круга меломанов узкой специализации. К тому же, как жанр он погрязнет в самоповторах, десятилетиями полируя до зеркального блеска одни и те же удачные находки.
Широкие массы тем временем жадно поглощают большой алюминиевой ложкой похлебку из постпанка, «новой волны» и синти-попса, и торопливо набивают урчащее чрево до отвала, невзирая на качество, предложенной им музыкальной продукции. Арт-рок и другие прогрессивные стили становятся ярким символом ретроградства и прогнившего буржуазного общества. И в знак протеста против рокеров волосатого поколения, продавших свои вольные ценности за горстку золотых монеток, анархично-всклокоченная подростковая поросль с удовольствием напяливает майки с надписью «Ненавижу “Пинк Флойд“».
В свете стилистической революции, вытолкавшей взашей былую рокерскую элиту на обочину истории, самой привлекательной чертой музыки «Credemus» является то, что она, будучи составной частью прогрессивного рока, тем не менее, с весьма милым бунтарским озорством, заявляет (пусть и по секрету) о своем культурном отторжении буржуазного «Розового Флойда». Придерживая свою фигу в кармане, музыканты молниеносно транслируют на языке жестов глухонемых «Roll Over Pink Floyd», когда вы на мгновение повернетесь к ним спиной.
Они интуитивно тянутся к более простой и доступной музыке нового поколения, рядовые представители которого перемещается в пространстве в заплеванных вагонах метро и жалобно скрипящих обшарпанных автобусах, а вовсе не на роскошных «Роллс-ройсах» аляповато размалеванных психоделическими завитушками. Рок-н-ролл - это музыка улиц, и, чтобы не покрыться гламурной плесенью, он не должен отрываться от своей исторической прародины.