Статуя Аленки, олицетворяющей основательницу села Новая Аленовка, стала в нашей стране эталоном уродливого памятника, скинув с постамента творения покойного Церетели. Есть свои «аленки» и в Новосибирске — например, скульптурная группа на Аллее друзей в Октябрьском районе.
Зомби с воздушным змеем
Посреди аллеи — два подростка, девушка и собака. Они будто только что вылезли из земли и стоят, как будто ждут, когда кто-то их тронет. Новосибирцы уже прозвали их «зомби с воздушным змеем» или «трое из гроба, не считая собаки».
Памятник, официально призванный символизировать дружбу, горожане назвали «убожеством» и «искусством эконом-класса». Позитивных отзывов практически нет: в лучшем случае, скульптурную группу называют «не отвратительной, просто забавной». Днем ее фотографируют с «удачных» ракурсов. Ночью стараются обходить стороной.
Известный новосибирский краевед Константин Голодяев в начале 20-х годов был, пожалуй, главным критиком данной композиции. И прижившееся в итоге народное имя «трое вышли из гроба» придумал именно он. Спустя пять с половиной лет краевед остается при своем мнении:
«Быть может, я не современный, но тогда это к счастью. Ну не понимаю я красоту и „забавность“ этих ужасных лиц и фигур, этот гробовидный постамент под ними. Да фильмы про зомби выглядят приятнее. Но то частные истории зрителя и экрана, а это вынесено на обозрение всех жителей, детей. Кого мы воспитаем в результате?»
«Выглядит так, как будто их закопали, а потом они выкопались и пошли. Постамент реально на гроб похож. Девушка стоит столбом и смотрит в никуда. Ее друзья будто не понимают, зачем они тут. А собака… Собака еще нормальная, но остальные выглядят так, будто кто-то начал лепить человечков из пластилина, но ему это надоело и он бросил свою работу» — такие отзывы пишут о скульптуре жильцы близлежащих домов.
Новосибирск — не единственный город, где скульптуры вызывают не восторг, а легкий ужас. В Пензе, например, поставили кентавра с дырой вместо живота, развернутый на 180 градусов. А в многострадальном Воронеже, помимо Аленки появился «конь-рельсоед», как его прозвали в народе. В Брянской области «отличился» пограничник с псом, который больше похож на медведя, сбежавшего с цирка.
Но в Новосибирске отношение к таким скульптурам сдержанное. Здесь не кричат. Не пишут петиции. Просто молчат, качая головами. Иногда еще просят снести.
Так получилось, что в столице Сибири подобные шедевры делаются, в основном, не на бюджетные деньги. Тех же «зомбидрузей» оплатил местный застройщик, отвечавший за благоустройство аллеи. И к тем, кто тратит на «украшательство» свои деньги, а не общие, горожане, как правило, относятся с большим пониманием.
Право сказать «нет» безвкусице
На самом деле объяснение «я за свои деньги ставлю, что тут такого» не может быть универсальным ответом. Установка скульптур в Новосибирске регулируется «Положением о порядке принятия решений об установке произведений монументально-декоративного искусства». И каждый памятник, статуя и мемориальная доска на стене должна пройти весь путь от заявки до разрешения.
Сначала в мэрию подается заявление. С эскизом, обоснованием, документами на право собственности, гарантией финансирования и так далее. Комиссия рассматривает его, оценивает культурно-историческую ценность — и только тогда выносит решение, которое утверждает мэр или горсовет. Пропустили этот этап — извините, мы пришли вас сносить.
«Мы обсуждали этот проект на Художественном совете города, и не рекомендовали установку этого убожества. Нет, поставили. Потому что в Новосибирске застройщик и депутат сильнее и умнее любых экспертов. Мы же не лезем в вопросы строительства, так просьба и вам доверять вопросы искусства и внешнего вида города профессионалам. А то ж получается, что над этими „произведениями“ смеется весь город. И не он один», — рассуждает Константин Голодяев в разговоре с Atas.info
Тем не менее, в новейшей истории Новосибирска много примеров того, как худсовет сказал «нет» — и бизнес ответил: «ну нет так нет».
Да, почти все эти произведения искусства создавались по инициативе частных компаний. Одно из немногих исключений — «шишка», символизирующая нулевой километр, которая вполне могла появиться после реконструкции Первомайского сквера. Здесь заказчиком выступило Территориальное управление автодорог.
Неподалеку от «шишки» мог появиться пластмассовый «кактус» кислотных цветов, заказанный расположенным тут же мексиканским рестораном. «Сибакадемстрой» в начале 2010-х годов планировал воздвигнуть напротив ДК «Юность» памятник строителям Академгородка — его «завернули» за явное противоречие городской среде. По той же причине отклонили проект группы «ВИС», которая хотела установить возле нового моста через Обь стелу с часами. Памятник охраннику в Академгородке (заказанный, что логично, фирмой по оказанию охранных услуг) предложили «отправить сразу в музей» как реликт уходящей эпохи. А вот «деловую женщину» напротив типографии «Граф» и отеля Grand Autograph в самом центре города — поставили. И за двадцать лет она не только обросла традициями (как и многие другие памятники), но даже имя успела получить — Лариса Ивановна.
«Я уже не раз предлагал провести художественную ревизию, выявление низкопробных памятников и демонтировать их. В законном порядке — даже установленных незаконно, в частности как этот „гроб“ и надгробие комсомолу на ул. Эйхе. Ну, не любите вы наш город — и не надо. Но хотя бы не гадьте в нем» — продолжает Константин Голодяев.
Новосибирцы раскритиковали «троих из гроба» на Аллее друзей
Не мы построили, но мы снесем
Если памятник включен в число объектов культурного наследия, то демонтировать его по закону практически невозможно. Такие ограничения закреплены как в федеральных, так и в региональных законах, а также в местных документах. За уничтожение памятников предусмотрена ответственность по статье 243 УК РФ. Если же скульптура — не официально признанный памятник, а арт-объект, снести его очень даже можно.
Помимо арт-объектов в стиле «китч-арт» или «ЖЭК-арт», которые сносили в 2010-х годах («пепелац» на метро «Студенческая», «железный скорпион» на Гурьевской, «памятник колбасе» на Комсомольской) на ум приходит семейная группа в Первомайском сквере у выхода из подземного перехода. И ее очень быстро переделали по одной простой причине — мороженое в вытянутой руке ребенка при виде сбоку напоминало детородный орган его отца.
Поставил эту группу, кстати, расположенный на другой стороны улицы обувной магазин, а не производитель мороженого. Еще до того, как подземный переход закрылся на капремонт, магазин прекратил работу, а следом исчезла и скульптура.
Тем временем в Якутии скульптор Иван Боппосов (брат автора «того самого» петуха) создал фигуру символа нового 2026 года из того же материала. Но если якутский конь из навоза с наступлением весны растает и станет удобрением для полей, то некоторые другие произведения искусства, которые сравниваются с тем же продуктом, убирать приходится самим.