Август 2013 года. Мы счастливые и довольные стоим перед входной дверью в квартиру № 89 и судорожно пытаемся выковырять кота из пластмассовой переноски. Молодые мы тогда были, в поверья не очень верили, но тут решили их придержаться. Да и не сложно оказалось. Вот дверь - вот переноска с хвостатым. Открыли дверь в новую жизнь и закинули кота в дом. Худа от этого, точно не будет.
И как тогда настроили мы под себя пространство в квартире № 89, так и живем в нем по сей день.
Со временем изучили каждый квадратный сантиметр пространства. Каждый уголок, каждую половицу со скрипом, каждый каприз сантехники. Но есть вещи, которые, как заводские настройки в старом телефоне, сбросить не возможно. Они вшиты в ДНК квартиры, в её проект, в её характер. И каждое день дают о себе знать, как тихий, но настойчивый сбой системы.
Утренний ритуал ожидания
Каждое утро начинается … с негодования. Не от собственного отражения в зеркале... А от системы водоснабжения. Включаю кран в надежде на живительную теплоту и начинается медитация. Сначала течет ледяная, пронзительная струя - это дань утру. Потом - теплая, обманчивая. И только после долгого слива, который может занять пять-семь минут, из крана наконец-то с облегченным вздохом вырывается полноценная горячая вода с паром.
А всё это время, пока ледяная вода не перешла в нужное горячее состояние, в моей голове незримо крутится счетчик и особо остро чувствуется цена за кубометр воды и слива.
А ещё, в этот момент размышляю о соседях снизу. Я точно знаю что они встают раньше всех, собираются и уезжают на работу. Какой водой они умываются? Куда горячая вода за это время девается? В какие дебри стояков уходит? Почему наш дом, как старый паровоз, нуждается в такой длинной «раскочегарке»? Это не бытовая мелочь - это ежедневный урок терпения и принятия неотвратимых потерь. Терпеливо стоять и слушать, как деньги утекают в канализацию - особый вид утренней аскезы.
Выступающий балкон
Наш дом украшают балконы особой конструкции. Они не встроены, а словно выдвинуты из фасада бетонной плитой. Раньше, были похожи на смотровую площадку. Которую со временем обшили с трех сторон, создав жалкую пародию лоджии. А чтобы на десять сантиметров расширить пространство, выдвинули подоконник вперед.
И вот теперь - эта балконная конструкция выбивается из стройного ряда соседних балконов. Сверху козырька нарастает наледь с сосульками, которые при малейшей оттепели пытаются сорваться вниз. В результате чего вместе с покупкой квартиры № 89, на меня - жильца, навалилась личная ответственность за безопасность прохожих по дворовой территории.
Из года в год, в снежную погоду приходится проводить осмотр балкона на предмет «ледовых образований» и в случае чего своевременно сбивать.
Молчание батарей
Самое же парадоксальное в нашей квартире - это отсутствие власти над теплом. В эпоху умных домов и термостатов, которые слушаются голоса, наши батареи - немые бесправные монолиты. На них нет вентилей. Никаких. Только гладкая труба переходящая в чугунную гармошку.
В теплую погоду житие превращается в игру русской рулетки. На улице +5, а в батареях, включенных по какому-то своему, неведомому принципу, бурлит кипяток. А вместо заветного краника- форточка. Открываешь все нараспашку - и живешь в этом странном пограничье между адом и раем: от окна дует зимний воздух, а от батареи пышет жар преисподней.
Квартира Плюшкина
Даже за пределами квартиры № 89 есть то к чему я никогда не привыкну. Это квартира соседа живущего этажом ниже. Она словно неприступная крепость, двери в которою открываются без свидетелей. Но когда это нечаянно происходит, взгляду открывается картина, достойная кисти голландских мастеров, специализирующихся на натюрмортах в жанре «тотальное нагромождение».
Мне лишь единожды удалось заглянуть вглубь, когда сосед поставил жариться картофель и уснул.
За закрытой дверью висела грязная портьера, которая скрывала узкий проход, похожий на ущелье, порубленное в скалах.
Там не было свободного сантиметра. В скалах из книг, старых газет, сломанной бытовой техники, мешковатых куч вещей. Это не просто захламленность. Это, кажется, особая жизненная философия - вещевой консерватизм, где каждая «пуговица» ещё пригодится.
И эта квартира Плюшкина - постоянный повод для рефлексии. Она, как кривое зеркало, заставляет меня следить за порядком в своем доме и ломаться над вопросом «а вдруг?». Но чаще она вызывает щемящее чувство тревоги, которое витает в общем подъезде: не пахнет ли опять гарью, не поползет ли оттуда новая жизнь в виде рыжих прусаков, пробившихся сквозь эти бумажные баррикады. Это соседство - словно тикающая мина в фундаменте дома, обезвредить которую ты не имеешь возможности.
Так что, не всё идеально в квартире № 89. Заводские настройки не страшные, но характерные. Они не мешают жить, они просто напоминают, что твоя квартира - не изолированный космический корабль, а часть большого, сложного, иногда абсурдного, но родного организма под названием - Дом. И с этим как ни странно, можно сжиться. Но привыкнуть - так и не выходит.