"Почему мы должны платить за своих родителей? Мы – заложники их ненависти, Робер. И не только мы, но и наши любимые, и наши дети. За нас решают, кого нам любить, кого ненавидеть, кому принадлежать… Нас не спрашивают, мы – вещи, только с именами и с душой. Мы не живем, нас продают, покупают, меняют, переставляют, пока мы не вырастаем в хозяев таких же вещей, уже наших"… /Катарина Ариго-Оллар/
- Матвей, ты не на громкой связи? – спросила Лиза.
- Нет, я слушаю тебя, дорогая. – мягко с улыбкой в голосе ответил муж.
- Как он? Машка сказала, что Малыш планировал свадьбу с Катей в этом году, он надеялся, что это всё умопомрачение закончится… Господи, Матвей! Неужели это правда! Я так не хотела об этом думать, скажи, что всё не так!
- Всё так. Просто никто не знал, что мы уедем утром покататься. Лизка, я обещал ему вместе, но Максик решил один. А потом ему стало совестно, и он меня разбудил, как обещал. Мы прокатимся вместе на одной машине, что купить?
- Бедняжечка… Купите сок, что хотите купите… Сегодня приедет Маргаритка. Ты знал?
- Догадывался. Ничего, Лизка. Не шалите там без нас.
Муж замолчал, Лиза выдохнула, с силой сжимая телефон.
- Хорошо, - ответила она, - Всё будет хорошо.
Машка пригласила всех прогуляться по берегу сразу после завтрака. Лиза видела, что папе хочется поговорить с ней по душам. Понимая, сколько ей придётся скрывать при этом разговоре, боялась, что именно папа сможет прочесть в её глазах не только волнение, но и облегчение.
- Я без вас всех всегда скучаю. - Машка взяла её под руку и прижалась к плечу. - Идём, поиграем с детками в эти шары. Будет весело. Идём.
Они спустились и подошли к ровному месту на пляже. Эта игра появилась во Франции и называлась петанк. Семья Кристиана обожала в неё играть каждые выходные, и Машка с ними играла всегда. Дети тоже полюбили такую смесь керлинга и боулинга, в которую можно играть почти на любой площадке и на стриженной траве, на снегу, на песке. Сильный ветер развевал волосы девочек Макса и Дианки, Лиза залюбовалась детьми.
- Мне так хорошо. Так спокойно, - произнесла Маша ей в ухо, - Анджея заберу в следующие выходные, я обещала, что он побудет у бабушки с двумя няньками сестрами. Лиз, там у меня нет никого, с кем я могла бы поговорить так, как с тобой.
- Ты не говорила со мной раньше так, как сейчас.
- А я думала, что никогда не признаюсь. Никогда в жизни. Но, как видишь, на всю жизнь меня не хватило. Я поняла, что у Кристиана есть хорошенькая фотомодель и нашла в себе силы отказаться от великолепного несравнимого самого восхитительного мужчины, - полушутя сказала Машка. - Это правда. И еще мне надоело обижаться на Катьку и то, что она обижается на меня. Я бы её посвятила, но очень боялась, что до мамы Эли дойдёт. И тогда она просто уничтожит Кристиана, его семью … и себя съест, что не уследила за мной.
- Машенька, ну почему ты не считаешь меня родной душой? Почему ты…
- Бросай, твоя очередь! Сейчас тётя Лиза бросает!
- Мама, давай! – закричал Денис.
Лиза бросила шарик и улыбнулась, услышав радостные крики.
- Ты знаешь, при всех отрицательных чертах и недостатках... новой женщины моего бывшего мужа Матвея, я вижу, что она ему больше подходит. Хотя по нему ужасно скучаю. Мне очень жаль, что он не захотел приехать сюда. Тебе она нравится? Катьке очень нравится, а тебе? Ты с ней общаешься, встречаешься, Лиза?
- Иногда, редко.
- Ну что с тобой, сестрёнка? - спросила вдруг Маша. – Пусть они живут, Катёнок счастливая, а Малыш… выберется. Он просто очень славный. И мне его очень жалко. И знаешь, когда много учебы, работы… Всё становится менее страшным, даже когда твой любимый человек больше тебе не принадлежит. Лиз, я тащусь от работы изо всех сил. Для Кристиана я была русская курочка, которая ему несет золотые яйца. О, теперь я бросаю! Прекрасно!
- Маш, я волнуюсь за своего ребенка.
- Ну это ты уже два года так волнуешься, пора привыкнуть! - рассмеялась Машка, - Я вижу, как твоя дочь довольна. Макс выглядит сейчас в сто раз лучше, чем на моей первой свадьбе, и кажется мистером вселенной. Если бы он участвовал в конкурсе красоты сорок плюс – однозначно бы победил всех. Любить его не обязательно, но он не может оставить равнодушным.
У Лизы возникло сильное желание спросить у сестры самое важное. Это ощущалось, как физический голод, и она решилась.
- Маш, ты хотела нашего Матвея увидеть, чтобы убедиться, что у него всё к тебе прошло?
- Нет. Я приехала, чтобы начать всё сначала уже как взрослая. Как актриса я состоялась. Буду играть роль влюблённых в кино. Хочу, чтобы он увидел, как я могу.
- Он у-увидит и всё поймёт.
- А я хочу, чтобы он понял. Я этого хочу. И мне всё равно на всех, как Катьке.
- Тебе всё равно, как это… повлияет на других людей?
- Лиза, если это на них повлияет, значит так надо! Вы любите друг друга, и тебе и твоему мужу вообще неважно, кто приехал к тебе или к нему. Вы вместе. Что на вас может повлиять, скажи? Кто может вдруг приехать и ваши отношения между мужем и женой изменить? Макс? Да ты его ни во что не ставишь. Тебе он не упал. И к Матвею не приедет бывшая женщина, чтобы он посмотрел и понял… что хочет быть с ней…
Лиза сразу подумала о Кате. Дочка знает, что пригласили Риту? Она чувствует, что мама, родная мама может изменить их отношения с мужем?
«Она не простит!» - испугалась Лиза, - «Она узнает и обидится на меня, моя маленькая, моё солнышко!»
Ей расхотелось играть совершенно, но она старалась веселить детей и Машка тоже. И папа присоединился. Лиза обрадовалась, попросив его заменить её в команде. Она решила приготовить на всех салат и поставить вариться суп из индейки с овощами. Убегая на большую кухню, надеялась, что ей на помощь проснётся Элеонора, так как силы были на исходе. Ночь почти без сна, еще до вечера надо дотерпеть.
Лиза никак не могла до конца осознать и прийти в себя после этой ночи и признаний сестры. Она испуганно мыла овощи, дрожали руки. Надо было предсказать появление Риты, чувства Малыша, остановить Машку, а не обижаться на неё за сына. Она сказала Кате, что не верит в этот брак Маши, в её первый брак. Чувствовала, что всё закончится плохо, не понимая, почему. Казалось на самой свадьбе Машка в панике. На лице сестры была безмятежность и счастье, но такое волнение, что не передать словами, и Лиза неверно его истолковала. Она думала, Маша волнуется из-за грозы и просто волнуется, как любая невеста. Как она сама.
«Никогда не верила в счастье с французом Кристианом. Не могла смотреть на них, словно это были и остаются чужие люди. Эти фотографии... Машка не похожая на себя совершенно, ни внешне ни душой. Всё казалось сном, плохим сном».
Перед глазами всплывали картинки прошлого, те, что так явно свидетельствовали о нечестной игре и лжи.
Машка забежала в дом, схватила две бутылки минеральной воды, выбежала и на улице весело засмеялась. Лиза услышала, как она разговаривает по мобильному. Машка звонила узнать, как там её сыночек.
Заглянул папа, спросил надо ли помочь и сел напротив Лизы, наблюдая, как она быстро режет салат в две большие стеклянные миски.
Лиза боялась взглянуть на него. Она сразу не стала ничего говорить папе о том, что сделала Катя и не собиралась. Папа бы молчать не стал. Бабушка Нелли ничего не знала и о свадьбе внучки. Катя приезжала сама на два три дня, Лиза привозила детей. Все были предупреждены, что бабушку не надо волновать и обижать, что её не было на скромной скоропалительной свадьбе.
Валерий Яковлевич схватил приступ, паническую атаку, пока ему не объяснили, что он неправильно истолковал слова про десять лет. Все в один голос убеждали, что Катя с Максом просто договорились примерно на десять лет их брака, пока ему не исполнится пятьдесят или чуть больше. Он не задавал никаких вопросов и ничего не говорил больше о том, что напугался за здоровье его любимой Катеньки.
Элеонора всё еще сладко спала. Папа порезал индейку, поставил кастрюли на плиту, и сказал:
– Господи, какие же вы с Машей стали взрослые! И такие красавицы… Можно я тебя обниму, дочка?
Лиза вытерла руки не только обняла, но еще и как маленькая расплакалась.
– Милая моя, хорошая моя. Не надо, крошка моя. Я узнал про Машку, думал, ты обрадуешься.
– Я обрадовалась. – всхлипнула Лиза, - Папа, я очень рада. Просто я волнуюсь… И мне так бывает страшно, что я виновата… Я так чувствую, что виновата, хотя Матвей говорит, что ни в чём, а я не могу так много себе простить…
– Ужасно то, что ты говоришь, дочка. Ты ничего не сделала плохого, а то, что скрываешь – это для блага. Сейчас успокойся, потом как-нибудь сядем вдвоём, чтобы никто не пришел и не помешал нам, и все подробно расскажешь. Хорошо, Лизонька моя? И лучше вообще не думай, что ты виновата. Каждый отвечает за себя сам, когда становится взрослым.
- А когда становится взрослым? Когда, папа?
- Когда сам решает. Сначала круто становится, когда родителей нет дома. Потом ребенок начинает громко слушать музыку и не обращать внимания на замечания… Мне кажется, что это… так незаметно происходит, а потом понимаешь. Всё, ты совсем взрослый.
- Когда выходишь замуж, взрослым не становишься, пап.
- Да, это так.
- А когда становишься мамой впервые, не знаешь, как себя вести, ты просто… притворяешься взрослым. А потом незаметно становишься… Или никогда не становишься… Боже мой, папочка… Я тебя совсем не жалею и плачу тут…
- Ты же с папой, для меня ты всегда маленькая девочка. Я сейчас вижу тебя малышкой, совсем малышкой. И я прошу тебя, не надо думать, что ты можешь за всеми уследить, всех остановить, упросить, уберечь. Это не так. Не так, Лиза. Никто не может.
- Папа, я могла. Катя для меня - маленькая девочка.
- Хорошо, тогда и я мог. Но не стал. И я очень хочу, чтобы вы были счастливыми. Ты идёшь на пляж?
- Нет, я останусь.
- Матвей спит?
- Нет, он с Малышом на машине уехал, сказал - скоро вернутся. Учит его вождению.
- Ясно.
- Иди, пап. Последи за ними, там из взрослых только Машка.
- Хорошо. Не надо слёз. Прости меня. Возможно, Катёнок права. Она замечательная, добрая, и всегда такой была. Я уже несколько месяцев думаю, как бы ей об этом сказать. Я уже не молод, и был неправ, когда увидел что-то неприемлемое для меня, что-то новое. Я не хотел влезть не в своё дело. Мы хорошая семья, у нас хорошая семья. И есть любовь, а есть нечто большее. И никто не виноват, ни ты, ни я, ни … он.
***
Лиза умылась и потуже затянула хвост. Она тоже влезла не в своё дело, тоже не молода, увидела неприемлемое для себя, новое. Она искала, и казалось нашла действительно правильные слова. Она искала слова, которые коснутся его сердца.
Не желая при этом причинять боль родной дочери, решилась. И попросила Матвея сказать эти слова. Иначе, до него может не дойти их смысл.
И сейчас ей кажется, что лучше ему не выходить из комнаты. Не собираться за одним столом. И уехать.
Лиза закончила с салатом, приготовила тесто для пончиков на десерт.
И услышала крик своей дочери.
Катя звала её.
- Мама! мамочка! Мама помоги!!! Мама где ты!
Катя влетела в кухню с мокрыми щеками и глазами полными слёз. Губы её дрожали.
- Мам! Он не просыпается! Мама, нужно скорую! Помоги, мама, я сейчас умру! Я не могу его разбудить! Мамочка-а-а…
Лиза схватила Катю за плечи, заглянула в глаза и молча побежала на второй этаж. Катя за ней. Она, как ветер пронеслась по коридору, вбежала в комнату и увидела спящего Макса. Он лежал на спине и не шевелился.
- Не просыпается, я его тррясла... Звала... Мамочка... Он еле дышит...
Лиза огляделась, схватила кувшин с водой, подошла к кровати и мгновенно выплеснула всю воду ему на лицо.
Макс фыркнул, закашлялся, поднял голову.
Лиза сунула Кате кувшин в руки и быстро вышла из комнаты.
Она услышала, как дочь плачущим голосом воскликнула:
- Я не могла тебя разбудить! Я не могла!... О, Боже мой, как ты себя чувствуешь? Что с тобой? Что с тобой, Максим?!! Почему ты не мог проснуться??? Ты был, как в коме! Скажи, что нибудь, пожалуйста... Я боюсь...
***
Лиза остановилась и помотала головой. Он так не хотел с Катенькой говорить, что притворился мёртвым?
На ум пришло плохое слово.
Катя испугалась до смерти и позвала маму на помощь. Да что это за человек такой!
- Я чувствую себя… мокрым… - услышала она, - Я не хотел, потому что спал. Кать, что ты…
Лиза не могла больше ничего слушать, и, стараясь ступать быстро, но бесшумно, пошла прочь.
Прямо у лестницы стояла Элеонора в пижаме, состоящей из кофточки и длинных шелковых штанов.
- О! Привет! А что Катёна так кричала? Где все?
- Все на пляже, - выдохнула Лиза, подошла к раковине и плеснула себе в лицо холодной воды.
- А ты что вырядилась в костюм дорожного рабочего?
Лиза не ответила.
- Эй, Лизка… Ты куда ты собралась в таком виде?
- Никуда.
- Нет, скажи! Куда?
- Эль, я сейчас попью с тобой чай и пойду на пляж. Ты умылась?
- Не успела. … Нет, ну ты посмотри на себя! Что за оранжевое несчастье на тебе?
- Эль, ну ты еще! Отстань от меня!
- Мужу своему говорить будешь «отстань»!
- И ему скажу.
- Лиз ну ты похожа на бомжика, который дороги копает черным асфальтом.
- Я в хлопковом комбинезоне, мне удобно! Просто замечательно!
- Муж разлюбит!
- Разлюбит - другого найду! Чего еще мне скажешь? Ну давай, говори!
- Найдёшь, найдёшь, - проворчала Элеонора, - Ага. Только местные на тебя не клюнут. Вернемся домой и найдёшь. Живёт твой второй муж под теплотрассой. В телогрейке. Металлолом будете вместе собирать’ и в мусорных контейнерах рыться
- Эль, я обязательно пороюсь в твоем контейнере в первую очередь. Все что найду – мое!
- Лиза, если ты будешь такая нарядная, я могу случайно спустить на тебя Барона. Матвей где? Что-то не вижу его рядом с тобой…
- Он скоро вернется.
- А что Катя так? Матвей что, сказал ему?
- Тихо! Ты что!
- Сказал? Я… хочу его лицо увидеть вперед всех!
- О, господи! Молчи, Эль. Ну пожалуйста.
- Лиз, ну так что? Подействовало? … - зашептала Элеонора, - Да ладно, я понимаю, что ты этот костюм надела, чтобы снизить влияние на Катькиного старпеха до минимума. Ты можешь мне рассказать? Или я пойду к ним загляну сама.
- Эль ты столько молчала, пожалуйста, сохрани тайну. Но если вдруг случится неизбежное…
- Твое неизбежное это Матвей. Он уже случился много лет назад. И не смотри на меня так. Папа тоже на пляже?
- Да, играют.
- Близнецы на меня обиделись? Я обещала с ними в команду.
- Простят.
- Лиз, мне приснилось, что Виталькин Полкан что-то съел и кашлял, а я жутко боялась, что он того…. Пока я его уговаривала принять эмульсию, вся провоняла шерстью. Ты мне скажешь, что твоя дочь кричала или нет? Я от этого проснулась и не знаю теперь, чем сон закончился.
- Эль, я Макса облила водой из кувшина. – созналась Лиза, и принялась нарезать сочный апельсин, - Он притворялся, что не может проснуться, Катю мою напугал.
- Кхммм…. – кашлянула Элеонора. Глаза её необычно заблестели.
- Чему ты радуешься? - Лиза остановилась и положила нож, - Это означает только одно - я опять вмешалась. У меня дочь чуть от страха не умерла, скорую просила вызвать, спасти его... - зашептала она возмущенно, не скрывая чувства, - А он … лежит себе… наглый такой… Она плачет, маленькая моя, ласковая, волнуется за него! Спрашивает, как чувствует! А он… Сказал, что мокрый! Не хотел просыпаться, потому что спал! Ну как я буду спокойно жить? Мне хочется ему…
- Трусы на голову натянуть и пнуть посильнее? – подавилась смехом Элеонора. - Как жаль, что никто не записывал видео!
- Остановись, Эля! Это не смешно! Она испугалась! Плакала!
- У меня есть для тебя прекрасная идея, - сдавленным голосом сквозь смех высказалась Эльза. – В следующий раз облей его… бензином! И скажи… «доброе утро, Макс»! Фжух!... Пшшшш… Аааааа… Мы тебя отмажем!
- Эля, прекрати сейчас же!
- Я не могу. Сегодня будем в мафию играть. И ты оторвешься, если будешь мафией или маньяком. В первый же ход на него пальцем покажешь.
- Я вообще не представляю, как дожить до вечера.
- Не спала?
- Нет.
- Иди, спи. Я за тебя тут покулинарю. Ты что из теста собралась делать?
- Пончики. В духовке. Эль не говори ничего, пожалуйста.
- Лизка, я не скажу, это же я так, с тобой шучу. А Мария почему тебе не помогает? Она так странно себя ведет… Я даже позвонила Кристиану, спросила что случилось. Он тоже странный, но голос веселый. Сказал, Маша всё расскажет. … Ладно, спрошу сама. Лиз, для игры нас сколько? Нужно не меньше двенадцати человек, чтобы интересно было. Я пусть ведущая, Виталя, Малыш с Никитой, Деня с Дианкой, Маша, Марсик, Аня, Лиля, Катя, Макс, Ты, Матвей… Тринадцать игроков. Чертова дюжина. Плохая примета.
- Я не буду, – сказала Лиза.
- Она не будет… Кто тебя спросит. Ладно, уходи быстрее спать, а вечерком после ужина соберемся. Я буду объявлять, вы будете в душных масках. И подозревать. И это я всех научила. Классно, правда?
- Да. Это ты всех научила, - рассеянно произнесла Лиза.
- Избавишься от него в первую ночь.
- Мне легче станет? Ты так считаешь?
- Уверена. Ты же научила своего мужа хладнокровно избавляться от меня в первую же ночь.
- Он специально, чтобы ты не шипела, а молчала.
- Я все равно продолжаю шипеть, даже после того, как мафия меня убила... И теперь всегда хочу быть ведущей. Лиз, что известно о будущем? Макс уедет?
- Не знаю, я ничего не знаю… Мне плохо.
- Иди сюда, посмотри мне в глаза. Всё, что могли мы сделали, - прошептала Элеонора, - Он может уйти. Она может его потерять. Но если скажет что соскучилась и вернется к нему, мы скажем Нелличке. И не будем стыдиться выбора твоей дочери. Мы её все очень любим. … Лиз?…
- Что?
- Не вздыхай так тяжело.
- Ладно.
Лиза подумала, что Эля не знает о том, что хотел её сын. Иначе её слова были бы совсем другими.
- Тебе идёт даже этот комбинезон, я что-то привыкла, присмотрелась... Добавь к нему золотистый пояс и Машкин браслет. Лизка… Это что же, получается, если ты будешь лежать на пляже в купальнике или гулять в игривой юбке, муж твоей дочери может по старой памяти на тебя напасть?
- Я не люблю ходить в игривых юбках, Эля. Тише! Катя может услышать!
- Иди спать.
- Я посмотрю, как там дети.
Лиза хотела дождаться возвращения Матвея с Малышом и убедиться, что он смог успокоить Элиного сына.
***
Матвей видел, что парнишке хочется поговорить по душам, иначе он бы позвонил Виталию или даже матери. Элеонора, конечно, устроила бы скандал с криками, но сразу бы обняла и пожалела.
Малыш позвонил ему. И не боится сказать всё, зная, что дядя Матвей не сможет прочесть в его душе слишком много.
- Мы без тебя скучали, - начал он, - Ты тоже, Малыш? Как там вообще живётся?
- С тех пор, как уехал… Я очень скучал, а сейчас мы рядом, но стало совсем плохо. Я садился в самолёт и думал о том, что… Сначала я думал, что вряд ли кто устоит перед … взглядом моего родного папы, но потом я решил, что не в этом дело. Дядя Матвей, я… ну… не хочу сказать… не про вас…
- Да, мы с тобой в одной лодке, Малыш. Мы похожи с тобой. Не хочешь – не говори ничего. Хочешь – скажи всё, что думаешь.
- Я просто думал, что Катя боялась, что моего папу кто-то убьёт. Услышала угрозы, испугалась за него и встала рядом. Что если она просто знает, как её все любят и ценят, и решилась на это сразу, как вы попали в тюрьму. А за что, она не знала. И очень испугалась, за вас, за маму, за моего папу. Встала рядом с ним и всегда защищает своими руками, обнимая… обнимая…— казалось огромное усилие ему потребовалось, чтобы это сказать. Малыш заставил себя остановиться.
- Я тоже так думал, Малыш, и тётя Лиза, и мама твоя. Но никто не знает, как на самом деле, – сказал Матвей и тут же пожалел. Он обещал себе, что никому из детей ничего подобного не станет рассказывать. И как бы ни любил он Малыша, все же понимал, что парень может выболтать то, что сказал только что ему. И добавить: «все со мной согласны».
- Мама после их свадьбы сказала мне… что Катя… она очень, очень сильная. И она крепкий орешек, как вы, дядя Матвей. Только слишком сильно себе на уме. Она назвала её до умопомрачения честной. И мама спросила меня… «Тебе не приходило в голову, что она может просто прикрывать его и не быть настоящей женой?» Но сейчас, я… я увидел, что она настоящая. Она так говорит о нём и не плачет, она счастливая… А я… как будто совсем не могу на это смотреть.
Малыш вздохнул.
- Если бы вы только знали, как мне было хорошо на неё смотреть. Она просто смеялась. Мне так этого не хватало. Не важно, со мной она или... надо мной... А потом она сказала… «Я себя чувствую совсем другим человеком. Я так счастлива. Я могу танцевать свою жизнь, а не работать. Знаешь, я его на самом деле очень люблю. Он для меня не просто муж, я люблю его.
Автор: Алиса Елисеева.
Продолжение следует.
Копирование, распространение, озвучка, использование всех текстовых материалов канала запрещено. ГК РФ Глава 70. Авторское право (ст. 1255 - 1302).
Спасибо за чтение и поддержку канала 💖.
С любовью и светом, Алиса.