26 июня 1953 года на заседании Президиума ЦК арестовали человека, который знал о каждом из присутствующих то, что они предпочли бы забыть навсегда. Лаврентий Берия держал в руках спецслужбы, атомную бомбу и, что в тот момент перевесило всё остальное, ключи от архивов.
Официальный приговор читается как приключенческий роман: заговор с целью захвата власти, шпионаж на иностранные разведки, моральное разложение. 23 декабря — расстрел. Но когда в 1990-х рассекретили протоколы следствия, картина поплыла. Михаил Смиртюков, управлявший делами Совмина, сказал прямо: никакого заговора не было. Арест — превентивная мера.
Превентивная — против чего?
Кто первый добежал до сейфа
5 марта 1953 года Сталин ещё дышал, хотя врачи уже разводили руками. Берия дежурил у постели вместе с остальными, потом вдруг сорвался и уехал в Кремль. На несколько часов. Биограф Волкогонов считает — эти часы он провёл у сталинского сейфа. Светлана Аллилуева вспоминала потом, как по приказу Берии дачу в Кунцево вычистили до похорон — вынесли всё, будто готовились к переезду.
В ту же ночь Президиум принял решение: Маленкову, Берии и Хрущёву «привести бумаги Сталина в порядок». Только Берия уже справился сам.
Что лежало в этих сейфах? Историки собирают по крупицам. Сталин получал донесения на каждого из ближнего круга. Телефоны писались, машины отслеживались. На июльском пленуме Маленков заявил в лоб: Берия знал, куда кто ездит, с кем встречается, о чём говорит по телефону. Документы на этот счёт имеются.
Человек с такой коллекцией и с объединённым МВД-МГБ в подчинении — это бомба с часовым механизмом для всех сразу.
Коллекционер собственных грехов
Следователь Терехов вскрыл сейф в кабинете Берии и нашёл папку, от которой сначала опешил: компромат на самого Берию. Документы о работе в мусаватистской контрразведке в Баку, 1919–1920 годы. Та самая история, которая волочилась за ним всю карьеру, как консервная банка за кошкой.
Выяснилось: собирал эти бумаги по заданию Берии его заместитель Меркулов. Специально ездил в Баку, рылся в архивах вместе с Багировым.
Зачем хранить улики против себя? Логика простая, как замок на двери. Пока документы у тебя — ты контролируешь угрозу. Если они всплывут у кого-то другого — ты голый. Берия держал свою ахиллесову пяту под присмотром. И надо думать, с материалами на коллег поступал так же: лучше иметь под рукой, чем гадать, у кого они лежат.
Лаборатория за стенкой тюрьмы
В отчёте «Правды» от 24 декабря 1953 года один пункт обвинения сформулировали так, чтобы читатель не слишком задумывался: «бесчеловечные преступления, заключающиеся в производстве опытов по испытанию ядов на осуждённых к высшей мере наказания».
За канцелярским языком пряталась «Лаборатория Икс» — пять комнат в здании за Варсонофьевским переулком, сразу за внутренней тюрьмой НКВД. Удобное соседство: подопытных не надо далеко везти. С 1937 года лабораторией заведовал полковник медицинской службы Григорий Майрановский, получивший среди посвящённых прозвище «Доктор Смерть». Задача стояла конкретная: найти яд, который не оставляет следов при вскрытии.
Берия на допросе признал: Майрановский докладывал ему о работе, включая «опыты над живыми людьми». Испытывали иприт — слишком заметен. Рицин — в 1942 году случайно обнаружили, что малые дозы развязывают язык, и переключились на «сыворотку правды». Гоняли через лабораторию таллий, дигитоксин, колхицин. В конце концов нашли то, что искали: карбиламинхолинхлорид, яд К-2. Пятнадцать минут — и человек «словно сдувается», как выразился один из сотрудников. Следов ноль.
Сколько людей прошло через эти пять комнат? Историки называют от 150 до 300. В основном уголовники с расстрельными приговорами, но попадались и немецкие военнопленные, и японские, и поляки, и корейцы. Американского коммуниста Исайю Оггинса укололи под видом медосмотра в 1947-м — жена пыталась вытащить его через посольство, и это стало проблемой.
Когда следователь спросил Берию, как он оценивает опыты на живых людях, тот ответил: «Недопустимые явления и кровавые преступления». И тут же добавил, что интересовался ядами для «акции в отношении Гитлера». Даже в камере он пытался перекинуть мостик на патриотическую сторону.
Тринадцать томов из грузинских подвалов
В октябре 1953-го Руденко отправил в Тбилиси бригаду военных прокуроров — перетряхивать архивы МВД Грузии. Перелопатили триста дел. Вернулись с тринадцатью томами резолюций Берии за 1937–1938 годы.
Почерк узнаваем. «Крепко излупить». «Взять в работу — добиться признания». «Арестовать и сегодня же взять в работу и жену». «Лиду и её мужа надо секретно изъять». На протоколах допросов — пометка «1 категория». Расстрел. Других доказательств не требовалось.
19 октября Берии предъявили все тринадцать томов. Он признал: да, при таком количестве указаний под репрессии попадали невиновные. Но оговорился: резолюции накладывал после докладов подчинённых.
Для обвинителей это был скользкий момент. Любой пункт, который вешали на Берию, тянул за собой вопрос: а остальные где были? Хрущёв подписывал расстрельные лимиты по Украине. Маленков курировал «дело врачей». Молотов ставил визы на списках. Если копать глубоко, яма получалась братской.
Реформатор, которого боялись больше, чем палача
Весной 1953-го Берия творил вещи, от которых у соратников холодело в животе — и дело было не в архивах.
4 апреля он подписал приказ: запретить пытки в органах МГБ. Чёрным по белому, с перечислением того, что запрещается — «жестокие избиения, круглосуточное ношение наручников на вывернутые за спину руки, длительное лишение сна, заключение арестованных в раздетом виде в холодный карцер». Приказ требовал уничтожить орудия пыток. От людей, привыкших к этим методам как к рабочему инструменту, требовали отказаться за ночь.
Потом Берия свернул «дело врачей». Начал пересмотр политических приговоров. Готовил амнистию.
И вот что пугало по-настоящему: он знал, кто эти дела фабриковал. Министр госбезопасности Игнатьев — человек Маленкова. «Дело врачей» и дело Еврейского антифашистского комитета раскручивались с его подачи. Весной 1953-го Берия прикрыл расследование утечки материалов Политбюро к англичанам — потому что следы вели к кому-то из ближнего круга Сталина.
Следующим этапом могла стать публикация имён. Кто отдавал приказы, кто подписывал, кто закрывал глаза. Для партийной верхушки это означало бы конец. Убрать Берию, превратить его в воплощение зла — значило показать народу, что система умеет чиститься. И заодно похоронить вопрос о соучастниках.
На июльском пленуме его называли «мразью», «клопом», «продажной шкурой». Три месяца назад эти же люди вместе с ним делили посты в новом правительстве.
Что так и не нашли
Часть материалов следствия закрыта до сих пор. Фонд 558, «личный архив Сталина», рассекречен выборочно, и историки уверены, что многое сожгли ещё в марте пятьдесят третьего. Документация по аэрозольным токсинам из «Лаборатории Икс» лежит где-то в ведомственных хранилищах под грифами.
Берию расстреляли 23 декабря 1953 года. Где похоронили — неизвестно. В 2000-м Верховный суд отказал в реабилитации.
А бумаги, которые он вытащил из сталинских сейфов в первые часы после смерти хозяина, так и не всплыли. Может, сгорели. Может, лежат в чьём-то архиве и ждут своего часа.
Или их просто не было — и вся история про компромат на вождей осталась страшилкой, которой пугали друг друга люди, каждый из которых знал за собой многое.
--------------
Источники: протокол допроса Берии 19.10.1953, Политбюро и дело Берия. Сборник документов / Под ред. О. Б. Мозохина. М.: Кучково поле, 2012, HSE Daily: Дело Берии: 70 лет спустя; Коммерсантъ-Власть: Лаврентий Берия; Мемуары Светланы Аллилуевой; Волкогонов Д. Сталин. Политический портрет и др.