Ира и Оля сидели на лавочке перед домом Иры. Они оживленно обсуждали последние события. Ира в красках рассказывала о том, как она повстречала Андрея и что из этого вышло. Оля с большим интересом слушала подругу.
Во все глаза смотрела на неё и удивленно покачивала головой. Такого она никак не ожидала.
– И что, он так просто пошёл к тебе в гости? - где-то на задворках души Оля испытывала зависть к подруге, что той удалось так легко подружиться с Андреем. А ведь многие хотели с ним дружить, да никому это не удалось. Даже первой красавице класса – Маше Карповой, которая на своё высокомерное желание подружиться с ним, получила от ворот поворот.
Когорин был угрюмым, иногда даже жёстким. Он больше молчал, но, если кто попадал ему на язычок – тому мало не казалось. На всё у него было собственное мнение и его совсем не волновало, даже если оно не совпадало с мнением большинства. Парень был неудобным для учителей, опасным для родителей, жестоким для недругов, но таким привлекательным для ребят.
Его боялись многие, но в то же время многие стремились подружиться с ним. Он же, казалось, ни в ком не нуждался. Андрей был одиночка, никому не доверял, ни от кого не ждал помощи. Был независимым и свою независимость чутко охранял. Эта независимость, видимо, и вызывала интерес к нему.
Оля, слушая подругу, многое, наверное, отдала бы сейчас, чтобы оказаться на месте Иры. А та простодушно пересказывала то, что произошло.
Оля осознала, что зависть — это скверное чувство, которое внезапно и мучительно остро проявилось в её сердце.
Настроение испортилось. Она заторопилась домой, надо побыть одной и разобраться в себе. Ира заметила, что Оля изменилась, но почему это произошло, она не могла понять. Девочка попыталась выяснить, но ничего не получилось.
Оля уходила в подавленном настроении. Ира, сидя на лавочке, молча смотрела ей вслед.
Дома Оля закрылась в своей комнате. Она никого не хотела видеть. Как всегда, когда у неё было плохое настроение, она лежала. сжавшись в комочек. Зависть привела с собой в душу тоску и уныние, которые начали своё разрушительное дело. Ничего не хотелось делать. Душа, словно парализованная, не могла бороться. Постепенно безразличие и уныние сменились раздражением и недовольством собой.
«И зачем он мне нужен? Двоечник! С ним и поговорить-то не о чем. Грубиян и задавака,» - говорил один голос в голове, а другой, как обычно, был оппонентом: «Не скажи, иногда интересные вопросы учителям задавал...» Первый голос категорично заявил: «И всё равно он тупой». Второй с интересом спросил: «Ты, что? Влюбилась что ли?»
Оля аж задохнулась от такого предположения.
«Ну это дудки! Ничего я не влюбилась,» - словно уговаривала она себя. А сердце, почему то отчаянно заколотилось. Девочка резко поднялась и заходила кругами по комнате.
«Да, что же это такое?! Сначала зависть не давала покоя, а теперь вот это...» - Оля не могла сразу определить что же её так сильно взволновало.
«Так, надо успокоиться, и поначалу разобраться с завистью. Она виновница всему. Почему я позавидовала Ире?»
Перед внутренним взором опять возник образ одноклассника.
«Опять?!»- хотелось крикнуть девочке.
«Так, спокойнее,» - уговаривала она себя.
«Допустим. Просто гипотетически... Допустим,» - одёрнула она сама себя и добавила: - «Я просто рассуждаю».
«Допустим, он мне нравится и я хотела бы с ним общаться.»
Странно. Гром не грянул, небо не рухнуло в ответ на эти слова. Наоборот, будто стало легче дышать, зависть тихо уползла в свою норку. Продолжать рассуждать о зависти уже не хотелось. Улыбка расцвела на лице Оли. И совсем не страшно было повторить:
«Да, он мне нравится! Нравится? А что теперь делать? Как вести себя? С кем бы посоветоваться? Может у мамы спросить?» - и девочка посмотрела на дверь, за которой была мама.
Через несколько минут девочка стояла рядом с матерью, которая, сидя в кресле, проверяла домашнее задание сына. Мама внимательно посмотрела на Олю и спросила:
– Что-то случилось?
– Мам, а что такое зависть?- вдруг неожиданно для себя спросила Оля.
Мама задумчиво смотрела на дочь. То, что та знает о зависти, женщина не сомневалась. Вопрос в другом, почему она спросила об этом?
Женщина притянула к себе дочь, усадив её на мягкий подлокотник кресла.
– Я что-то не пойму к чему этот вопрос? Разве в своей жизни ты ни разу не завидовала никому? Разве тебе не хотелось иметь ту или иную вещь, которую имеет другой? Или ты не огорчалась от того, что другого похвалили, а тебя-нет? Так к чему же этот вопрос? - спокойным тихим голосом, гладя дочь по плечу, спросила мама.
– Понимаешь, мам, конечно, я испытывала эти чувства, но они были какие-то мимолётные, ну чуть-чуть помучаешься и забыла, - девочка немного помолчала и продолжила.
– А сегодня мне было - ну очень плохо... и тоскливо.
– Видно ты со своей завистью не очень-то боролась, раз она решила показать тебе свои зубки. Ну как, острые они у неё?
Оля помолчав, сказала:
– Да. Я раньше не задумывалась над этим. Считала, подумаешь; позавидовала. Ничего же страшного не происходит. А оно вон как!
– Вот так! Покуда зависть маленькая, она таится, прячется. Покажется на секундочку, проверит – ну как, борются тут со мной? - и опять шмыг назад, до времени. А если на неё не обращают особого внимания, она растёт и набирает силу. Ждёт подходящего момента, когда можно укусить, да яд впустить.
Дочь с вниманием слушала мать. Мама, видя состояние дочери, успокоила её: -Ну-ну, не переживай так сильно. Благодари Бога, что так произошло.
- Как благодарить?! За то, что я позавидовала? Разве это было угодно Ему?
Девочка с недоумением смотрела на мать.
- Нет, твоя зависть, разумеется, не была угодна Богу. А благодарить надо за то, что Он преподнёс тебе урок.
Показал тебе змею, которая пряталась в твоем сердце и помог это осознать. Теперь ты, зная об этом, будешь более внимательна к своим чувствам. Не так ли?
– Ма, ты права. И благодарить надо, и внимательней надо быть...
Про Андрея девочка ничего не спросила. Решила с этим повременить.