Во время блокады в Ленинграде страдали от холода и голода не только люди.
Рядом с человеком в те годы были и другие живые существа, такие же беззащитные перед лицом войны, как старики и дети. Среди них — кот по имени Максим, ставший тихим, почти незаметным, но удивительно ёмким символом выживания.
Мирная жизнь
Максим появился в ленинградской квартире еще до начала этого ада — по воспоминаниям хозяйки, в 1937 году. Обычный городской беспородный питомец жил в семье Веры Николаевны Вологдиной на Большой Подьяческой улице.
Кот грелся на подоконнике, ловил солнечных зайчиков, путался под ногами и порой отправлялся на прогулки. Никто не знал, что совсем скоро этот привычный мир рухнет.
Город без еды и тепла
С началом блокады в городе начались бесконечные лишения: холод, голод, разрушения и страх. Жители Ленинграда искали любые способы выжить, а запасы продовольствия исчезали с катастрофической скоростью.
Температура в квартирах опускалась ниже нуля, вода замерзала в трубах, а порции хлеба таяли быстрее, чем снег на ладонях.
Домашние животные в блокадном Ленинграде оказались в особом положении. В этих нечеловеческих условиях многие из них рано или поздно становились пищей для людей. Максим тоже оказался под угрозой. Дядя Веры Николаевны не раз поднимал вопрос о том, что с котом следует поступить так, как это делали в тысячах ленинградских квартир. Но каждый раз женщины в доме вставали на его защиту.
Не из сентиментальности, а из-из внутреннего запрета. Такой поступок по отношению к четвероногому другу для них был равноценен признанию в том, что граница человечности перейдена окончательно и безвозвратно.
Запертый, но спасённый
Чтобы уберечь Максима от соседей и дяди, его запирали на ключ в маленькой комнате. Кота прятали, как прячут последнее, что ещё напоминает о нормальной жизни. Там же жил и попугай Жаконя — верный товарищ Максима, с которым они вместе превозмогали холод и голод. В довоенное время Жаконя без умолку болтал и даже пел популярные песни, но в блокаду слабел с каждым днём, а перья у него вылезли. Чтобы как-то прокормить попугая, Вере пришлось обменять отцовское ружьё на кулёк семечек подсолнечника.
Однажды, вернувшись домой, хозяйка увидела картину, которая осталась в её памяти навсегда. Истощённый, почти полностью облысевший кот забрался в клетку к попугаю и, вопреки всему, даже не подумал напасть на него. Максим и птица мирно спали, прижавшись друг к другу, чтобы сберечь остатки тепла. После этого эпизода даже дядя проникся к коту искренним уважением. Жаконя покинул этот мир несколько дней спустя, но Максиму всё-таки удалось выжить — несмотря на болезни, голод, стресс и войну. Уже после прорыва блокады его стали показывать людям: многие ленинградцы приходили посмотреть на чудо — кота, которого сберегли в самые тяжёлые дни осады.
Долгая жизнь после войны
Максим прожил удивительно долгую жизнь. Он покинул этот мир в 1957 году, дожив примерно до двадцати лет — почти невероятный возраст для кота, прошедшего через такие испытания.
Он своими глазами видел войну, восстановление города, смену эпох. И уходил уже в совсем другом Ленинграде — отстроенном, шумном, полном детского смеха, щебетания птиц и кошачьих концертов.
Народная память
История кота Максима не выделена в отдельный архивный фонд. Она живёт в городских легендах, устных рассказах и публикациях, в том числе упоминается в материалах для «Блокадной книги» Даниила Гранина и Алеся Адамовича, где собраны подобные свидетельства эпохи. Имя Максима не было выбито в бронзе. Но он стал частью коллективной памяти города, который выжил.
Другие статьи о котиках военных лет
Вы можете поддержать нас с котиками подписками, комментариями и лайками, наш прайд будет безмерно благодарен 😻