Найти в Дзене

Рецензия на "Печори.нет": Поэтическая мера Максима Беспалого. Александр Балтин о стихотворениях Максима Беспалого

📘Максим Беспалый. Сборник стихов «Бульварно, площадно и скверно». Высота, просвеченная лёгкостью стихов, сияет контрастом — между возможностями оной высоты и обыденностью сует, вершащихся внизу, онтологической обыденностью, от которой спасает поэзия: Я высоко. Огни земли так далеко И мне легко. Там суета сует, Мне дела нет. Я высоко! Я в облаках. И все в делах В своих мирах. А мне не плохо одному. И почему? Я в облаках! («О самолетике») Верёвочно закручивается стих, точно разъединяющий с необходимостью ходить, не говоря — ползать — участью, увы, большинства, ибо — полёт есть мера избранности, столь знакомая поэтам. Резкость, словно идущая от «площадности» и «скверности», вынесенных в название сборника, работает зигзагами-изломами строк: Все одиночество вписать бы в две строки, Что грушей вызревает переспелой или зреет в семя. Все одиночество, как две пригоршни, в две руки Со злобою отшвырнуть — отсечь! И выплюнуть слюною липкой пережеванное время! («Одиночество») Усталость от одиноч


📘
Максим Беспалый. Сборник стихов «Бульварно, площадно и скверно».

Высота, просвеченная лёгкостью стихов, сияет контрастом — между возможностями оной высоты и обыденностью сует, вершащихся внизу, онтологической обыденностью, от которой спасает поэзия:

Я высоко.

Огни земли так далеко

И мне легко.

Там суета сует,

Мне дела нет.

Я высоко!

Я в облаках.

И все в делах

В своих мирах.

А мне не плохо одному.

И почему?

Я в облаках!

(«О самолетике»)

Верёвочно закручивается стих, точно разъединяющий с необходимостью ходить, не говоря — ползать — участью, увы, большинства, ибо — полёт есть мера избранности, столь знакомая поэтам.

Резкость, словно идущая от «площадности» и «скверности», вынесенных в название сборника, работает зигзагами-изломами строк:

Все одиночество вписать бы в две строки,

Что грушей вызревает переспелой

или зреет в семя.

Все одиночество, как две пригоршни,

в две руки

Со злобою отшвырнуть — отсечь!

И выплюнуть слюною липкой

пережеванное время!

(«Одиночество»)

Усталость от одиночества, выгорание душевное словно оправдывают избыточную эмоциональность финальных строк…

Выплюнуть!

Освободиться от негатива: того, который, в частности, внедряет одиночество в тонкую душу.

Поэт, обращаясь к коренным темам бытия, находит своё.

Так, сквозь призму смерти рассмотренная реальность, словно разыгрывается драма в пределах одного стихотворения, посвящённого памяти ушедших экипажей, показывает, насколько поэт способен душою вместиться в образ сбитого лётчика, говоря за него:

Меня убили на войне,

Вернее, просто сбили.

И дело было не во мне,

Не в слове, и не в силе.

Меня убили на войне,

Поймали на излете.

И три секунды, как во сне

В горящем вертолете.

Меня убили на войне

И я в дыму и гари,

Бродил по выжженной стерне,

Искал, с кем были в паре...

(«Меня убили на войне»)

Вполне красива естественность речи — стих развивается свободно, и трагизм, которым наполнен, отчасти компенсируется лёгкостью исполнения.

Несмотря на некоторые срывы, технические сбои, хорошая жёсткость присуща произведениям Беспалого, они выверены структурно и лишены словесного жира, одутловатости.

Глаголы горячи.

Прилагательные ярко расцвечивают строки.

🔻Читайте рецензию Александра Балтина полностью.

*Беспалый Максим Владимирович, штурман-испытатель, кандидат военных наук. Родился 3 июля 1980 года в городе Жданов, Донецкой области. Является автором монографии «Корабельная авиация на страже границы: летный экзамен», ряда научных статей. Член Федерации альпинизма России. Автор строк «Здесь край над пропастью во льду...» на памятнике в честь 50-тилетия арктического авиационного отряда в городе Воркута, рассказа «Наперегонки с Солнцем», который издали в виде послесловия к сборнику стихов Владимира Беспалого «Под навигацкою звездой».