Первый школьный год должен быть временем открытий и новых друзей. Но для одного класса в Наро-Фоминске он превратился в ежедневное испытание на прочность. Причиной стал не учебный процесс, а одноклассник, поведение которого поставило под удар безопасность детей и саму возможность вести уроки.
История началась в сентябре, когда в класс пришел новый ученик — Али (имя изменено). Сын приезжих специалистов, он сразу выделился не только внешностью, но и манерами, далекими от привычных школьных правил. Попытки наладить контакт с одноклассниками не увенчались успехом: дети инстинктивно отдалились от того, чьи реакции были для них непредсказуемы и агрессивны.
Ситуация быстро переросла в системный кризис. По словам родителей, Али ежедневно срывает занятия криками, оскорбляет учителей и старшеклассников, а на переменах и в раздевалках систематически издевается над детьми: толкается, прячет вещи, провоцирует драки. Поводом для вспышки может стать что угодно — случайный взгляд, неосторожное слово или движение. Дети, поначалу жаловавшиеся, теперь молчат, будто смирившись с постоянной угрозой.
Родители не уточняют, насколько хорошо Али владеет русским языком, на котором, собственно, учителя ведут уроки. Возможно, языковой барьер усугубляет и без того непростую ситуацию.
В родительских чатах история каждой новой царапины или синяка обсуждается с тревогой и бессилием:
«Уроки превращаются в хаос из-за его криков и метания стульев».
«Кажется, уже нет ни одного ребенка, которого бы он не задел».
«Мой сын пришел домой в слезах после нападения в раздевалке».
Главная проблема — в правовом тупике. Закон гарантирует каждому ребенку право на образование, и просто исключить ученика из школы нельзя. Даже за регулярные драки и оскорбления его родителям, в худшем случае, грозит лишь административный штраф.
Система оказывается бессильна перед ситуацией, когда ребенок, возможно, нуждающийся в специальной психолого-педагогической помощи, оказывается в обычном классе. Его «интеграция» оборачивается террором для остальных.
Отчаявшиеся родители пытаются фиксировать каждый инцидент через медицинские освидетельствования, надеясь привлечь внимание правоохранительных органов. Однако этот путь часто тернист: в похожих историях из других городов (как в случае со старшеклассником в поселке Дружба или учеником с молотком в Люберцах) семьи агрессивных детей сами активно подают встречные заявления, создавая замкнутый круг судебных разбирательств.
Культурный аспект лишь усугубляет конфликт. Часто у детей мигрантов, особенно выросших в среде с иными социальными нормами, формируется модель поведения «сильный всегда прав», которая напрямую транслируется от взрослых и находит выход в школьных стенах.
Выхода из тупика пока не видно. Родительский коллектив требует перевести Али на индивидуальное обучение или в специализированное учреждение, где ему могли бы оказать необходимую помощь. Его семья выступает категорически против. Школа же, связанная нормативами, часто может лишь констатировать конфликт.