В политической стратегии время чаще всего мало принимают во внимание. Кажется, что главное – завоевать позицию, назначить людей, привлечь ресурсы, наметить план и успех придёт.
Но … Конфигурация мира может стать такой, что результата не будет. Более того, усилия окажутся бесполезными. Любые усилия. Дмитрий Фурман в захватывающей статье «Перестройка глазами московского гуманитария» обратил внимание на это обстоятельство в отношении реформ Михаила Горбачёва с точки зрения своего опыта, привнеся в наше понимание неудачи поздних советских реформ историческое измерение, заставив нас взглянуть на них с неожиданной точки зрения.
Теперь посмотрим, как вопрос о времени в политике трактует другой проницательный человек – Збигнев Бжезинский – советник по национальной безопасности президента Картера (1977-1981).
Несколько лет назад издательство «Синдбад» начало издание серии книг «90-е: личности в истории». В 2022-м году опубликованы мемуары Виктора Ярошенко «Пять лет рядом с президентом». В то время он был депутатом Верховного Совета СССР, входил в «Межрегиональную депутатскую группу» и, был, как он пишет, «неформальным советником Ельцина по экономическим вопросам».
Виктор Ярошенко описывает свой разговор со Збигневым Бжезинским во время знаменитой поездки Бориса Ельцина в Соединённые Штаты в сентябре 1989-го года.
12 сентября Ельцина пригласили в Белый дом, но на этот день у него была назначена двухчасовая встреча за завтраком, как пишет Ярошенко, «с небольшой группой влиятельных политиков США», в числе которых был и Бжезинский.
Ярошенко относился к нему без симпатии и разговор с Бжезинским, в ходе которого наш депутат довольно беспомощно отбивался от разящих наповал безжалостных слов Бжезинского, не доставил ему удовольствия. Но он включил этот разговор в свои воспоминания. Видимо, настолько Ярошенко был затронут поднятой темой («Воспроизвожу наш разговор по своим записям, которые делал урывками во время поездки и уже дома сразу после неё»).
Итак, Бжезинский подошёл к Ярошенко и выразил сожаление, что «господин Ельцин не удостоил нас своим вниманием».
«Я читал его антисоветские и антирусские высказывания и прогнозы, - пишет Виктор Ярошенко, - во многом был с ним не согласен, кроме того, в личном общении Бжезинский был также очень несимпатичен» (с.51).
Суть того, что сказал Бжезинский в изложении Ярошенко:
«Вы опоздали с реформами лет на тридцать пять – сорок. Никакие реформы вам не помогут – СССР неминуемо распадётся лет через пять. Механизм распада коммунисты запустили ещё в 17-м году, после своего переворота, который почему-то назвали революцией. Странно, что страна не развалилась ещё раньше: в качестве сдерживающих факторов сработали большой запас прочности царской России, огромные природные богатства, репрессии спецслужб и героизм терпеливых русский людей»
«Во-первых, большевики понадеялись на бессрочные репрессии и самонадеянно записали в Конституцию Советской России пункт о «праве наци на самоопределение вплоть до отделения». Рано или поздно этим правом воспользуются …
Во-вторых, коммунисты снабдили «нации» ранее не существующими географическими границами, как бы подталкивая их к сепаратизму – вот она, ваша земля.
В-третьих, уморили богатейшую страну голодом, а голодные рабы неизбежно начнут разбегаться.
Неужели непонятно – страх перед репрессиями постепенно пройдёт и «нации» неизбежно воспользуются своим законным правом – на самоопределение»
«Но время-то упущено. Как говорит ваш Горбачёв, «процесс пошёл», давно уже пошёл. И это ещё не всё. За 70 лет страна доведена до полнейшего разорения и истощения. Создана какая-то безумная уникальная экономическая модель тотальной нищеты и дефицита. Вы пожертвовали жизнями нескольких поколений советских людей, показав всему миру, как жить нельзя...»
«Начинать реформы надо было сразу после окончания мировой войны, которую вы заслуженно выиграли. Хотя бы лет сорок назад. Страна была на подъёме, у вас появился ядерный щит, не было необходимости в гигантской армии и военных расходах. Зачем, несмотря на на всё это, вы стали ежегодно клепать сотни тысяч устаревших танков, бронемашин, пушек; строить аэродромы, военные базы, военные городки? По запасам металлолома, то есть ненужной техники, вы постоянно на первом месте в мире. Этого сырья, энергии, рабочей силы и зарплаты вполне хватило бы, чтобы каждую советскую семью давно уже обеспечить квартирой, автомобилем, холодильником, стиральной машиной, пылесосом ... Вместо этого, ради сохранения монопольной власти коммунистов – ваших же угнетателей, вы гнобите свой народ в нищете, унижаете его бесконечными очередями, лишаете элементарных гражданских прав»
«То, что я вам говорю, господин депутат, не имеет никакого отношения к любви. Это обычный анализ сухой статистики, которую от вас тщательно скрывают тоталитарные власти. При отсутствии достоверной информации о состоянии страны невозможно принять правильные решения по её возрождению. А ваша страна, да ещё с ядерным оружием, находится на грани голодомора и распада».
Виктор Ярошенко пишет: «Разговор был для меня интересный, но очень неприятный, просто тошнотворный. Я постарался его поскорее закончить. На прощание Збигнев Бжезинский сказал:
- Не обижайтесь на меня, господин Ярошенко. Я вижу, что вас смущает моя прямолинейность, но вот увидите – время подтвердит правоту моих слов» (с.55)
Для Виктора Ярошенко «почти тридцать лет назад … это прозвучало откровением и сигналом для большой тревоги».
Интересна реакция Бориса Ельцина.
«Вечером, когда мы подводили итоги прошедшего дня, Ельцин рассказал о разговоре с Бушем, а я – с Бжезинским. Политически встреча с Бушем, конечно, была наиболее важной, но встреча с Бжезинским – более информативной и содержательной. Борис Николаевич сожалел, что не смог встретиться с Бжезинским, и был очень обеспокоен его прогнозами. Уже в Москве Ельцин дважды возвращался к этой теме. Неужели опоздали с реформами?»
Это – история. Но надо из неё сделать выводы для сегодняшнего дня.
См. «История – это не учительница, а надзирательница …»