При упоминании фамилии Бенуа в памяти чаще всего всплывают три слова: «Русские сезоны», «Дягилев», «Париж». Однако авторы нового выставочного проекта пошли пошли дальше и убедили, что сама история и жизнь великого дворянского рода Бенуа французского происхождения заслуживает отдельного внимания. В экспозицию новой выставки вошло более 600 экспонатов!
Первое, что встречает посетителей, – «версальская» лестница, ведущая на второй этаж. Там, в зеркальном лабиринте, волшебные театральные эскизы художника словно парят над водой – так кураторы стремятся передать гений художника и отсутствие у него внутренних препятствий при воплощении творческого замысла.
В центре внимания создателей экспозиции, конечно, — личность и творчество художника, иллюстратора, историка искусства и одного из создателей легендарных «Русских сезонов» Александра Николаевича Бенуа, а также созданная им «Азбука» – художественный манифест его рода. Напомним, Александр Николаевич был одним из первых исследователей отечественной графики: в 1910 году в киевском журнале «Искусство и печатное дело» вышла его статья «Задачи графики». Его основную мысль можно кратко передать словами самого художника: «Книга может быть прекрасной без единого украшения и, наоборот, все украшения не приведут ни к чему, если будут забыты основные требования». Эти требования, по мнению Бенуа, включали внимание к архитектуре книги, шрифту, качеству, цвету и поверхности бумаги, соотношению заполненных и пустых пространств и прочему. На выставке представлен эталон книжной иллюстрации «по Бенуа»: та самая «Азбука» его работы. Новаторство этой книги в том, что на фоне прочих азбук она казалась настоящим приключением – на каждой странице возникали живописные картины, волшебные метафоры и сказочные мотивы.
На выставке также представлено огромное количество эскизов и декораций к спектаклям «Мнимый больной», «Свадьба Амура и Психеи», «Раймонда», «Повелительница скал», «Жизель», «Павильон Армиды», «Гибель богов», полученных для выставки из личных собраний и фондов Музея театрального и музыкального искусства, Музея МХАТа и Русского музея. Но кураторы затронули не только театральную деятельность Бенуа, но и мультикультурность его личности. Именно поэтому в зеркальном лабиринте перед посетителем предстают самые разноплановые, пёстрые сюжеты, представлявшие для Александра Николаевича особый интерес. Для Бенуа не существовало понятия национальной культуры. Культура для него была чем-то «над». Так, в одном из писем он отмечал: «Необходимо снова найти тайну простоты, широкое, цельное понимание красоты, без фокусов и жеманства. Здесь и Новгород, и современный передовой Запад, и Палладий могут дать отличные советы общего характера». Слово «общий» было для него важнейшим показателем подлинного искусства, поэтому на выставке в равной мере можно встретить и русские сюжеты, и сцены итальянской комедии дель арте, и пышность Версаля, и события Петровской эпохи, и жизнь Франции времен Людовика XIV.
При всём интересе к разным историческим и географическим пластам неиссякаемой была любовь Бенуа к родному городу – такому же разноликому Санкт-Петербургу, холодным дыханием которого пропитана каждая его работа. Этой теме посвящена значительная часть экспозиции. Гости, например, могут узнать, какой внушительный вклад внёс Александр Николаевич в пополнение коллекции Эрмитажа после Революции, а затем – о созданном им путеводителе по картинной галерее музея, который также представлен на выставке.
В экспозиции участвует и большая галерея картин, принадлежавших семье Бенуа: живописные полотна Куккука, Франческо Мола, Луки Феррари, Людвига Кнауса, Грютцнера, передававшиеся из поколения в поколение.
Нельзя не обратить внимание и на ещё один «экспонат» – кабинет Бенуа с подлинной мебелью. Организаторы по документальным фотографиям воссоздали убранство комнаты, в которой Александр Николаевич работал над своими научными трудами.
Бенуа — Мейерхольд — Дягилев — Станиславский: между этими именами никак нельзя ставить знак равенства. Люди разных измерений равны только в одном: в силе творческого дара и отдачи. Но без той глубокой, почти детской впечатлительности не было бы этой гениальности. И в этом у Бенуа есть чему поучиться — тому азарту и бесстрашию, с которым человек может быть одновременно и графиком, и писателем, и сценографом, чтобы «Русские сезоны» были не далеким воспоминанием, а стимулом к возрождению.
Выставку можно посетить в ЦВЗ «Манеж» до 13 апреля 2026 года. Подробности – на сайте.
Фото Дарьи Медведевой.