Шелест травы. Посад что находился у меня на заднем дворе; на заднем дворе моего скучного особняка, который был невероятно красив, а красив тот был лишь по одной причине… Ветер дунул мне в лицо, это был легкий ветерок, который прибавлял радости, он будто нежно шептал. Какая же это причина? Причина в том, что посреди посада стоял большой, белый рояль. Мне говорили, что на нем играет какая-то девушка; девушка, дочь нашей служанки. Видимо служанка берет её к нам на работу, но не важно, ведь меня это совсем не интересует.
Я вошел в огромный, мрачный особняк с заднего двора. Идя по коридорам, у меня не было идей чем заняться сейчас или потом, я просто шел для того чтобы идти и идти, идти и идти. Место для развязки само найдет себя.
И вот я дошел до собственной комнаты, которая находилась на втором этаже. Идеально заправленная кровать, двуспальная, как в замке и… И все. Я любил минимализм, но комната была огромной, не знаю почему, но игрушек у меня никогда не было, по моей прихоти. Я не любил заполнять свою комнату другими вещами, кроме кровати. Даже людьми не любил комнату заполнять. Я упал на кровать, не с облегчением, а с тяжестью в веках и груди, я хотел спать.
Да, я хотел спать, но кровать, на которую я упал, издала громкий скрип. Видимо та не хотела чтобы я засыпал, ведь не была готова к тому, чтобы уложить меня на себя.
Вновь выйдя из комнаты, я направился на балкон, чтобы взглянуть на только начинающийся день, но тут, она. Девушка, у которой под пальцами продавливались клавиши рояля, а ноты так и кричали о чем-то, что я либо не хотел принимать, либо не хотел слушать, ведь все внимание было на девушке. Она и вправду существует. Девушка с тонким носом, в белом платье, с изящными белокурыми волосами, не то чтобы пепельного цвета, кристально чистого, белого цвета. Что-то весеннее передавалось в этих нотах, будто ностальгия по лету, которое еще не наступило и не наступит.
Я чувствовал холод перил, которые грелись от моего прикосновения к ним, но это единственное на что я обратил внимание во время того, как следил за движениями девушки. Мои глаза блеснули от увиденного, а тело не воспринимало то, что происходило вокруг. Видимо, я и в правду плохой человек, раз смотрю только на внешность, а не на умение играть… Но её руки, которые нежно водили по клавишам и… Я все равно ничего не чувствовал от её игры, но понимал, что слова передают больше слов чем её молчание.
Понимание ведь лучше восприятия?
Я проснулся от шелеста листвы, а также чириканья птиц на ветках. Я не особо люблю описывать такие незначительные события, а для меня птицы не поют-лишь чирикают. В
Вчера я оставил ноты своей любимой мелодии, которую сам сыграть бы не смог, не в этой жизни…
Не зря я оставил окно открытым, ведь я сразу услышал, как девушка начала играть. Выбежав на балкон, за роялем никто не сидел. Яблоко. Над роялем была яблоня, видимо яблоко упало на одну из клавиш, а я посчитал что это она. Я думал, что та сыграет мне перед моим выездом, но мне уже пора было собираться.
…
По приезду, я сразу направился в комнату, а за мной шел мой слуга, которому было 40 лет… На 24 года меня старше. Я спросил его в унисон со своей ходьбой, - «Ты умеешь играть на рояле?». Слуга ответил мне, нервно теребя руки, - «Нет господин…», - «Тогда попроси, чтобы та девушка которая играет за роялем, научила тебя играть». Слуга вдруг остановился, а я продолжал идти по особняку, в котором пол скрипел с каждым шагом, - «Ну чего, пошли уже!..», - Слуга резко перебил меня, - «Но господин, та девушка уже играл на рояле сегодня. Когда вы уезжали, та играла вашу любимую мелодию с измененным финалом…». Я остановился, а мои глаза расширились, - «Играла? Почему с измененным финалом?», - Слуга покачал головой, - «Да играла, но почему с измененным финалом, не знаю…».
Я уже направлялся в свою комнату, для того чтобы переодеться. Я не стал слушать слугу до конца, ведь его слова были бредом.
Посад. Такой, каким я его помню с появлением девушки. Подойдя к роялю, я увидел на футляре свой лист бумаги, видимо девушка даже не открывала рояль, а слуга вновь поехал крышей. Взяв в руки лист бумаги с нотами, я раскрыл его, а на заголовке было написано: «Неизвестный финал». В конце нотного стана, была надпись, - «Кем бы ты ни был, закончи эту пьесу, прошу тебя! Моя мать достаточно накопила, чтобы мы уехали в другую страну, но рояль та не любит… Поэтому, допиши эту пьесу за меня! Я люблю тебя!». Вдруг, я вздрогнул.
Выбежав из особняка, мои кости трещали, слуги кричали мне в след, но я не останавливался. Сердце трепетало, огромная физическая нагрузка была на моем теле, я с двух лет ничем не занимался. Кажется я впервые испытал что-либо по отношению к другому человеку, а может даже к роялю.
Может когда увижу ту девушку, у меня появится желание играть на рояле?
Но я остановился, ведь стоило мне взглянуть в небо, и улетал последний сегодняшний самолет из нашего маленького аэропорта.
…
Каждую ночь я писал и писал, изучал нотную грамоту и вот, спустя два месяца, я смог дописать финал. Открыв футляр, я положил пальцы на мягкие клавиши рояля, а теплый ветер обдувал мое лицо вместе с пальцами. Я начал. Начал с ноты Ре. Ощутимо передавалась та же энергия, что и от девушки, чьи волосы были словно снежного цвета, как потолок, который я увидел, когда собирался сыграть финал этой пьесы. Потолок белого цвета напоминал мне о её платье, но холодная подушка под головой леденила разум. Я был на кровати и только что проснулся на ней. Усевшись на нее, под под ногами проскрипел, также, как и сама кровать. Я легко ухмыльнулся и встал с кровати, закрыв окно которое всегда держал на распашку, чтобы услышать её игру. «Извини, но конца пьесы не будет».
Пройдя мимо окна, кажется я уловил силуэт девушки в своей фантазии, которая сидит за роялем. Я вышел из комнаты и оставил её открытой, или же закрытой, уже не помню. Главное что я вернулся к тому образу жизни, которым жил.