3 февраля в Прокопьевске простились с четырьмя подростками, которые хотели весело отпраздновать тройной день рождения в сауне, а в итоге погибли. Пятеро из шестерых друзей задохнулись угарным газом, пытаясь спастись от пожара в бассейне. В живых осталась лишь одна девушка. kuzbass.aif.ru побывал на их похоронах.
Все не вмещались
Прокопьевск встречает морозом, будто напоминая, что ребята грелись в сауне в тот роковой день 31 января, и черными сугробами. Угольной пыли здесь достаточно — в городе, где живет около 170 тысяч человек, работает несколько разрезов. Края их угольных отвалов соседствуют и с той самой сауной, где случилась трагедия.
Заплаканная женщина покупает цветочном магазине магазине четыре красных розы. Она готовится прощаться со Светой А. и Леной А. (имена всех героев материала изменены).
«Люди идут. Последний раз такое было летом, когда тоже хоронили четверых. Тогда ребята с Красной Горки (название местного микрорайона — Ред.) на трассе разбились», — рассказывает kuzbass.aif.ru флорист, перевязывая мне два букета сиреневых хризантем черной лентой.
У ярко-голубого храма Покрова Пресвятой Богородицы за полчаса становится не протолкнуться. Дежурит скорая и полиция, и один за другим на небольшую территорию, которую по-хозяйски облаивает церковная собака, заходят прощающиеся. Почти все — студенты из Прокопьевского физкультурного техникума, где учились двое погибших и выжившая Света Б., и учащиеся местных школ.
«Мы их вообще не знаем и не из их школы. Пришли из уважения», — говорят kuzbass.aif.ru две поникшие девочки, которым на вид не больше 15 лет.
Когда заехал третий прощальный кортеж, раздался громкий плач. Следом заехал четвертый. С пятым погибшим, Сашей, прокопчане простятся завтра, 4 февраля.
Первыми в храм впустили родственников, а три гроба девочек, Светы А., Лены А. и Лены Е., расположили так, чтобы все смогли подойти к усопшим и положить цветы. В руках людей — только живые розы, гвоздики и хризантемы.
Три гроба отпевают три священника, а люди стоят практически на крыльце храма — проводить детей в последний путь пришла не одна сотня горожан. С Яном прощались в соседнем здании — иначе бы все просто не влезли.
«Господи, упокой душу отроковицы Светланы, Елены и Елены в месте светлом, в месте блаженном, в месте отрадном, откуда отошли мука, скорбь и стенание», — обдает ладаном белоснежные гробы батюшка. Все девочки в них будто спят — на юных девичих лицах нет печали и боли.
В одном гробу хозяйку стережет белый мягкий зайка и круглая смешная корова с блестящими рогами. Во втором гробу мишка уселся у ног. В третьем, совсем рядом со Светой, лежит Чебурашка.
Когда отпевание закончилось и все засобирались на кладбище, молодая девушка-блондинка не сдержалась и зарыдала, облокотившись на перила церковного крыльца. Люди стали рассаживаться в несколько автобусов и десятки машин.
«Зачем ты нас бросаешь?»
Свету А., Лену А. и Яна похоронили на Усятском кладбище. Хоть ребята и дружили близко, смерть разъединила их по разным уголкам кладбища.
«Не забирайте ее у меня! Мама, как я ее отпущу?!» — рыдает у гроба Светы, одетой в белое платье, убитая горем мать. Женщину мягко отводят от дочери и усаживают на стул, когда готовятся закрывать крышку.
«Куда же ты пошла, зачем ты нас бросаешь?» — плачет бабушка, целуя любимую внучку последний раз.
Лену похоронили практически у дороги. Ее фото на кресте смотрит не на пыльную дорогу и пустырь, а в сторону погоста. Ян теперь нашел покой недалеко от захоронений бойцов СВО, его улыбчивый портрет направлен вдаль — вглубь пока не захороненной степи. А у могилы Светы растет несколько сосен и лежит Чебурашка, охраняя последний сон школьницы.
Напомним, 36-летнего администратора сауны, которая пустила шестерых подростков без сопровождения взрослых, отправили под домашний арест. Двух братьев-владельцев, Алексея и Павла Долгачевых, арестовали.
Директор по документам Алексей до конца марта будет находиться в СИЗО, а вот его брат, который был фактическим управляющим, но отрицал это в телефонном разговоре с kuzbass.aif.ru, пока на свободе. Меру пресечения в отношении него силовики будут избирать позже.