30 января. Около двух часов дня на юге Петербурга Паша Тифитулин, которому неделю назад исполнилось девять лет, уходит гулять. И не возвращается.
***
31 января. Заявка на поиск мальчика поступает в отряд «ЛизаАлерт». Сразу же разворачивается штаб на Таллинском шоссе, 159 – здесь, на площадке возле гипермаркета, Пашу видели в последний раз. Собираются люди, очень много людей – как добровольцы отряда, так и просто неравнодушные петербуржцы. Разбиваются на группы, получают задачи, а потом расходятся и разъезжаются по району – опрос, расклейка ориентировок, осмотр дворов, патрулирование улиц… Почти все верят, что парнишка просто загулялся, а теперь не решается вернуться домой. Потом регистраторы посчитают по спискам – Пашу в тот день искали 206 человек.
На улице ужасно холодно. Градусник показывает минус 17, по ощущениям все минус 30. В очереди к штабной машине, где руководители поиска нарезают задачи, некоторым приходится провести довольно много времени. Люди то и дело бегают погреться во «Вкусно и точку». Выходит менеджер: «Всем поисковикам чай и кофе бесплатно – столько, сколько нужно. Спасибо, за то, что ищете ребёнка»…
Координатор «ЛизаАлерт» всё время на связи со следственными органами. Это правило для любого поиска и особенно – когда речь идёт о пропавшем ребёнке. Около девяти часов вечера по согласованию со службами принимается решение остановить работу штаба: все приоритетные задачи отработаны с лихвой, дальнейший поиск в этом районе нецелесообразен.
Люди расходятся. Кто с облегчением – замёрз, устал. Кто с возмущением – как же так, надо продолжать искать! Кто с разочарованием – поиск оказался не таким увлекательным делом, как ожидалось, ещё и ничего нового не рассказали. Сложный момент: с одной стороны информированность повышает вовлечённость и мотивацию, с другой – ну не можем мы разглашать конфиденциальные сведения, особенно если это может помешать следствию.
***
1 февраля. В сети появляется новость: в день своего исчезновения Паша сел в белую машину, которая увезла его куда-то. Звонки с расспросами, советами, предложениями помочь и видениями экстрасенсов поступают практически непрерывно.
Вопросы относительно машины и похитителя мы вынуждены оставлять без ответа. Отряд может комментировать только то, что делается отрядом, остальное тайна следствия.
Сделано многое. Выезд завершён, однако поиск не прекращается ни на минуту. Он переходит в закрытый режим. Аккумулируется и анализируется информация, изучаются записи с камер наблюдения, отрабатываются возникающие задачи – но теперь уже точечно и силами опытных поисковиков. Дважды в небо поднимается беспилотник, чтобы осмотреть открытые территории. Один раз сверху удаётся увидеть что-то похожее на куртку, но, когда на точку приходит группа, оказывается, что это пятно на снегу.
Штаб поиска перемещается в деревню Яльгелево Ломоносовского района. Минус 22. Подготовленные добровольцы отрядов «ЛизаАлерт» и «Северо-Запад» отрабатывают непростые задачи – осматривают территорию, изучая канавы, овраги, возможные заходы в лес. Местные жители быстро узнают о поиске и приносят в штабной автомобиль чай, пирожки, бутерброды. Всё это очень кстати, когда люди, промёрзшие до костей, возвращаются из февральской ледяной стужи.
2 февраля. Понедельник. Начинается рабочая неделя – и на нас со всей неотвратимостью обрушиваются журналисты. У пресс-службы и всех инфоргов телефоны звонят не умолкая. Вопросы, справки, интервью, съемки, «подтвердите факт похищения», «дайте телефон родных», «расскажите подробности»... Мы всех огорчаем, наши комментарии скупы и неинтересны: поиск продолжается в закрытом режиме, личную информацию не разглашаем, всё относящееся к следствию не обсуждаем. Наша цель – найти Пашу, и мы его ищем. Общая длина треков по задачам «ЛизаАлерт» к этому времени достигает 1800 километров.
Размещая в соцсетях промежуточный отчёт о поиске мальчика, мы просим читателей бережно относиться к чувствам его семьи: досужие домыслы и эмоции не помогут делу. Безуспешно. Под постом разверзается ад из сплетен, оскорблений и откровенного хамства, так что нам приходится ограничить возможность комментирования.
В три часа дня информационное поле взрывается новостью – подозреваемый в похищении задержан. Но где Паша, по-прежнему неизвестно. Теперь уже можно не опасаться навредить оглаской, и мы вновь объявляем выезд. Администрация Ропшинского сельского поселения предоставляет для штаба поиска Дом культуры. Даже не знаем, как бы мы справились без него, потому что люди, готовые помогать искать Пашу, моментально заполняют весь холл. На задачи успевают выйти далеко не все. Около десяти часов вечера следователи сообщают: помощь волонтёров больше не нужна.
Стоп по поиску. Штаб сворачивается.
***
3 февраля. Два часа ночи. В ручье возле деревни Большое Забородье найдено тело мальчика.
P.S.
Каждый шестой поиск «ЛизаАлерт» касается детей и подростков. С начала этого года в отряд поступило 26 сообщений о пропаже несовершеннолетних в Петербурге и Ленинградской области. Все, кроме Паши, найдены, живы.