Мне было лет 12–13, когда я впервые почувствовала, что со мной что-то не так. Подружки были худенькие, на них красиво сидела одежда. А я уже думала, как втянуть живот, прежде чем выйти из дома. Мама говорила, что я склонна к полноте, потому что в семье есть полные родственники. Вроде бы простые слова, но внутри они звучали очень неприятно, "тебе нельзя, а другим можно".
Первой попыткой похудеть был разгрузочный день на кислых яблоках. Это было очень невкусно... Я его, конечно, не выдержала. Появилась злость. Не на яблоки, а на ощущение несправедливости! Почему мне нельзя, а всем можно? Это чувство со мной до сих пор. Я смотрю на людей, которые едят что хотят, и сначала завидую, а потом они просто начинают бесить. Потому что я всё время в контроле, который утомляет.
Но мысль отпустить его пугает ещё больше. Кажется, что если перестать держать себя, то сорвусь, обожрусь, стану ещё уродливее. Иногда контроль всё же ослабевает. Вес растёт. А потом приходит вина. Не просто "я набрала", а что-то глубже, ощущение, что меня нельзя любить такой. Особенно это накрывает, когда я вижу себя со стороны: в комнату сначала заходит моё пузо, а потом я. Почему-то сразу рисуется образ Обеликса из мультика.
Я понимаю, что я не одна в этом. Но честно, от этого не становится легче. Не жить же отдельно от общества, в коммуне Обеликсов. Жизнь одна.
И как бы ни хотелось спрятаться от своего тела, оно всё равно с тобой.
Наверное, наш путь в том, чтобы всё-таки пытаться из раза в раз. Хотя бы для того, чтобы однажды в старости вспомнить о жизни что-то ещё, кроме своего живота.
Я не из тех, у кого всё получилось. Я из тех, кто наконец начал что-то менять. Если тебе сейчас тоже сложно — можем идти вместе.
Сколько лет худеем, девочки? Я - 20.