![Крусанов П.В. Совиная тропа : роман / Павел Крусанов. – Москва : Издательство АСТ : Редакция Елены Шубиной, 2025. – 381 [3] с.](https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/271828/pub_6981afc4afaf6a1e28748d8e_6981afd089768b7def3b1083/scale_1200)
Тайная, лесная, звериная, неведомая, народная... Популярные интернет-ресурсы предлагают до 77 вариантов сочетаний прилагательных с существительным «тропа». Писатель Павел Крусанов предложил 78-й эпитет, обогатив русский язык словосочетанием-неологизмом. Символично, что число 78 совпадает с первым автомобильным кодом Санкт-Петербурга – города, где разворачиваются события нового романа Крусанова «Совиная тропа». «Петербург – протест России против собственной распластанности и рыхлости, протест, в котором она хочет сосредоточиться, чтобы найти свой чёткий образ», – заявляет устами своего персонажа автор.
В разгар неспокойных девяностых двое студентов СПбГУ, Емельян и Александр, учреждают некий «орден тайного милосердия». Ради познания никому неведомых эмоций, блаженства от счастья чужого человека, друзья решают помогать знакомым людям, которые остро в этом нуждаются. Главное условие, отличающее их мотив от благотворительности: сам объект добрых дел не должен знать своего земного ангела-хранителя и содеянных им благих поступков.
За 13 глав и полтора десятилетия сюжета герои, гордо именующие себя рыцарями, спасают всего пару своих знакомых – одноклассницу Емели Катю Кузовкову от диабета и художника Огаркова от нищеты, а также обоих – ещё и от одиночества. Не так и много, с одной стороны. Хотя по мере продвижения к развязке произведения много раз приходилось задаваться вопросом: «Только ли в деяниях Емельяна и Александра дело?»
Преодолевая воображаемую тропу, напоминающую некий адаптированный путь самурая, обитатели созданного Крусановым мира умело вовлекают читателя в свои жаркие философские дискуссии о любви, семье, красоте, искусстве, родине. Собственно, каждый эпизод предлагает новую тему для обсуждения наедине с собой. И пусть диалоги и рассуждения не везде кажутся уместными и не всегда органичны в описываемых событиях, пищу для размышлений Павел Васильевич создаёт богатую. В этом заключается одна из ключевых эстетических ценностей романа.
Во время знакомства с текстом не покидало ощущение, что вот-вот кто-то из персонажей озвучит, что они своими усилиями приближают Эру Милосердия. Ту самую, о которой рассуждали в застольной беседе Михал Михалыч, Жеглов и Шарапов. Помните: «Милосердие не поповский инструмент, а та форма взаимоотношений, к которой мы все стремимся»? Но похоже, и бестселлер братьев Вайнеров, и кинохит Станислава Говорухина оказался вне поля зрения интересов студентов-гуманитариев. А зря, так как бедность, кровь и насилие, ставшие символами становления постсоветской страны, как раз являлись периодом, предшествующим Эре Милосердия.
Зато приобретая жизненный опыт, молодые люди постепенно приходят к непростым истинам. Благодаря линейному повествованию, подумать над ними есть возможность и у самого читателя. Например, всегда ли добро с точки зрения одного человека будет добром для другого? Принесёт ли кому-то счастье поступок, даже совершённый от чистого сердца? Наконец, есть ли у нас право решать за кого-то, что для него хорошо и что плохо? Как же тогда жить, если та таким образом изменил чью-то судьбу? В книге способа решения возникших ситуаций не существует. Решение – только за нами.
«Совиную тропу» отнесли к категории «18+». Из-за описания ли листовок уличных художников, в лозунгах которых присутствуют нецензурные выражения, или из-за сложности смысловой части. Но отталкивать от знакомства с романом знак информационной продукции не должен. Несмотря на резкий, хотя продиктованный логикой становления героев, финал, книга заряжает положительными эмоциями и оставляет приятное послевкусие. Пожалуй, прав был рыцарь милосердия Емеля Красоткин, утверждая, что человек не может быть счастлив имеющимся знанием, поэтому всё время гонится за новым. Главное, не забывать о своей цели и верить в человеческую доброту.
Вячеслав Ухин