Меган Маркл сейчас очень переживает из-за денег. Они с Гарри потратили огромные суммы гораздо быстрее, чем рассчитывали, а взамен не получили того уровня доходов и влияния, на который надеялись. Финансовая подушка, на которую они явно рассчитывали, оказалась не такой большой и стабильной, как им представлялось. Поэтому сейчас они уже не в той уверенной позиции, в которой были сразу после переезда.
Все помнят знаменитую фразу Гарри: «Что хочет Меган — то она и получит». А ответ королевы Елизаветы был примерно таким: «Нет, далеко не всё». И этот ответ ей очень чётко дали понять в 2020 году, когда их провожали из королевской семьи.
Если внимательно посмотреть на события тех лет (и на то, что потом рассказывали сами Гарри и Меган), то вырисовывается довольно ясная картина, как именно к ним относились после «Мегзита».
Первое и главное — Меган не участвует в принятии решений
На знаменитом саммите в Сандрингеме ей сразу дали понять: её голос в семейных и институциональных вопросах никто слушать не собирается. Гарри в книге очень эмоционально описывает, как Меган хотела подключиться по видео, а ей ответили, что это не нужно. Он был в шоке. Но проглотил.
Всё, что происходило дальше, только подтверждало эту линию: если что-то уже решено — Меган в процессе не участвует. Поэтому она сейчас и пытается любыми способами «вклиниться» в повестку, когда Гарри приезжает в Лондон или делает громкие заявления, постоянно подчёркивая, что она — часть происходящего.
Второе — их очень быстро и жёстко вывели за скобки монархии
Гарри сам пишет, что на том саммите он вдруг понял: они с Меган и их ребёнок уже давно на обочине. Это была не семейная беседа, а деловая встреча с секретарями Чарльза, Уильяма и королевы. По сути, им просто поставили перед фактом: вот ваши новые правила жизни.
Третье — никакого «половинчатого» королевского статуса им не дали
Они хотели сохранить часть привилегий, обязанностей и при этом иметь свободу зарабатывать на стороне. Но такой вариант никого не устроил. Королева, судя по всему, была настроена очень твёрдо: или вы внутри системы полностью, или вы снаружи полностью. Полутонов не будет.
Четвёртое и, пожалуй, самое болезненное — деньги
Им дали стартовую помощь (в том числе очень крупную сумму на покупку дома), но дальше — всё. Официально они сами отказались от Sovereign Grant. Однако, судя по их рассказам, они явно рассчитывали, что финансовый поток либо продолжится, либо будет гораздо щедрее. Этого не случилось.
После смерти Елизаветы и Филиппа поддержка практически прекратилась. Отсюда и спешка Гарри в Лондон при первых же новостях о болезни отца — похоже, он надеялся, что ситуация как-то изменится в их пользу. Но Чарльз ещё до коронации довольно прямо дал понять, что он не бесконечный банкомат.
В итоге вся эта история с охраной, апелляциями, письмами министрам и публичными обидами — это, скорее всего, попытка хоть как-то зафиксировать хоть какие-то гарантии и преференции. Потому что на текущий момент их финансовая модель выглядит шаткой, а запросы и образ жизни — по-прежнему очень высокими.
При этом вся публичная риторика про «мы просто хотели тишины и приватности» уже давно плохо стыкуется с тем, что они делают: интервью Опре, сериал на Netflix, книга Spare, постоянные колонки, подкасты, фотографии детей перед новыми проектами и т.д. Всё это выглядит скорее как сознательная продажа собственной истории — и чем дальше, тем сложнее продавать её по высокой цене.
Сейчас кажется, что Меган всё больше раздражает собственное положение: хочется статуса и отношения как к члену королевской семьи, но при этом постоянно идёт критика и насмешки в адрес той самой семьи, которая этот статус и дала.
Вот примерно такая картина складывается, если убрать пафосные цитаты и посмотреть просто на последовательность событий и действий за последние шесть лет.
Если коротко: хотели одновременно и королевских привилегий, и полной свободы + больших заработков без обязательств. Получилось ни то, ни другое в полной мере. И сейчас это, похоже, даёт о себе знать особенно остро.