Автор: Никита Третьяков
Жила-была на свете очень злая женщина, звали ее Млада Реформатовна, была она обаятельна, умна, велеречива. Лучше всего она умела создать иллюзию прекрасного будущего. Не имея за душой многого и очень жалея себя, Млада обманом женила на себе очень богатого старика Союзова. Он был полуслеп, почти глух и не заметил подвоха — уж больно сладкоголоса оказалась Млада.
Водворилась Млада в доме Союзова и стала свои порядки наводить — кутить, распродавать нажитое не ее трудом, гулять, пить, веселиться. И всё бы у Млады было хорошо, если бы не было у Союзова любимой дочери — Пролушки. Та была и умная, и работящая, и талантливая, и отца очень любила. Раз отец взял в жены Младу, то и ее, свою мачеху, Пролушка очень сильно старалась полюбить. Она так много работала и так усердно училась, что никак не могла понять, что Млада никогда ее не полюбит и не примет из-за ее немодной одежды и немолодежной речи, ее скромности и непритязательности.
Вскоре у Млады появились свои дети. Нет, не от мужа, а от любовников: сначала Олигарха Штатовна, затем Среднекласса Европовна и, наконец, Креакла Глобалистовна. Млада в них души не чаяла! Им доставалось всё лучшее, покупалось всё самое дорогое, им ни в чем не отказывали и купали в заботе.
Союзов такого позора не выдержал да и помер. Всю работу взяла на себя самоотверженная Пролушка — как самая старшая и сильная. Нет-нет да и смахнет слезу уголком фартука и дальше работает. А Млада ничего не делает, только и знает, что Пролушку всего лишать да обижать разными обзывательствами да измывательствами.
Вскоре пришлось Младе нового мужа искать: хозяйство сама вести не умеет, деньги как сквозь пальцы утекают, а никто из любовников в жены брать не хочет — знают, какая она из себя есть, только прогуливают деньги ее покойного мужа, да и всё. Приглянулся Младе один по фамилии Федератов — вроде спокойный, покладистый, из хорошей спецслужбистской семьи и при этом без амбиций такой, управляемый.
Поженились. Федератов после свадьбы взъерепенился — и давай свои порядки наводить: Младу и дочерей щуняет, а Пролушку приласкал, да еще и о Союзова добрым словом поминать стал. Млада обомлела, забоялась за себя и родных дитяток, сначала чуть не померла от ужаса. Но потом вспомнила, какая она есть хитрая да умная. Сама вроде как в тень ушла, чтобы не раздражать, а своих дочурок давай науськивать: Олигарха чуток своих украшений Пролушке на новые башмачки продала, да так, что Федератов заметил и похвалил, Среднекласса начала разыгрывать сценки в городских декорациях — ну прямо как в любимой Федератовым неметчине, а Креакла взялась показывать Федератову, что она-то его больше всех любит, а Пролушка вообще умственно отсталая, не умнее собаки дворовой, ее только жалеть можно, да и то пока не лает да не кусает.
Шли годы. Пролушка — законная наследница Союзова — работала за всю семью и хирела, всё меньше оставалось времени на себя, на чтение, на мысли, всё больше болела спина и колени, всё реже становились волосы, всё желтее зубы. Федератов поддался на лесть и обман Млады и ее дочурок и полюбил их как родных. Млада снова воцарилась в доме, а дочери ее всё больше времени проводили со своими родными отцами, не забывая брать деньги и у матери, и у отчима.
И жили бы они так еще долго, проживая потихоньку богатства покойного Союзова, но тут началась война. Должна была быть не война, а войнушка, даже потасовка, а получилась война. Что же делать? Всей семьей сплоченно выйти на поле брани? Ну нет, ведь нельзя же рисковать ненаглядными Олигархой, Среднеклассой и Креаклой! Да и расстраивать их всеми этими ужасами нельзя! Думали-думали — что же делать? Сверкал глазами расстроенный Федератов. Плакала Млада. И причитала: она, мол, всё обеспечит, всё организует, не вели только дочек на войну отправлять. Тяжело вздохнули и порешили — воевать будет одна Пролушка.
А она и не протестует — такая уж ее доля, только вот вроде как несправедливо чуток — ну это, видать, уж жизнь так устроена.
Что? Где фея, карета, принц, туфелька? Так это в совсем другой сказке. А у нас… дожить бы Пролушке до конца сказки — и то радость.
