4 февраля отмечается Всемирный день борьбы против рака, но эта дата больше касается онкологии у взрослых. А 15 февраля наступит Всемирный день борьбы с детскими онкологическими заболеваниями. И эта проблема не менее глобальна. По статистике, в Приморском крае ежегодно заболевает около 50 несовершеннолетних. В среднем около 14 детей на 100 тысяч детского населения.
Почему дети заболевают раком, как настроить на борьбу с онкологией ребёнка и близкого человека, как вера помогает исцелять? Об этом рассказала заведующая отделением онкогематологии № 1 с химиотерапией, палатой реанимации и интенсивной терапией, врач – детский онколог Краевой детской клинической больницы № 1 Марина Постойкина.
Чувство работы не отпускает
– Марина Анатольевна, расскажите о вашем пути в медицину, в детскую онкологию...
– С ранних лет родители говорили, что мне подойдёт профессия доктора, что я очень похожа на ведущую телепрограммы «Здоровье» – заслуженного врача СССР Юлию Белянчикову. В конце 80-х я поступила во Владивостокский мединститут, видя себя педиатром. Так случилось, что проходить интернатуру мне пришлось в детском онкогематологическом центре. Специальность меня заинтересовала, и 1998 году я поступила на работу в то же отделение детской онкологии ВДКБ № 1 и осталась там на долгие годы.
– Как сохранить стойкость врачам вашего профиля? Что помогло остаться сильной, мудрой, отзывчивой?
– Первые годы было действительно сложно из-за того, что я принимала всё близко к сердцу. Если погибал ребёнок, я уходила вместе с ним, период выгорания был серьёзный и долгий. Тогда протоколы лечения онкогематологических заболеваний только внедрялись, и сопроводительная терапия не была представлена в полном объёме, так, как сейчас. В трудные минуты я задавала себе вопрос – что я могла бы сделать ещё для спасения ребёнка? Три раза я пыталась вернуться в педиатрию и всё время возвращалась назад. Педиатр – универсальный врач, но в размеренном ритме поликлиники мне становилось скучно. Со временем пришёл опыт, мудрость. А тогда я просыпалась по ночам, с тревогой звонила дежурным врачам. Чувство работы не отпускало ни на минуту...
Недетская болезнь
– Правда, что вы не употребляете выражения «детский рак»?
– Я не избегаю выражения «детский рак», но стараюсь использовать его корректно и деликатно. Мы чаще говорим – злокачественные новообразования у детей, онкологические заболевания детского возраста. Во-первых, само слово «рак» тяжело воспринимается родителями. Во-вторых, рак – это опухоли, характерные для взрослых, а у детей – это возникновение злокачественных заболеваний из молодых, незрелых эпителиальных опухолевых клеток; хотя детские опухоли протекают агрессивнее, но легче поддаются лечению. Каждая опухоль называется по-своему. Острые лейкозы, лимфомы, нейробластомы, мягкотканные саркомы. За 28 лет работы стало значительно больше пациентов со стойкой ремиссией. Они выздоравливают, получают профессии, создают семьи. Статистика выхода в длительную ремиссию по отдельным видам заболеваний приближается к 80–85%, но мы стремимся к более высоким показателям – 90%.
– И всё-таки почему дети болеют онкологическими заболеваниями?
– Сегодня диагностика онкогематологических заболеваний значительно улучшилась за счёт развития новых методов и идёт вперёд семимильными шагами. Гистологический материал, костный мозг наших пациентов мы отправляем в ведущие научно-исследовательские центры онкологии и онкогематологии России – ФГБУ НИИ ДОГ имени Н. Н. Блохина и НМИЦ Центр имени Дмитрия Рогачёва, где могут уточнить, подтвердить или опровергнуть диагноз.
Новейшим направлением в диагностике злокачественных заболеваний, как у взрослых, так и у детей, является молекулярно-генетическое исследование ткани опухоли, что позволяет в последующем назначить грамотное специализированное лечение. Одной из причин запуска опухолевого процесса могут быть вирусные заболевания, например наличие в организме вируса Эпштейна-Барр, и наследственная предрасположенность. Но обычно опухоль у детей возникает как соматическая поломка в делении клетки.
– Как настроить родителей на борьбу с онкологией своего ребёнка? Преодолеть шок, отчаяние?
– Нередко родители приходят на первичную беседу и прямо с порога начинают бессильно плакать. Они не верят, что у их ребёнка может быть рак. И я, как врач, должна быть уверена, что недуг маленького пациента можно победить, чётко знать, что это за болезнь и с чего начать лечение. Объяснить родителям, что это – не фатальное состояние. Конечно, к работе подключаются психологи.
Нужно научить родителей и пациентов адаптироваться к новым реалиям, пройти определённые этапы лечения – полгода, 8 месяцев или год для достижения ремиссии. Учить жить с этим состоянием, воспринимать экстренные моменты, обучать, как правильно ухаживать за ребёнком. Желательно подготовить к этому всю семью, нельзя, чтобы все заботы легли на одну маму. И главное, родители всё считывают с лица врача. Тень тревоги, задумчивости вызывает у них беспокойную реакцию. Поэтому по отделению нужно идти опрятной, подтянутой, улыбаться искренне, чтобы от тебя веяло надеждой.
Учим жить заново
– Что облегчает сегодня процедуру химиотерапии?
– Для каждой нозологии есть определённые протоколы лечения, и порой количество препаратов достигает 5–6 в блоке терапии. После нескольких блоков проводится контроль лечения. В зависимости от результата мы можем быстро изменить терапию, в целом смотрим, как реагирует организм. Чтобы уменьшить развитие осложнений, проводится терапия сопровождения, что позволяет детям быстрее восстановиться после тяжёлого лечения.
Любое осложнение нужно предвидеть, вовремя «схватить» пациента, при этом опытный глаз онколога видит далеко вперёд, замечает малейшие симптомы. Лечение больных детей с онкогематологическими заболеваниями проводится командой специалистов: детские онкологи работают совместно с врачами – реаниматологами, неврологами, хирургами, реабилитологами, не отпускаем и психологов. Учим заново есть, садиться, ходить, воспринимать мир другим.
– Правда ли, что маленькие дети легче переносят лечение, чем подростки?
– Чаще да. Малыши быстрее адаптируются в стационаре, лишь бы была мама, любимые игрушки и интересные занятия. Дети старшего возраста проживают этап тяжёлого психологического дискомфорта, перестройки. Они лишаются большей части привычной жизни, становятся ограниченными в общении со сверстниками, появляется страх отстать от учёбы в школе, возникают и сложности во взаимоотношении с родителями. Многое становится под запретом, меняются окружение и обстановка. Трудно переносится и момент потери волос. И мы уговариваем девочек, мол, ты увидишь себя другой, в новом образе, поймёшь, какие у тебя красивые глаза, черты лица и так далее.
К слову, в центре организована школа, проводится учебный процесс по госпитальной программе «Учим – знаем», тренинги и консультации по психологической помощи родителям и детям.
– А вера в Бога помогает? Лично вам?
– Верующий врач – совсем не редкость, скорее, уже добрая традиция. Никаких противоречий науки и веры, как показывают многочисленные жизненные примеры и опыт врачей разных религиозных конфессий, нет. В трудных ситуациях чувствую себя посредником между пациентом с высшими силами. Наверное, не случайно в 2024 году я стала призёром профессионального конкурса «Серафимовский врач». Горжусь, что мне удалось выйти из зоны дискомфорта, преодолеть выгорание и вернуться к делу, которое стало смыслом моей жизни. И я продолжаю работать детским врачом-онкологом.
Досье
Марина Постойкина
Образование – педиатрический факультет ВГМУ, прошла интернатуру на базе городской детской клинической больницы г. Владивостока.
С апреля 1998 г. принята на работу в качестве врача-ординатора онкогематологического отделения Детской клинической больницы № 1. Общий стаж работы в здравоохранении 28 лет.
Обучалась на курсах усовершенствования детских врачей по детской онкологии, прошла сертификационный цикл по детской онкологии в НИИ онкологии им. Блохина, НМИЦ им. Дмитрия Рогачёва, НИИ им. Р. М. Горбачёвой г. Москва и г. Санкт-Петербург.
С 2015 г. врач квалификационной категории по специальности «детская онкология».
Активно участвует в подготовке и проведении научно-исследовательского общества детских онкогематологов, дальневосточных научно-практических конференций, консилиумах, клинических разборах.