Вдруг вспомнилось, что не все фотографии развешаны, не все истории рассказаны об одной моей осенней поездке по Архангельской области.
Однажды ясным солнечным днём я уехала из Архангельска в Пинегу. Осенняя дорога в такую погоду — отдельный вид наслаждения: воздух хрустит, небо чисто, и самый обычный маршрут превращается в маленькое открытие. Даже когда асфальт внезапно кончился и началась хорошо утрамбованная щебёнка, это скорее добавляло ощущение пути, чем мешало ему.
На въезде в Пинегу меня встретили огромные пятиметровые рябчики — деревянные скульптуры, созданные Алёной Вальковой вместе с пинежанами. Они словно стражи дороги, и эти работы занесены в реестр рекордов России.
Была ещё смотровая площадка «Голубино», откуда открывается вид на терракотовые каньоны и голые отвесные скалы — такие, что кажется, их вылепил ветер и время.
Пинежье — место, где сами деревни напоминают музеи под открытым небом: здесь поются старинные народные песни из поколения в поколение, бабушкины сарафаны всё ещё служат по прямому назначению, а прошлое и настоящее переплетены так тесно, что становятся одним живым днём.
Пинега — один из древнейших населённых пунктов края: упоминание о Пинежском волоке встречается уже в 1137 году. В лесах Пинежья хранятся тяжёлые страницы XX века — здесь располагались исправительно‑трудовые лагеря, оставившие следы в судьбах мест и людей.
Писатель Александр Грин, отбывавший ссылку в Пинеге, описал эти места в своём рассказе «Сто вёрст по реке» — его строки эхом откликаются в моих снимках.
Интересно и то, что северная и южная части Пинежского района не соединены прямой автомобильной дорогой, так что фактически здесь два центра: посёлок Пинега (примерно 210 км по дороге от Архангельска) и село Карпогоры (около 290 км). До Карпогор в ту поездку мне не удалось добраться. Теперь, просматривая фотографии, снова хочется вернуться — искать дальние деревни, пока они ещё не канули в лету, и слушать, как поются старые песни под низкими крышами и высокими соснами.