Назначение Константина Богомолова и.о. ректора вызвало настоящий шторм. Пока одни говорят об "эффективном менеджменте", Дмитрий Певцов открыто заявляет, что не хочет даже стоять в одних титрах с режиссером. Михаил Шахназаров и вовсе считает это финалом классического театра. Я внимательно изучила аргументы сторон и, честно говоря, в шоке от того, как глубоко зашел этот раскол. А вы на чьей стороне в этом споре: за традиции или за смелые эксперименты? Давайте обсудим.
«Больше не говорите про Запад, что там кризис ценностей и нет театра — у нас теперь действительно есть всё!» — этот горький вердикт Михаила Шахназарова звучит как приговор нынешней культурной политике.
Пока общество ждало возвращения к истокам, Константин Богомолов — человек, превративший собственную свадьбу в специфическое шоу с использованием ритуальной атрибутики, — триумфально возглавил Школу-студию МХАТ. Дмитрий Певцов отреагировал на это максимально жестко: он просто отказался стоять с режиссером в одних титрах. Легендарную кузницу кадров, где дух Станиславского еще пытался выжить, отдали в руки человека, чье творчество профессиональное сообщество считает разрушительным для самой сути искусства.
Реакция тех, кто еще не разучился называть вещи своими именами, оказалась предсказуемо острой. Шахназаров и Певцов озвучили позицию, от которой у «прогрессивной общественности» наверняка случился коллективный приступ негодования. Сложно сохранять спокойствие, когда деятеля, чьё творчество пропитано избыточным натурализмом и иронией над духовным наследием, ставят учить студентов. Это выглядит не просто как «кадровое решение», а как осознанное размывание основ.
Шахназаров: «А что у нас будет при таких назначениях, мне даже трудно представить»
В иронии Шахназарова сквозит глубокая боль за профессию. Годами обсуждая спорные культурные веяния за рубежом, мы в итоге получили собственного «новатора», способного в своей версии «Кармен» заменить классическую розу на сцене предметами личной гигиены. Публицист Михаил Шахназаров в эфире «Дорогой редакции» высказался предельно откровенно: «МХАТ — это не просто театр, это монумент, осквернять который — сомнительная затея. Не надо больше говорить, что там у них во Франции или Германии извращенцы, всё нескрепное... У нас действительно есть всё. А что у нас будет при таких назначениях, мне даже трудно представить». Подобные приемы кажутся многим пределом эстетического падения.
Публицист без прикрас напоминает о прошлых работах нового ректора. Достаточно вспомнить спектакль «Идеальный муж», где прямо под стенами Кремля разыгрывались провокационные сцены с неоднозначным подтекстом и символические церемонии прощания с государственными символами. Теперь этот «художник» будет формировать вкус у подрастающего поколения актеров. Страшно представить, чему научит студентов человек, для которого внешний эпатаж стабильно важнее глубокого внутреннего содержания.
Удивительно и то, как сам Богомолов оправдывает своё прошлое. Он называет прежние появления на сцене в обнаженном виде «эволюцией к психологическому театру». Демонстрация наготы перед залом теперь преподносится как новое слово в системе Станиславского.
Шахназаров справедливо язвит: мастерство в этой парадигме, видимо, оттачивается через подобные откровения. Такая подмена понятий рассчитана на тех, кто боится показаться «несовременным» или «недостаточно прогрессивным».
Ультиматум Певцова: «Даже в титрах рядом стоять не хочу!»
К счастью, в творческой среде нашелся человек с настоящим хребтом. Дмитрий Певцов совершил поступок, который в мире «удобных компромиссов» выглядит как настоящий вызов системе. Он публично объявил Богомолову бойкот. Народный артист отказался от роли в альманахе «Я люблю тебя, Россия» только из-за того, что в списке руководителей значилась фамилия Богомолова.
«Я не хочу даже в титрах рядом стоять с этим режиссером. Считаю его антитеатральным деятелем, который действует вопреки искусству. Он давно продал душу, просто сам этого не осознает», — отрезал Певцов. Его позиция вызывает глубокое уважение у тех, кто еще ценит репутацию выше гонорара. Певцов помнит настоящий театр, когда зал замирал от искренности, а не от чувства неловкости. В его памяти живы работы великих мастеров, когда аплодисменты были наградой за талант, а не реакцией на очередной скандал.
Артист прямо говорит: у Богомолова и его супруги Ксении Собчак нет внутренних принципов. Есть лишь умение конъюнктурно маневрировать. Сегодня они на протестных акциях, завтра — занимают три престижные должности при поддержке тех структур, которые ранее критиковали. «Их умение подстраиваться под любую ситуацию и отсутствие внутренних принципов убивает главное — искренность. А без неё любое искусство становится пустым и скучным», — резюмирует Дмитрий Анатольевич. Отсутствие искренности неизбежно делает искусство мертвым. И с этим выводом Певцова сложно спорить.
«Эффективный менеджер» Эрнст и защита «своих»
Тем временем к защите подключилась «тяжелая артиллерия». Константин Эрнст, под чьим руководством сетка вещания наполнилась специфическими ток-шоу, встал на защиту Богомолова. Он утверждает, что Константин является носителем традиций психологического театра и, что важнее, профессиональным управленцем.
«Наивно полагать, что Богомолов, не обучаясь во МХАТе, не является носителем русского психологического театра. Он эффективный менеджер. А именно это сейчас необходимо Школе-студии МХАТ», — безапелляционно заявил Эрнст. Термин «эффективный менеджмент» в контексте искусства звучит настораживающе. Мы уже видели результаты работы таких управленцев в других сферах, а теперь они пришли реформировать театральное образование.
Эрнст апеллирует к тому, что Богомолова приглашал когда-то сам Олег Табаков. Однако в конце жизни даже великие мастера могут допускать просчеты. Делать это главным оправданием для назначения ректора вуза — как минимум лукавство.
Корпоративную поруку поддержала и супруга Эрнста, София. Пока одни говорят о традициях, другие на главной кнопке страны и в ключевых театрах продвигают персонажей, чей стиль — ирония над всем, что дорого зрителю. Шахназаров называет это «специальной культурной революцией», которая методично вытесняет остатки здравого смысла из театральных залов.
Символ упадка: от катафалка до ректорского кресла
МХАТ — это не просто здание, это символ русской культуры. Доверять его управление человеку, устроившему из собственной свадьбы неоднозначный перформанс — решение, вызывающее массу вопросов. Шахназаров справедливо отмечает, что в профессиональной среде Богомолова не жалуют. Против назначения выступили многие выпускники Школы-студии, настаивая: руководить должен мастер, выросший в этих стенах, а не приглашенный шоумен. Мнение выпускников осталось неуслышанным на фоне мощной поддержки окружения режиссера.
Сам Богомолов парирует: мол, у него много энергии, которую нужно тратить. «Я привык к "многоработе" и обладаю энергией, которую нужно тратить по максимуму», — заявляет он, оправдывая совмещение трех руководящих постов. Возможно, стоило направить её на созидание, а не на сомнительные эксперименты над основами актерского образования.
Дмитрий Певцов твердо стоит на своем: его творческая вершина не будет связана с миром подобных «новаторов». Это дает надежду. Пока есть люди, готовые жертвовать проектами ради чистоты своего имени, мы еще способны отличить подлинное от подделки. Певцов подчеркивает: «Играть нужно либо так, либо никак. Вершина еще впереди».
Друзья, а каково ваше мнение об этом назначении? Верите ли вы в «эффективность» Богомолова, о которой говорит Эрнст, или разделяете опасения Певцова и Шахназарова?
Одобрили бы вы обучение своих близких у такого наставника? Пишите в комментариях, давайте обсудим эту спорную ситуацию.
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: