Три года мы жили в одной квартире как соседи по коммуналке. Он — в зале за ноутбуком. Я — на кухне с сериалом. Разговоры свелись к: «Соль есть?» — «На столе». По утрам молча передавали тостер. По ночам — спина к спине, будто между нами бетонная стена. Я перестала замечать своё имя в его устах. Всё сломалось в субботу. Я спросила: «Хочешь пиццу на ужин?» Он кивнул, не отрываясь от экрана. И в этот момент я поняла: я давно перестала быть человеком. Стало удобной вещью. На следующее утро он собирался на работу. Я стояла у двери и сказала тихо, но чётко: «Я ухожу. Не потому что злюсь. А потому что забыла, как звучит моё имя в твоих устах». Он замер с ключами в руке. Впервые за три года посмотрел мне в глаза — и не отвёл взгляд. «Прости», — сказал. Голос дрогнул. Я не ответила. Просто закрыла дверь. Уехала к подруге на три дня. Не писала. Не звонила. Жила. Вернулась в четверг вечером. Он сидел на полу у входа с запиской в руках. «Марина, — прочитала я. — Ты права. Я забыл, как тебя звать.