Представьте мир, где советская кибернетика не осталась на обочине технологического прогресса, а стала локомотивом цифровой революции. Что если проект ОГАС (Общегосударственной автоматизированной системы учёта и обработки информации) Виктора Глушкова не просто реализовался, а эволюционировал в полноценный интернет? Давайте пофантазируем, как могла бы выглядеть цифровая среда Союза.
Архитектура сети: строго по плану
В отличие от хаотичного развития западного интернета, советский киберпространство строился бы по единому генплану:
- трёхуровневая иерархия — центральный вычислительный комплекс в Москве, региональные узлы в союзных республиках и крупных городах, терминальные станции на предприятиях;
- жёсткая сегментация — отдельные подсети для промышленности, науки, госорганов и бытового использования;
- двусторонняя связь — не просто поиск информации, но и автоматическая передача отчётных данных в центр.
Поисковик «Правда» найдутся все: особенности интерфейса
Главный поисковый сервис мог бы называться «Правда» (или «Ленинец», «Компас»). Его отличительные черты:
- тематические каталоги вместо свободного поиска — разделы строго соответствовали плановой экономике: «Промышленность», «Сельское хозяйство», «Наука и техника», «Культура и просвещение»;
- модерация контента — каждый ресурс проходил бы проверку на соответствие идеологическим нормам;
- ограниченный личный кабинет — пользователь мог бы просматривать только разрешённые материалы, соответствующие его статусу (рабочий, учёный, чиновник).
Пример выдачи по запросу «космос»:
- Официальные отчёты о запусках спутников.
- Статьи из «Науки и жизни» о достижениях советской космонавтики.
- Инструкции по сборке моделей ракет для кружков технического творчества.
- Ссылки на образовательные программы вузов по ракетной технике.
Контент: что было бы в сети
Контент строго регулировался бы госпланом:
- образовательные ресурсы — электронные учебники, лекции ведущих учёных, виртуальные лаборатории;
- производственные базы данных — нормативы, чертежи, технологические карты для предприятий;
- культурный блок — оцифрованные книги из серии «Библиотека всемирной литературы», записи симфоний, фильмы студии «Мосфильм»;
- новостные агрегаторы — перепечатки из «Правды» и «Известий» с возможностью комментирования (после модерации).
Технические ограничения
- доступ через терминалы — персональные компьютеры были бы редкостью, основной точкой входа стали бы общественные терминалы в библиотеках, ДК и на предприятиях;
- низкая скорость — передача данных осуществлялась бы по телефонным линиям с пропускной способностью 1200–2400 бод;
- кодировка КОИ‑8 — вместо Unicode, с ограничением на использование латиницы.
Социальные аспекты
- регистрация по паспорту — анонимность исключена, каждый аккаунт привязан к реальному лицу и месту работы;
- цензура по умолчанию — блокировка «вредного» контента (западная музыка, религиозная литература, политические дискуссии);
- система поощрений — активные пользователи могли бы получать грамоты или дополнительные талоны на дефицитные товары.
Символические детали
- заставка при входе — анимированный герб СССР и лозунг «Информация — сила социализма!»;
- звуковое сопровождение — фанфары при открытии страницы, щелчки реле при загрузке данных;
- дизайн — строгие геометрические формы, красный и синий цвета, шрифты типа «Обыкновенный гротеск».
Почему это осталось фантастикой?
В реальности проект ОГАС так и не был реализован из‑за:
- высокой стоимости (20 млрд рублей в 1960‑х — сумма, сопоставимая с космическим бюджетом);
- сопротивления бюрократии, опасавшейся потери контроля;
- технологических ограничений (отсутствие микрочипов, низкая надёжность ЭВМ).
Но даже в этой альтернативной реальности интернет СССР стал бы не пространством свободы, а идеальным инструментом плановой экономики — мощным, но лишённым главного: возможности спорить, экспериментировать и мечтать за пределами заданных рамок.