Любите ли вы «Пиковую Даму», точнее, обеих «Дам», пушкинскую и оперную, Чайковского, как люблю их я?.. Узнаете ли вы партитуру оперы с любого небольшого отрывочка, пробегает ли холодок по коже, когда читаешь эпиграф повести, процитированный Александром Сергеевичем из «Новейшей гадательной книги», современной ему - «Пиковая дама означает тайную недоброжелательность». У!.. Жуть какая!..
Кто из вас, дамы и господа, часами рылся в правилах карточной игры «фараон»(или «штосс»), чтобы понять, наконец, обдернулся Германн или старуха, своей потусторонней магией, все же подменила карту на третий вечер?..
Кто пытался осознать - убил Германн старуху процентщицу… простите, графиню, разумеется, или это было несчастным совпадением, и ее не стало бы в ту роковую ночь в любом случае?
Может, вам было любопытно, что такое зловещее напевает «старая ведьма» - и вы нашли песенку Лоретты, маленькую арию из французской оперы-буфф композитора Гретри под названием «Ричард Львиное сердце»? Это классическая кокетливая жалоба влюбленной, исполняемая, как минимум, в два раза быстрее утробного мурлыканья Графини (а еще чаще меццо-сопрано исполняют его тяжело, почти грозно, выпевая французские слова, словно похоронным маршем), да еще переходящая в светлый лиричный мажор во второй части?..
Но уж точно, в детстве вы играли в страшную игру «Пиковая Дама, появись!», признайтесь! И должно было (если все сделать по правилам) появиться что-то очень пугающее!
Сегодня предлагаю вам вспомнить портреты женщины, которая стала одним из двух (и более сложным, по признанию автора) прототипов старухи графини, княгини Натальи Петровны Голицыной, влиятельнейшей персоны, фрейлины «при дворе четырёх императоров — от Екатерины II до Николая I», награжденной всеми возможными для женщины в Российской империи орденами, одной из богатейших дворянок государства. Надменная с равными и более приветливая с теми, кого считала ниже себя, суровая с молодежью, в первую очередь, с собственными детьми (сын её, например, прославленный московский генерал-губернатор, не мог позволить себе сидеть в присутствии матери без её разрешения), княгиня играла особую роль в русском обществе.
В молодости считалась красавицей, вертела своим слабовольным мужем, как хотела (помните, Томский в повести Пушкина говорит: «Покойный дедушка, сколько я помню, был род бабушкиного дворецкого. Он её боялся, как огня…»), блистала при европейских дворах, и этот нежный портрет был написан шведским живописцем, Александром Рослином, одним из ведущих мастеров рококо, невероятно модным в Париже и Стокгольме. Рослин имел большой успех и при русском дворе, во время своего визита в Санкт-Петербург. Императрица повелела живописцу сделать несколько портретов, в том числе, своей любимицы, молодой Голицыной.
Вообще, честь принадлежать к роду Голицыных княгиня ценила невероятно высоко. Её муж был весьма хорош собой, бригадир в отставке, человек с большим (правда, расстроенным) состоянием, но, судя по всему, именно за фамилию выходила замуж честолюбивая и отлично, европейски образованная дочь дипломата графа Чернышева. Есть забавное воспоминание современника, историка Снегирёва: «…Она все фамилии бранит и выше Голицыных никого не ставит, и когда она перед внучкой своей 6-летней хвалила Иисуса Христа, то девочка спросила: "Не из фамилии ли Голицыных Иисус Христос?".»
А что же Пушкин и его леденящая душу героиня?
Ну, собственно, история, действительно, имела место быть. Приятель поэта, князь Сергей Григорьевич Голицын, внучатый племянник княгини, рассказал ему историю о трех картах и страшной тайне своей бабушки.
Здесь надо знать, что князь был известен как большой шутник и любитель розыгрышей (а Пушкин много играл и чаще - несчастливо).
А что же старая княгиня? От её красоты в старости ничего не осталось, с годами она обросла усами и внешность Натальи Петровны стала довольно устрашающей. За спиной весь Санкт-Петербург называл её Princesse Moustache - Усатая княгиня.
Вот такой её увидел в 1810е годы Бенуа-Шарль Митуар, французский художник при русском дворе (впоследствии принявший российское подданство). Соответственно, Голицыной вокруг 70 лет. И разумеется, не будучи безумным, живописец никакие усы написать на лице Натальи Петровны не посмел. А портрет очень интересный, с характером, как и модель, вам не кажется?
Известно, что «наше всё» Александр Сергеевич побаивался реакции и Голицыной, и двора (узнают/не узнают/ как отнесутся). «Моя Пиковая дама в большой моде, — записывал Пушкин в дневнике. — Игроки понтируют на тройку, семерку и туза».
А что же двор и княгиня? «При дворе нашли сходство между старой графиней и кн. Натальей Петровной и, кажется, не сердятся...».
Да и зачем бы сердиться: сразу узнаваемая величавая старуха, властная статс-дама, изображена если не с симпатией, то с пониманием и даже состраданием.
Есть и еще один момент, я пару раз попадала на такие версии разных дотошных пушкинистов: якобы тщательно описывая утренний путь Германна из дома графини, Пушкин буквально воспроизводит cвой собственный тайный путь из спальни Дарьи (Долли) Фикельмон – отнюдь не старухи, и еще в меньшей степени, брошенной и преданной Лизы. Не знаю, насколько это верно, но, пожалуй, забавно.
Пушкин погиб на дуэли в начале 1837 года, княгини Натальи Петровны не стало в декабре того же года, в возрасте 96 лет.
Но «Пиковая Дама» обессмертила княгиню. И сегодня, глядя на её портреты, мы вспоминаем «секрет Сен-Жермена», хор «Благодетельница наша!..» и ворчание глубоким меццо-сопрано «Ну, времена! Повеселиться толком не умеют. Что за манеры! Что за тон! И не глядела бы... Ни танцевать, ни петь не знают!..»
А у меня на сегодня все, спасибо, что заглянули. Да сопутствуют вам успех в ваших делах и удача - на ваших дорогах, дамы и господа!