Глава 386
Султан Джихангир выбился из сил и уснул, когда над Стамбулом уже занимался рассвет.
Нурбану поднялась с постели и, стыдливо спрятав глаза от рабынь, пошла к дверям.
На пути у фаворитки возник юноша
- Не делайте этого, хатун. Вы должны быть возле повелителя, когда он проснется, - прошептал слуга.
Шокированная Нурбану отпрянула назад и попыталась в темноте рассмотреть лицо юноши
- Ты всю ночь был здесь?!, - шёпотом спросила девушка.
- По приказу нашего повелителя, я должен всегда быть возле него, - ответил Беркан.
Нурбану вернулась в постель к Султану Джихангиру и накрылась с головой цветным покрывалом.
Падишах заворочался, но к радости Нурбану, не проснулся.
В скором времени Нурбану спала и не чувствовала на себе взгляда чернокожих рабынь и молодого слуги...
Глава чёрных евнухов стоял перед валиде с опущенной головой
- Рабыни находятся там, где им запрещено быть, валиде, - произнёс евнух. - Если об этом станет известно за пределами дворца, народ станет высмеивать нашего повелителя.
Собравшись в себе, Хюррем ответила евнуху
- Мой лев пользуется тем, что принадлежит только ему и никому более, если ты забыл, ага. Поэтому, никто не в праве осуждать деяния повелителя. Учти это на будущее и займись своими делами.
- Как прикажете, валиде, - со смирением ответил евнух. - Только учтите. В покоях повелителя находится юноша и он не является евнухом.
- Если ты сказал мне все, что желал, ага. Можешь идти, - приказала Хюррем евнуху, проигнорировав его последние слова.
Огромный евнух ушёл так же тихо, как возник в покоях.
Хюррем повернулась к Сюмбюлю-аге
- Что известно о новом слуге моего льва?, - спросила валиде у евнуха. - От куда он попал во дворец?
- Это мальчик попал в девширме из бедной не мусульманской семьи. Его отец был земледельцем, а мать подрабатывала прачкой. В силу того, что семья не смогла своевременно заплатить налоги, им пришлось отдать в качестве оплаты своего сына, - ответил Сюмбюль-ага. - В девширме он был одним из лучших учеников и поэтому был отобран во дворец Топкапы.
- Следите за этим мальченкой, Сюмбюль-ага. Упаси всевышний, если он прикоснется к гарему моего льва. В этом случае мы уже никогда не отмоемся от налипшей грязи, - произнесла с тяжёлым вздохом Хюррем.
- Беркан, хоть и молод, валиде, но не глуп. Я заметил в нем присущую не по годам мудрость, - подметил евнух.
- Тем и опасен этот человек, Сюмбюль-ага. Глупый выдаст свою затею одним только взглядом, - произнесла Хюррем...
Нурбану вернулась в свои новые покои, некогда принадлежащие Михримах Султан
- Пусть подготовят хамам, - устало произнесла девушка, присев на диван.
Джанфеда подошла к Нурбану
- Что случилось с тобой? На тебе нет лица, - с волнением спросила Джанфеда.
- Ночь прошло без сна и я хочу, как можно скорее, оказаться в постели, - ответила Нурбану, широко зевая. Рассказать Джанфеде о том, что все происходило в присутствии рабов и юного слуги падишаха, Нурбану не осмелилась. От одной только мысли её кидало в жар.
- В таком случае, я лично прослежу за подготовкой хамама, - с улыбкой произнесла Джанфеда, направившись к дверям.
Нурбану накрыла голову руками и судорожно вздохнула
- Ничего не поделать. Придётся потерпеть, - прошептала девушка...
Султан Джихангир жалобно и протяжно стонал, полу-лежа на диване
- Джинжи... Джинжи... Где же ты? О, моя несчастная голова. Она сейчас разорвется на тысячу мелких кусочков.
Вернувшийся обратно Беркан подошёл к страдающему падишаху и, склонив голову, доложил
- Повелитель, Джинжи-ходжа сейчас готовит для вас отвар. Сказал, что в скором времени будет возле вас.
Падишах поднял на юношу свои красные глаза
- Что ты говоришь такое, Беркан?! Как можно заставлять ждать повелителя мира?!, - прорычал султан. - Иди к Джинжи и приведи его сюда!
На радость Беркана в султанские покои семенящим шагом вошёл Джинжи-ходжа.
Султан Джихангир тут же позабыл о Беркане и протянул руку к целителю
- Давай скорее свое отвратительное варево!, - приказал падишах. - Мой разум терпит бедствие от безумной головной боли, - добавил султан, поморщившись от стука в висках.
- Мой повелитель. Я дам вам сейчас снадобье, от которого вы в последствии будете в полном восторге, - произнёс довольный ходжа, склонившись над кубком. - Я не спал всю ночь, готовя этот отвар из дюжины трав и кореньев.
Разведя снадобье водой из кувшина, Джинжи-ходжа поднёс кубок падишаху
- Вот, повелитель. Выпейте это и вам сразу станет лучше, - пообещал целитель.
Поднеся кубок к носу, Джихангир поморщился
- О, Аллах. Более отвратительного запаха я ещё не встречал, - произнёс падишах, вернув кубок Джинжи-ходже. - Сначала ты выпей из этого сосуда. Что-то мне подсказывает, что снадобье твоё в действии станет ядом, - с ухмылкой добавил султан.
Джинжи-ходжа обиженно оттопырил нижнюю губу, но спорить не осмелился.
Целитель уже успел оценить сладкую жизнь во дворце и не намеревался расставаться с нею ни при каких обстоятельствах.
Набрав в рот дурно пахнущей жидкости из кубка, Джинжи тут же проглотил её.
По телу пробежала судорога от чрезвычайно горького вкуса снадобья.
Падишах цепким взглядом наблюдал за действиями целителя
- Рот открой и язык покажи, - приказал Джихангир ходже. - Я хочу убедиться, что ты проглотил все до последней капли.
Джинжи-ходжа выполнил приказ падишаха и тот, не медля больше ни минуты, выхватил сосуд из рук целителя и залпом опустошил его
- О, Аллах.., - промычал Султан Джихангир, скривившись от горечи. - С каждым разом твои снадобья становятся все отвратительнее. Неужели нельзя добавить что-то, что исправило бы их непомерную горечь?
- Повелитель, если я стану добавлять для смягчения вкуса другие средства. Снадобье утратит свою целебность, - важно произнёс Джинжи-ходжа.
Но Джихангир уже потерял интерес к ходже.
Падишах внезапно ощутил лёгкость и непреодолимое желание что-нибудь поесть
- Беркан, - позвал султан слугу. - Иди в кухню и прикажи подать мне самой вкусной еды.
Джинжи-ходжа склонил голову
- Я полагаю, что мне необходимо покинуть вас, повелитель, - напомнил о себе целитель.
Султан Джихангир улыбнулся
- Ты колдун, но мне все равно. Я не боюсь тебя, Джинжи-ходжа. Ты помог мне, а я в замен этого дарю тебе этот перстень, - напыщенно произнёс падишах, сняв с пальца изделие с огромным камнем. - Этот перстень некогда был изготовлен самим Султаном. Его цена настолько высока, что ты продав его, сможешь купить себе целый дворец.
Джинжи-ходжа трясущимися руками принял дар
- Да будет вами доволен всевышний, о могучий падишах!, - восторженно выдохнул целитель.
- Иди, Джинжи, - снисходительно произнёс Джихангир, чувствуя, как по всему телу разливается блаженство. - Я прикажу подготовить для тебя соседние покои, чтобы ты всегда мог прийти ко мне на помощь.
- Как пожелаете, повелитель, - с придыханием произнёс Джинжи-ходжа. - Я готов быть возле ваших ног в любое время дня и ночи. Только позовите и я тот час же буду здесь.
В покои вернулся Беркан и Султан Джихангир, посмотрев на прекрасное лицо юноши, сказал ходже
- Жаль, что ты не так красив, как этот мальчишка. Смотреть на твоё лицо не самое приятное занятие.
Джинжи-ходжа склонил голову
- Прошу прощения, повелитель. Не стану вас больше утомлять своим присутствием, - произнёс целитель.
Султан Джихангир снисходительно качнул головой
- Передай Газанферу-аге пусть придут рабыни, что были возле меня этой ночью, - приказал падишах целителю.
Джинжи, попятившись спиной к дверям, покинул султанские покои.
Беркан отошёл в сторону, поскольку в покои начали вносить блюда.
- Скажи мне, Беркан. Ты видел что-нибудь этой ночью?, - спросил падишах у юноши.
- Я не могу позволить себе смотреть на вашу женщину, повелитель, - ответил юноша. - Всю ночь я простоял спиной к вашей постели.
Громко рассмеявшись, Султан Джихангир указал на столик, накрываемый к ужину
- Хочу поужинать с тобой. Будешь сидеть напротив меня, - приказал падишах юноше.
- Как вам будет угодно, повелитель, - почтительно произнёс Беркан, унимая в себе бурное ликование. Султан стал доверять ему. Это прекрасная возможность подняться выше и помочь своей голодающей семье...
Нурбану была разбужена Джанфедой
- Уже время ужина. Пора проснуться и подготовится к предстоящей ночи с повелителем, - произнесла Джанфеда.
Сонная Нурбану с недоумением посмотрела на Джанфеду
- Почему ты не разбудила меня раньше?, - недовольно произнесла Нурбану. - Я могу не успеть подготовиться и падишах уснёт, не дождавшись меня.
- Разве я сказала, что падишах звал тебя? Я лишь предположила, что он захочет вновь заключить тебя в свои объятья, - ответила обиженно Джанфеда.
- Не обижайся, Джанфеда, - произнесла виновато Нурбану. - Я не имела намерений обидеть тебя.
Двери покоев раскрылись.
На пороге стоял Газанфер-ага
- Нурбану-хатун. Наш повелитель ждёт вас этой ночью, - доложил евнух.
Нурбану снисходительно качнула головой
- Можешь передать повелителю, что я непременно буду, - произнесла девушка.
Едва двери за евнухом закрылись, Джанфеда восторженно произнесла
- Газанфер-ага стал приближенным повелителя! Ты должна притянуть его на свою сторону! Это будет большой удачей! Ты будешь знать обо всем, что происходит в султанских покоях!
Нурбану понесла к губам палец
- Тссс... Джанфеда. Я знаю это и непременно сделаю так, чтобы Газанфер-ага стал моими глазами и ушами, - прошептала фаворитка падишаха..