Молодые люди, работающие на удалёнке, стали всё чаще проявлять интерес к покупке "бабушкиных избушек" вдали от крупных городов.
На российском рынке недвижимости заметили новый тренд, для которого сразу же придумали псевдоанглицизм — "избинг". Молодые люди, работающие на удалёнке и получающие неплохие деньги, стали всё чаще проявлять интерес к покупке "бабушкиных избушек" в деревнях, вдали от крупных городов.
Деревянный дом с печкой, полностью пригодный для проживания, да ещё и с небольшим участком земли, в среднем стоит в районе 3–4 млн рублей.
Встречаются даже варианты за 150–200 тыс., правда в основном в Башкирии, Саратовской и Свердловской областях. А больше всего деревянных домов, по данным аналитиков, продаётся в Московской и Ленинградской областях, а также в Краснодарском крае.
Многие эксперты комментируют такие новости вполне благодушно. Дескать, потянулись люди подальше от городской суеты да поближе к природе. Туда, где можно как следует заземлиться, устроить себе цифровой детокс, а заодно припасть к корням. Едут за колоритом, аутентичностью и памятью предков. Наверняка таких покупателей действительно найти можно. Но большая часть, по данным тех же аналитиков, старые стены ценит не особо.
Одни первым делом сносят приобретённый дом до основания, а затем строят на его месте типовой коттедж. Другие с готовностью вкладывают в ремонт суммы, сопоставимые с ценой покупки, чтобы приспособить приобретённую недвижимость к современному быту. Судя по всему, "избинг" — выбор тех, кто окончательно понял, что накопить на хорошую квартиру в мегаполисе им в этой жизни не удастся. Даже при зарплате выше средней. Жить на съёмной жилплощади рано или поздно надоедает.
Да и стереотип, что "состоявшийся человек" обязан купить хоть какую–то недвижимость, давит. Тут и выручает "избинг", где порядок цен (пока ещё) совсем другой. Вложив сопоставимую сумму, получаешь не бетонную коробку, а подогнанный индивидуально под тебя дом. Да, далеко, но жить можно, особенно если интернет работает.
В конце XIX — начале XX века в России происходил обратный процесс. Крестьяне массово переселялись из деревни в города, нанимаясь работать на заводы. Стремительная урбанизация стимулировала формирование и развитие нового общественного класса — пролетариата. Что спустя некоторое время привело к масштабным событиям, об однозначной оценке которых договориться не могут до сих пор. К чему приведёт нынешний переток айтишников–удалёнщиков из мегаполисов в деревню — скоро увидим.