Глава 3. В ожидании чуда
День подошёл к концу, минул вечер, и наступила ночь, но вестей всё не было. Борис Иванович сидел вполоборота в кабинетном кресле, в мрачном ожидании глядя в окно, подперев рукой голову. Ничто его не радовало. Другой рукой он вцепился в дубовый резной подлокотник так, что ногти скребли крупные лаковые львиные головы, оставляя за собой заметные глазу дорожки.
Вздыхая вновь и вновь, он пробормотал вполголоса:
– Вот так, Маруся, тебя я не удержал. Теперь и дочь нашу хотят забрать эти нечисти…
Он на миг закрыл глаза, и ему причудился сладкий голос первой жены, её нежный взгляд и то лёгкое прикосновение, которым она одарила другого…
– Но я люблю тебя, люблю!.. Всё равно люблю! А его ненавижу! – он со всей силы ударил кулаком по столу, тяжёлый письменный прибор пошатнулся, но не упал.
Перед глазами возникло лицо старшего брата, Николая, его фотография в строгой деревянной раме, висевшая на стене, прямо над письменным столом, среди портретов всей родни Бориса Ивановича. Он отмахнулся, будто это действительно помогло бы сгладить его бесконечную печаль.
В дверь тихонько постучали.
– Пора бы перекусить хоть немного, – из-за двери показалась голова его верного слуги. – Борис Иванович, вы так себя до могилы доведёте. – Кирилл очень беспокоился и периодически приносил ему еду, от которой хозяин непременно отказывался.
Всё снова полетело на пол. Слуга поспешил убраться и удалился.
– Лучше бы принёс мне хорошие новости! – грозно высказал хозяин ему вслед, пригрозив кулаком. – Толку-то от твоей заботы? И передай Марии Степановне, чтобы не беспокоила меня по пустякам. Спать не буду, пока не дождусь! – сказал он, словно обиженный ребёнок.
В это время Пётр прокрался к комнате Софьи и начал прислушиваться, нет ли там прислуги. Не услышав посторонних звуков, он приоткрыл дверь и зашёл внутрь.
Молодой человек пододвинул стул ближе к кровати. Приложил ладонь ко лбу больной. Лоб был словно лёд! Он поспешил нащупать пульс, но тот был в порядке, хотя и едва прослушивался.
– Что же это за зелье такое? – задумчиво проговорил он вслух. – Соня, Сонь, проснись уже! Хватит переигрывать! Ты меня уже пугаешь… Врачи здесь ни к чёрту. Не понимаю, как тебе помочь… – Он схватил её за плечи и затряс, будто так мог разбудить.
В эту минуту в комнату вошла служанка. В руках у неё был тазик с водой. От испуга она чуть не выронила его.
– Молодой господин, нехорошо, вы одни у барышни. – Она опустила глаза в пол, поняв, что не следовало его отчитывать.
Пётр поднялся, злобно взглянул на служанку сверху вниз и поспешил выйти из комнаты.
* * *
Примерно в девять часов утра послышался топот копыт как минимум двух лошадей. Борис Иванович, задремавший, кажется, на мгновение, но проспавший несколько часов, вскочил с кресла и бросился к окну.
– Приехал! – радостно воскликнул Кирилл, без стука ворвавшийся в кабинет хозяина.
На радостях хозяин рванул к двери, задев плечом слугу, отчего тот, шатаясь, чуть не упал на пол, но успел вовремя удержаться, вцепившись в проём мёртвой хваткой.
Борис Иванович сбежал вниз по лестнице словно ветер, распахнул двери главного входа и выбежал на улицу. Перед ним возвышались два всадника: немолодой лекарь, обследовавший его дочь накануне, и молодой человек в тёмном одеянии. Широкие длинные полы чёрного плаща, державшегося на груди на лямках крест-накрест, освобождая тем самым сильные руки с натянутыми поводьями, колыхались от беспокойных порывов ветра, так же как и его чёрные волнистые волосы под шляпой. На небо наползали серые тучи, заслоняя собой яркие лучи утреннего солнца. Скоро пойдёт дождь.
Всадники одновременно спрыгнули с лошадей и подошли ближе.
– Знакомьтесь: Павел Александрович, с величайшим трудом достал его для вас, – представил молодого лекаря Олег Арсеньевич, – Борис Иванович, хозяин усадьбы.
Оба уважительно поклонились друг другу, Павел Александрович слегка коснулся своей шляпы.
– Борис Иванович, кажется, вы обещали выполнить любую просьбу, если я смогу вылечить вашу дочь? – гость сразу перешёл к сути дела – к вознаграждению, отчего бедный отец вмиг побледнел.
– Разумеется, просите что хотите! – немедля подтвердил хозяин усадьбы, подошёл ближе и в дружественном жесте затряс руку долгожданного гостя, после чего гость брезгливо отряхнул свою руку в перчатке, недовольно взглянув на хозяина, когда тот на миг отвернулся.
– Главное, не забудьте о своём обещании, – холодно добавил молодой лекарь. – Мой багаж приедет чуть позже. С собой я взял лишь самое необходимое. – В руках его застыл саквояж и трость со стальной рукоятью в форме головы дракона.
– Конечно. Мы разместим вас в самых лучших покоях! – Борис Иванович кивнул своему верному слуге.
Кирилл, стоявший рядом, сразу понял распоряжение хозяина и отправился выполнять.
– Тогда не будем терять время? – обеспокоенно глядя то на гостя, то на уездного лекаря, предложил отец и протянул руку в сторону арочного входа.
Все трое быстрым шагом поспешили войти и подняться по главной лестнице на второй этаж. Пройдя ещё немного, уже у дверей в комнату дочери, отец чуть помедлил, над чем-то раздумывая, и через мгновение повернул бронзовую ручку.
Как только открылась дверь, молодой человек в чёрном застыл на месте, не веря своим глазам. Но быстро взял себя в руки и не спеша подошёл ближе. «Так всё и должно было случиться. Чему тут удивляться?» – пронеслось в его мыслях.
Молодой лекарь молча разложил свой саквояж на круглом столе неподалёку. Передал плащ, перчатки и шляпу оказавшемуся рядом слуге. Слуга услужливо поставил для него стул. Лекарь обработал руки. И вдруг с любопытством огляделся по сторонам, заметив шевелящиеся тени невидимых стражей.
– По-моему, здесь слишком много посторонних, – он указал глазами на тёмные углы.
Хозяин мгновенно скомандовал, и все стражники разом растворились.
– Простите, мою дочь частенько пытаются убить, и это просто меры предосторожности, – оправдывался отец.
– Как видно, даже такие меры не помогли вам, – ехидно проговорил молодой лекарь и отвернулся.
Отец лишь грозно уставился ему в затылок. Главное, чтобы дочь вылечил, а его характер можно и потерпеть немножко.
Лекарь приподнял кружевную манжету, перетянутую на запястье нежно-голубой атласной лентой, ночной рубашки больной из белой шёлковой материи. Как только он дотронулся до её руки, в сердце отца что-то больно кольнуло. Он приложил ладонь к груди и подошёл ближе, с нетерпением выглядывая из-за спины лекаря. Лекарь мерил пульс больной.
– Ну как? Что с ней? – поспешил спросить отец.
Лекарь лишь поднял вверх руку в знак того, чтобы все замолчали. Он нежно дотронулся до её щеки, лба. Его рука замерла на мгновение, околдованная ужасным холодом. Он приоткрыл ей рот и проверил язык. Губы больной были бледными. Если бы не едва различимый пульс, Софью можно было принять за мертвую. Лекарь грустно вздохнул и произнёс:
– Это яд, вызывающий замедление метаболизма с постепенным угасанием всех систем организма, что приведёт к неминуемой смерти.
Отец облокотился о спинку стула и вцепился пальцами в грудь, сжав плотные слои одежды.
– Значит, и вы не сможете ей помочь? – совсем расстроился отец, мрачно вглядываясь в безжизненное лицо дочери.
– Я постараюсь сделать всё возможное.
С этими словами лекарь встал и начал что-то искать в своём саквояже.
– Вот, это нужно заварить и принимать в течение трёх дней три раза в день. – В его руках застыл пучок сушёной травы. – Так ваша дочь сможет прийти в себя, и это хоть на некоторое время обезопасит её от действия яда.
Олег Арсеньевич потеребил в пальцах жухлые листочки, понюхал, но так и не понял, что это за трава такая.
– А дальше что? – спросил Борис Иванович.
– Я постараюсь приготовить противоядие, но дело в том, что, возможно, я не смогу достать все ингредиенты… – уклончиво ответил молодой лекарь.
– Да вы только скажите, что нужно, для дочери я сделаю всё! Добуду всё, что нужно. – Лицо отца совсем помрачнело.
– Хорошо, – коротко согласился молодой лекарь. – А сейчас нужно сделать настой.
Хозяин скомандовал, и вскоре слуга принёс всё, что требовалось.
Молодой лекарь достал из саквояжа ступку и пестиком быстро измельчил лекарственное средство, залил его горячей водой. По комнате мгновенно распространился терпко-сладкий аромат. Как только лекарство было готово и жидкость немного охладилась, лекарь процедил её и налил в чашку, незаметно кинув некую пилюлю, которая мгновенно растворилась. Служанка протянула руки, чтобы взять чашку, но лекарь остановил её своим холодным взглядом и сам подошёл к больной.
Нагнувшись, он аккуратно приподнял голову девушки и, ложка за ложкой, попытался напоить её неведомым лечебным зельем, старательно подув на него, чтобы охладить ещё больше. Лишь малая часть достигла цели, но и этого хватило, чтобы сердце больной забилось быстрее, к губам подступила кровь, окрасив их в нежно-розовый цвет, на щеках появился румянец.
Отец ухнул, как сова, от волнения и подошёл ближе, взял дочь за руку. Её руки стали тёплыми. Лёгкое шевеление маленьких пальчиков заставило его волноваться ещё сильнее. В следующее мгновение она открыла глаза. На Софью уставились незнакомые ей лица людей. Хотя нет, одного она уже недавно видела, когда он вытащил её из озера. И он ей ещё кого-то напоминал, но она никак не могла вспомнить кого именно.
– Ты? – чуть слышно прошептала она, голос её не слушался, и потянулась к лекарю дрожащей рукой.
Молодой лекарь поспешил отстраниться, и её рука упала обратно на одеяло.
– Доченька, любимая моя!.. Ты наконец пришла в себя! – Отец бросился к ней и крепко-крепко обнял.
В дверях появился Пётр.
– Почему мне никто не сказал, что здесь происходит?
Отодвигая локтями взволнованных слуг в стороны, он сразу устремился к Софье. Но на полпути заметил знакомое лицо лекаря и остановился.
– Я уж было подумал, куда все остальные запропастились? Кстати, а что ты тут делаешь?
Молодой лекарь притворно откашлялся и невозмутимо ответил:
– Простите, мы знакомы?
Пётр подумал, что так он скрывает свою личность от собравшихся и не стал настаивать, раскрывать его, а в ответ заметил:
– Просто вы так долго до нас добирались, и мы подумали, что вы совсем не приедете.
Заметив, что Софья смотрит на него, он подбежал к ней и схватил за свободную руку. Подмигивая, Петя прокричал ей:
– Сестра, как я счастлив, что ты очнулась!
От подобного обращения Софья поперхнулась. «Дочь? Сестра? Да что здесь происходит?». И закашлялась. Лекарь налил ей ещё одну чашку и поднёс к её губам, приговаривая:
– Пейте осторожнее, ещё до конца не остыло.
Она уставилась на него с интересом и долго сверлила взглядом, не решаясь принять настой.
– Дочка, пей, пей. Это твой спаситель. Не бойся, плохого он не посоветует. – Отец прижал сильнее чашку к её губам.
– Как горько, – сказала она наконец, и все присутствующие улыбнулись.
Пока все были заняты расспросами о самочувствии больной, молодой лекарь начал собирать свои вещи и, незаметно пробравшись к двери, спросил:
– Где я могу отдохнуть?
Хозяин пришёл в себя от внезапного счастья и только сейчас снова обратил внимание на лекаря.
– Вас проводит Кирилл. Кирилл? Где ты? – Слуги расступились, и на пороге показался неприметный слуга хозяина. – Ты всё слышал? – Тот кивнул. – Проводи нашего дорогого гостя и проследи, чтобы у него было всё, что ему нужно.
Гость уже собрался уходить, но неожиданно обернулся напоследок.
– Настой я сам буду заваривать и подносить, так что не беспокойтесь, – сказал он, обращаясь к слугам. – Об остальных процедурах также дам распоряжение.
Отец одобрительно кивнул и обратился к дочери со словами:
– Вот видишь, какой заботливый? Всем бы таких лекарей, – и снова обнял дочку.
Продолжение следует...
Все имена и события вымышлены, любые совпадения случайны.
Возрастной рейтинг: 18+