Шехзаде Касым медленно шел по бесконечным дворцовым коридорам. Как же давно он здесь не был, как отвык от вечного шума и суеты. Проходя мимо ташлыка, даже удивился, когда глашатай объявил о его приближении. Проходя мимо наложниц, он слышал перешептывания, девушки, несмотря на запрет, любопытно глазели на него.
Касым продолжал двигаться, хотя каждый шаг давался ему с трудом. "Валиде, валиде,- призывал он, - спасите меня". Но никто не откликался.
У жемчужного павильона он задержался, воспоминания нахлынули с новой силой. Как часто они с братьями собирались здесь и играли, ссорились и мирились. Это было самое счастливое время.
Он вспомнил, как однажды в саду подрался с Баязидом, тот был старше и сильнее и без труда уложил его на лопатки. Вспомнил, как размазывал слезы по щекам, прогоняя слуг. А потом пришел Мурад и одним ударом опрокинул Баязида на землю, затем протянул руку Касыму и сказал, что всегда будет его защищать. Кто ж знал тогда, что брат Мурад станет для него как раз тем, от кого нужно защищаться.
"Ах, Валиде, Валиде, где же Вы?"
У покоев Касым быстро прочитал молитву и ,глубоко вздохнув, переступил порог.
***
Валиде-султан лично раздавала пищу беднякам, нашедшим приют у нее в фонде. Она разливала суп, отламывала хлеб и ,благославляя, отдавала еду страждущим.
Вид внезапно появившегося Хаджи встревожил ее.
-Что случилось, Хаджи-ага? Зачем ты здесь?
-Торопитесь, Валиде, падишах вызвал шехзаде Касыма на аудиенцию.
Кёсем выронила из рук тарелку и со всех ног бросилась к выходу. Всю дорогу до Топ Капы она неистово молилась и торопила кучера.
***
Султан Мурад важно восседал на троне. Шехзаде Касым поклонился и остался стоять, потупив взор.
-Как дела, Касым? У тебя все хорошо?
-Да, повелитель,- не поднимая глаз, ответил Касым.
-А у Ибрагима?
-С ним тоже все хорошо.
-И у вас ни в чем нет нужды?
-Нет, повелитель.
-Ты обижен на меня, Касым?
-Что Вы, как я смею? У меня нет повода обижаться на Вас.
-Тогда почему ты не поднимаешь глаз?- резко спросил повелитель.
"Кротость и смирение,- вспомнил Касым слова матери. -Кротость и смирение- это все, что должен видеть повелитель в ваших глазах".
Шехзаде острожно поднял глаза и встретился с суровым взглядом падишаха.
-В твоих глазах я вижу страх,- сказал султан.
"А в ваших я вижу свой приговор",- подумал про себя Касым.
-Все мои шехзаде умерли,- продолжил Мурад,- ни одного не обошла чума.
-Я соболезную вам, повелитель. Иншалллах, у Вас еще будут дети.
-Спасибо, Касым.
Султан крепко обнял брата, но кроме холода Касым больше ничего не почувствовал. Все эти вопросы, объятия- сплошной фарс. Можно попробовать упасть на колени и молить о пощаде, но он не унизится и не доставит брату-повелителю такого удовольствия.
Падишах пошел на балкон, Касым хотел двинуться следом, но его остановил грозный окрик:
-Стой, где стоишь, Касым.
За спиной шехзаде услышал звук открываемой двери и тихие шаги. "Да, палачи всегда ходят бесшумно",- с какой-то отстраненностью подумал Касым. Тело его сковал лютый холод, как если бы он находился раздетым на улице. Инстинкт самосохранения все же заставил его сойти с места и добежать до балкона. Но балконная дверь захлопнулась у него перед носом.
Устало прислонившись спиной к двери, он с ужасом ждал приближения дильсизов. Они надвигались медленно, широко расставив руки, опасаясь, что он опять попробует сбежать.
-Будь ты проклят, Мурад!- крикнул напоследок Касым и со все силы ударил по двери.
Когда веревка оказалссь у него на шее, последний, о ком подумал Касым, был Ибрагим.
-Беги, беги, Ибрагим,- с трудом прошептал он перед тем, как веревка стянула его шею.
***
Валиде-султан со всех ног мчалась по дворцу, проклиная тяжелое платье и неудобную обувь. Она бежала так быстро, как могла, но все равно не успела. У султанских покоев она оказалась в тот момент, когда стражники на носилках выносили тело Касыма.
Дрожащей рукой она откинула белый саван и увидела лицо сына. Мать прислонилась к его груди, все еще надеясь на чудо, но сердце шехзаде не билось.
В груди стало больно, невероятно больно. Рыдала Кёсем глухо, и от этого слугам стало еще страшней. Не было громких криков, слез и истерик, лишь отчаянные тихие рыдания.
Когда тело Касыма унесли, чтобы подготовить к похоронам, Валиде с помощью слуг поднялась с пола и попыталась пройти к падишаху, но стражники не пустили.
-Простите, Валиде-султан, повелитель велел никого не впускать.
Валиде в ярости хотела все же прорваться, в покои, но внезапно остановилась.
-А где Ибрагим?- взволнованно спросила она.
-В кафесе, госпожа,- ответила калфа.
-Он уже знает?
-Вряд ли. Хотя ... в этом дворце новости быстро расходятся.
Валиде-султан, взметнув юбками, поспешила в кафес.