Я сидела в кресле перед телевизором и боялась пропустить хотя бы одно слово, да что там слово - букву. Вся моя сущность превратилась в одно большое ухо и один гигантский глаз. Меня теперь не было нигде. Существовали бесконечные «Новости», «Вести», «Известия», которые бесились, неистовствовали и безумствовали, рассказывая о событиях прошедшего дня. Поначалу я не поверила не единому слову, сказанному с экрана, но когда это прозвучало со всех двенадцати каналов, я поняла, что наступил КОНЕЦ СВЕТА, такой долгожданный и такой неожиданный.
Накаченная под завязку новостями, я с трудом отвалилась от телевизора и заплакала. Какая жалость, что ЭТО все произошло. А ведь я так молода! Ну, разве КОНЕЦ не мог подождать хотя бы лет семьдесят. Для НЕГО это пшик, а для меня целая жизнь. Я оглядела свою единственную комнату в маленькой квартирке. Вещи, как много вещей, я задыхаюсь в этой тесноте. Оказывается, как много у меня не нужного барахла. Теперь все шмотье сгинет вместе со мной безвозвратно, раз и навсегда.
На кухне зашипело радио и принялось слово в слово повторять то, от чего у меня с самого утра пухли мозги.
« Нет, - сказала я себе, - я не могу этого больше выносить, и я не буду больше смотреть телевизор, слушать радио. С меня довольно». Однако только я решила для себя этот вопрос, зазвонил телефон.
С опаской сняв трубку, будто это и не трубка телефона вовсе, а смертельное оружие, я приложила к ней ухо и робко, полушепотом, произнесла магическое слово «да». Я любила это слово за его емкость и непосредственность, справедливо полагая, что «да» это всегда «да» и никогда «нет», в любом месте и при любых обстоятельствах.
- Надька! Ты знаешь, что творится? - голос, вроде, Люськин, только она может так орать и при этом выглядеть хрупкой и беззащитной. Интересно, как это у нее получается? Наверное, многолетняя работа в школе наложила на нее неизгладимый отпечаток синтеза детской непосредственности и жесткости, присущей любому диктатору средней руки.
- Ради Бога, - взмолилась я, - не кричи, я смотрю телевизор и в курсе всего, что происходит.
- Тогда ты должна понимать, что планеты исчезают не каждый день и следующей исчезнувшей планетой может быть наша! Сколько их осталось, не знаешь?
- Три, - я равнодушно глянула в окно.
- Какие? Я последние новости пропустила.
- Какая разница? – равнодушие, с которым я ожидала Конца Света, поразило и озадачило меня.
- Ты там не свихнулась? – насторожилась Люська, - я сейчас приеду, - она всхлипнула и бросила трубку.
«Надо было сказать ей, чтобы она по дороге хлеба купила, - запоздало подумала я и безразлично махнула рукой».
Однако первой до меня добралась Наташка, моя другая подружка. Она ввалилась в мою квартиру, словно танк в мышиную нору и, потоптавшись у двери на мокрой тряпке, не разуваясь, проследовала в кухню. Там она по хозяйски открыла холодильник и с раздражением швырнула на пустую полку пакет, который держала в руках.
- Я к тебе на несколько дней, - предупредила она тоном, не терпящим возражения.
- Хоть на год, – пожала плечами я. Наташка ссорилась иногда со своим мужем. И всегда уходила от него ко мне. В дни, когда Наташка жила у меня, моя маленькая и тихая квартира превращалась в узел связи, ее офис и дом свиданий одновременно. Вместе с тем это было и ужасно, и хорошо. Ведя уединенный и тихий образ жизни в дни Наташкиных отлучек, я успевала соскучиться по шуму, который она создавала вокруг, и тайно ждала, когда ее бестолковый Владик опять выгонит Наташку из дома. В нашей исключительно бабской компании Наташку любили все. Она была большой, сильной и целеустремленной женщиной. К ней всегда хотелось прислониться и поплакаться. А она всегда говорила одно и тоже:
- Не рыдай, не мучайся, все у нас получится.
И начинала действовать. Получалось все, правда, не всегда, как надо, но неизменно с треском, громом и молнией. Подруги, зная, что Наташка временно живет у меня, толпами наносили визиты, уничтожая запасы кофе, чая и сахара, их бы мне одной хватило на несколько лет. Но я не роптала. Потому что ощущала себя ожившей, функционирующей и совсем еще не старой единицей женского сообщества.
- Кого ждем? – насколько Наташка была бесцеремонна, настолько и проницательна.
- Люська с минуты на минуту должна появиться.
- Вот пиявка лабораторная, опять кровь сосать будет.
- Нет, на этот раз она меня спасать бежит.
- С чего бы это? – искренне удивилась Наташка.
- По телевизору целый день Конец Света обещают.
- А она то чем может помочь? – еще больше изумилась Наташка.
- Так ты забыла, что она в секте какой-то состоит, уже целый год каждую пятницу к ним таскается.
- И таким мы доверяем своих детей, - вздохнула Наташка и, наконец, вылезла из своих ужасных туфель на платформе, став ниже и толще.
- Тебе дать халат? – поинтересовалась я, с легкой завистью разглядывая ее дорогое платье.
- У меня свой есть, я взяла.
Она спряталась за дверцу шкафа, которая скрывала ее только наполовину и стала переодеваться.
В это время в дверь позвонили. Открывая дверь, я на сто процентов была уверена, что это Люська, но оказалось, что заявилась Светка.
- Наташка у тебя? – задыхаясь, выпалила Светка и, глянув, на огромного размера туфли, удовлетворенно кивнула. Оттеснив меня в глубь коридора, она быстро скинула крошечные босоножки и впорхнула в квартиру.
- Наташенька, - заголосила она, едва увидев нашу большую подругу. - Она ему завтраки готовит, а он ее на машине возит. Так они, до чего хочешь дойдут. Он мне зимой с ней изменил, а ведь у нее рыжий любовник е-е-есть, - Светка кинулась к Наташке на грудь и завыла.
Наташка аккуратно стряхнула Светку на диван и, не теряя присутствие духа, сказала:
- Не ори, говори медленно и по порядку, без запинки и соплей.
- У нее свой любовник есть, у бывшей жены моего Сережи, а она все равно к нему липнет. В трусах перед ним по кухне ходит.
- Ну и что, вмешалась я, - я бы тоже ходила, - я поставила на журнальный столик поднос с рюмками и коньяком, который чудом уцелел после прошлой крупной попойки. Помнится, тогда кого-то из нас бросил любовник. Кого, я припомнить не могла, потому что каждую из нас ни раз и не два бросали обожаемые. Лично я уже со счета сбилась. И после каждого такого банкета со слезами, коньяком и поцелуями жизнь начиналась заново, и не менее содержательная. Это был момент операции, во время которой память о прошлой любви отсекалась раз и навсегда. Анестезией, естественно, являлся коньяк, который в тот день разливался рекой по стаканам, кружкам, столам, коврам и конечно венам.
Проигнорировав мое замечание, Светка кинула на меня недовольный взгляд, и промолчала.
- Что дальше? – Наташка потянулась за коньяком. – Ты то, что хочешь?
- Ты ж не маленькая, – рассердилась Светка, - должна понимать, что если женщина перед мужчиной обнажается, значит, она чего-то от него ждет, и он, стервец, рано или поздно все равно поймет, что она хочет, и тогда все.
- Ага, - Наташка разлила коньяк по рюмкам, - поняла, а ты с ее рыжим познакомиться пробовала?
- А что пробовать, он же мой одноклассник, - Светка отхлебнула из своей рюмки и закашлялась.
- Никогда не торопись, - Наташка весело подмигнула и сказала, - за жизнь без границ.
Мы со Светкой переглянулись, и мне стало жутковато, больно уж зловеще прозвучал тост.
- А тут по телевизору передавали, что шесть планет уже исчезли. Вроде, как их черная дыра засосала или еще что, - Светка вдруг всхлипнула, так я и не успею замужем побывать.
- Тю, - протянула Наташка, - ну вот я замужем, а что, много счастья у меня?
- Счастливая ты, Наташка, – Светкины слезы высохли, - да что мне делать то?
- Пойди к этому рыжему и расскажи, как эта дорогая ведет себя, вне приделов его досягаемости.
- Люська, - вдруг вспомнила я и глянула на часы, - где это она застряла?
- Тем лучше, - Наташка откинулась в кресле и мечтательно закатила глаза, - вот разведусь со своим.
Я взяла пульт и включила телевизор.
Испуганная дикторша, заикаясь и сбиваясь, сообщила, что с небосклона пропала еще одна планета.
Наташка выпрямилась и застыла. На лице ее отразились удивление и ужас.
- Я думала ты бредишь, - она разлила оставшийся коньяк по рюмкамя, и свою тут же опрокинула в рот.
- Может быть, это они на телевидении сбрендили? – Светка с надеждой посмотрела в программу. - Может это шоу такое: «Кто кого напугает»?
- Какое сегодня число? – Наташка с упованием глянула на свои часы.
- Не первое апреля, - отняла я у нее всякую надежду.
В дверь опять позвонили, я с облегчением вздохнула и пошла открывать. Но это опять оказалась не Люська. На пороге стоял сосед дядя Яша с первого этажа. Он хмуро глянул мне за плечо и почему-то шепотом сказал:
- Люську ждете?
- Ага, - так же шепотом ответила я.
- Не придет, ее инопланетяне только что утащили, - загадочным голосом сообщил дядя Яша и повернулся, чтобы уйти, но я успела схватить его за край выползшей из штанов рубахи.
- Подождите, я ничего не поняла, это она сама просила передать?
- Нет, - Яша инфантильно покачал головой, - я сам видел, - он вытянул из моих рук свою рубаху и медленно побрел вниз по лестнице.
Я проводила взглядом его сгорбленную спину и тихо затворила дверь.
- Люська? – услышала я из комнаты зычный голос Наташки.
- Не поняла, - я села в кресло и представила, как маленькую, хрупкую Люську тащат в НЛО зеленые человечки. От такого видения мне стало не по себе.
- Натаха, смотри, она сейчас в обморок хлопнется, - Светка взяла меня за руку.
- Допились, - деловито отреагировала Натаха и подбоченясь встала около меня.
- Будем делать искусственное дыхание, - со знанием дела сказала она и взяла меня за плечи.
Я представила, что Наташка сейчас дыхнет на меня перегаром и очнулась от столбняка.
- Люську инопланетяне утащили, - выпалила я, и сама почувствовала, как глупо и нелепо прозвучали мои слова.
Наташка глянула на меня, как рыба на рыболова и закатилась в оглушительном смехе. Спустя секунду, к ней присоединилась Светка. Сперва она жалобно заблеяла, а потом стала ржать не хуже молодой кобылы.
Я с достоинством выдержала гомерический хохот подруг, а когда те успокоились, с настойчивостью осла повторила то, что сказал мне дядя Яша.
Наталья взяла мою рюмку и с тщательностью эксперта оглядела ее снаружи и внутри.
- Ты ей ничего не подливала кроме коньяка, - она подозрительно глянула на Светку.
- Нет, - покраснела та.
- Хорошо, еще раз и по порядку, кто приходил?
- Сосед, дядя Яша, он сказал, что Люська не придет. Потому что он сам видел, как ее инопланетяне утащили.
За этими словами последовали гробовое молчание и шок. По телевизору в это время диктор с перепуганным лицом печально сообщила, что с неба исчезла еще одна планета. Это означало, что в галактике остались только солнце и Земля, поскольку все остальные планеты провалились в тартарары.
- И Люська еще провалилась, - как бы продолжая мои мысли, заключила Светка.
- Этот Яша, где он? – Наталья по прокурорски выпятила нижнюю губу, - сейчас мы пойдем и вытрясем из этого пройдохи всю душу. Я не усомнилась ни в одном слове, сказанном Натальей.
Я накинула на плечи кофту, потому что начала зябнуть, то ли отходняк давал знать, то ли нервы расшалились и выскочила вслед за девчонками, чьи шаги слышались уже далеко внизу.
- Где Люська? – наступала на соседа Светка, сжимая свои маленькие кулачки.
- Ничего не знаю, - твердил Яша, припертый к стене огромной грудью Натальи.
- Как ничего, а где ты ее видел?
- Они ее в канализационный люк утащили, - Яша отвечал нехотя, казалось мозги, медленно ворочаясь в его голове, причиняли ему боль.
- Ну и разит же от тебя, - Наталья, наконец, выпустила из своих объятий Яшу.
- А от тебя хорошо, коньячком-с, - Яша облегченно вздохнул и обиженно добавил, - наверное, несколько ребер сломала, – он пощупал бока.
- Радуйся, - Наталья засмеялась, - кто бы тебя еще потискал?
Вдруг Светка закатила глаза и стала тыкать пальцем в сторону улицы. Она беззвучно шевелила губами, и из ее горла вылетали звуки вроде буль-буль, пуль-пуль.
Невольно наши взгляды устремились туда, куда показывала Светка. Во дворе, мигая всеми своими лампочками, стояло НЛО.
- Ну, я пошел, - Яша, было, направился к своей двери. Но Наташка схватила его за рубаху и притянула к себе.
- Нет, ты пойдешь с нами. Будешь заложником.
- Я не могу, - попытался выкрутиться из цепких рук Яша.
- Если родина попросит, – сможешь, а она попросит, ой как попросит, - Наталья больно наступила Яше на ногу.
Тот от боли вскрикнул и завертелся на месте волчком.
- Ради Бога не притворяйся, - устыдила его Наталья, ты должен радоваться, что такая молодая женщина оказывает тебе знаки внимания.
- Я радуюсь, и хочу домой, - он опять сделал попытку высвободиться.
- А это рано, - Наташа взяла дядьку Яшку за руку и заломила ее назад.
- Мы пошли, - храбро сказала она и вышла из подъезда, прикрываясь Яшей, как щитом.
- Куда ты, Наташка, - жалобно запищала Светка, однако, не отставая от нее ни на шаг.
- Мы сейчас посмотрим, там ли Людка.
- Да не там она, - взмолился Яша, - в люке она.
Он указал на откинутую крышку люка и на яму в газоне.
Мы вопрошающе глянули на Наталью, но та только махнула рукой: «Не мешайте, мол».
Она бесстрашно подошла к люку, с которого спускался трап, и толкнула Яшу вперед. Тот начал сопротивляться, но, исчерпав все силы и покорившись, стал понуро взбираться в тарелку. Я и Светка обречено друг другу кивнули и залезли следом.
Внутри НЛО походило на лифт с такими же кнопками, дырочками и решеточками на панелях. По всему периметру имелись маленькие круглые окошечки с толстыми линзами-стеклами. В центре стояли три мягких высоких кресла.
- Три, - быстро посчитал Яша, - значит, один из нас лишний.
- Ничего, постоишь, не маленький, - жестко отрезала Наталья.
Мы со Светкой опять переглянулись, чтобы возразить, об этом и речи быть не могло. Наталья вошла в раж, и теперь ее мог остановить только сам Господь Бог. Но по всему видать, ему сейчас было не до нас.
- Я хочу домой, жалобно застонала Светка и прижалась ко мне, дрожа всем телом.
Я набралась смелости и тихо сказала:
- Ну, ты Наташ, что хочешь, делай, а мы со Светкой пойдем блинков напечем.
- Ты что, ненормальная? – Наталья уничтожающе глянула в мою сторону. – В твоем окружении есть хотя бы один человек, который имел контакты с НЛО.
- Нет, - искренне ответила я, не понимая, куда клонит Наталья.
- А теперь будут. Только кнопку найду.
- Не сметь трогать.
Яша вдруг встрепенулся, отпихнул от себя Наталью и настойчиво повторил:
- Ничего не трогать, я сказал ничего, - и сердито погрозил скрюченным пальчиком, который на глазах стал облезать и превратился в тоненькую зелененькую веточку.
Я схватила за руку Светку и рванула к выходу. Скатившись по трапу и чуть не переломав ноги и руки, мы свалились со Светкой на асфальт, и только там пришли в себя.
Маленькая шаткая лестница стремительно взметнулась вверх, люк захлопнулся, ножки подогнулись, и НЛО, словно кузнечик, поскакало по двору. Сделав несколько прыжков, оно заурчало, и полетело вверх. Завороженные зрелищем, мы ни сразу поняли, что Наташка и Яшка - оборотень остались там.
Расстроенные, мы встали, отряхнулись и понуро поплелись домой.
- Я останусь сегодня у тебя, - жалобно попросила Светка.
- Конечно, - обрадовалась я.
Я не любила одиночества, а сегодня мне особенно не хотелось оставаться одной.
- Пойдем, позвоним твоему рыжему, - предложила я.
- Ага, - Светка обрадовалась и отвлеклась от грустных мыслей.
Когда мы вошли в квартиру, телефон голосил, словно его резали на части.
- Сергей, - предположила Светка и схватила трубку.
Но, услышав первое слово, изменилась в лице, превратившись из миловидной девушки в безобразную кикимору.
- Владик. Ищет Наташку.
Сердце мое оборвалось.
- Что я скажу? - зашипела я на Светку.
Но та только пожала плечами и вручила мне трубу.
Дрожа всем телом, я приложила ее к уху и, слащавым голосом, пропела:
- А-а, Владик, как твое здоровье, дорогой, давно не слышала твоего голоса.
- Где Наталья? - грозно спросил он, не обращая никакого внимания на мой лепет.
- Она в ванной моется, позвать?
- Да уж, будь добра.
Я оторвала трубку от уха и громко крикнула:
- Наташенька, твой Владик звонит, возьмешь трубочку? – и, чуть обождав, обратилась к Владику: - Она говорит, что не хочет тебя знать.
Обычно, услышав такое, или что-нибудь подобное, Владик успокаивался и бросал трубку. Когда Наташка была у меня, он пребывал в спокойствии. Но не сегодня. Его волнение просачивалось через трубку.
- Я хочу слышать ее голос, - настаивал он.
- Но Владик, я же не могу ее заставить с тобой разговаривать, ты ей неприятен.
- Не морочь мне голову, - наконец вскипел Владик. - Что у вас там происходит?
Светка не выдержала препирательства, выхватила у меня трубку и, зажмурив глаза, на одном дыхании выпалила:
- Инопланетяне ее утащили и Люську тоже.
В трубке вдруг воцарилось молчание. И когда послышался шум выдыхания воздуха и отборная брань, я поздравила себя, потому что испугалась, что Владик плюхнулся в обморок, и убился об какой-нибудь угол в своей квартире.
Излив на нас весь свой словесный запас, Владик сказал, что сейчас приедет, и бросил трубку.
Чтобы убить всех мужиков разом, мы решили позвонить рыжему, возлюбленному бывшей жены Светкиного хахаля, с которым, кстати, она встречалась вот уже четыре года.
В мягких, «постельных» тонах, она объяснила ему, то если тот не будет следить за нравственным поведением своей дорогой и категорически любимой, то может лишиться ее, так как бывшие супруги потаскавшись на стороне, может быть, уже устали и готовятся соединиться. Рыжий стойко выслушал Светкины излияния и согласился объединиться с ней в борьбе за общее счастье.
Я слушала разговор и жестами помогала подруге подбирать нужные слова и фразы.
Когда с этим делом было покончено, решено было позвонить Киру, Люськиному ухажеру и сказать ему, что та у инопланетян.
Кир отреагировал очень сдержанно. Наверное, в их секте все мужики такие твердолобые. Единственное, чем он поинтересовался, это не прихватила ли с собой Люська акции и облигации.
На что Светка с жаром ему ответила:
- Забрала все до единой, драгоценности тоже, книжку на предъявителя, а квартиру на меня переписала.
На том разговор с Киром и оборвался. Светка виновато пожала плечами, но я одобряюще кивнула и стала крутить диск, набирая номер своего Толика. Наши отношения были сложными. Я при всей своей порядочности и склонности к однолюбству ухитрилась изменить ему, поехав кататься на теплоходе с молоденьким морячком, который в море оказался не таким привлекательным, как на суше.
Трубку снял он и в обычной своей манере предложил мне с ним переспать, впрочем, не надеясь ни на стабилизацию, ни на улучшение взаимоотношений.
- Как кошечка с собачкой, - он злил меня специально.
- Ты не понимаешь, - вяло отбивалась я, - Конец Света, он разрушит все, не только нашу любовь, но и этот мир. Мы не должны быть меркантильными.
- Ну и приезжай, погибнем вместе, в один день и в одной постели.
- Ты все шутишь, - я понимала, что надеюсь зря. Но все еще упиралась.
- А почему ты все же не хочешь приехать? – наконец серьезно спросил Толик.
Я через плечо глянула на Светку и шепотом сказала:
- Не могу, у меня Светка, а Люську с Наташкой инопланетяне утащили.
После этого в трубке сразу прекратилась жизнь. Молчание длилось долго, или мне это только показалось. Во всяком случае, когда он заговорил, прошло не менее десяти минут.
- Почему ты так долго молчал? – жалобно спросила я, готовая разрыдаться.
- Я листал справочник фельдшера и смотрел, подходят ли твои симптомы к диагнозу шизофрения.
- Ну, и…? - вяло поинтересовалась я.
- Вполне, - успокоил Толик. – Ты что, так тяжело переносишь свою вину?
- Ага, - соврала я.
- Тогда придется ехать мне. Скажи Светке, чтобы никаких таблеток тебе не давала. Шизофрения не такая уж и тяжелая болезнь, если в начальной стадии. Что с собой прихватить?
- Прощение, - я заплакала.
- Договорились, - Толик по привычке чмокнул меня в трубку и отключился.
- Что? – Светка от нетерпения чуть не лопнула.
- Я его сделала, - радостно сказала я и победно вскинула руки вверх.
Тут в дверь позвонили, и на пороге появился запыхавшийся Владик.
- Где она? - раздраженно крикнул он и бросился шарить по квартире.
- Нету, - пожала плечами Светка.
- Знаю, что нету, поэтому и пришел убедиться своими глазами. С кем она? Петей, Федей?
- С инопланетянином Яшей.
- Значит, Яшей, где он живет?
- На первом этаже, - я сказала и ужаснулась: «А правда, где сосед - то, и был ли тот сосед человеком, и кто улетел с Наташкой, надо же было проверить. А мы, две клуши, сидим тут и накручиваем телефонный диск. Может, надо было и в милицию позвонить. Нет, теперь точно бы в дурдоме сидели. Сами разберемся».
- Я схожу, - вдруг спокойно сказал Владик и пошел вниз.
Естественно, мы со Светкой отправились следом.
Дядя Яша открыл дверь и, как ни в чем не бывало, радостно поздоровался с нами.
- Этот? – изумился гладкий и холеный Владик, глядя на тщедушного, неопрятного и совсем не молодого дядю Яшу.
- Ага, - ответили мы со Светкой одновременно.
- Не может быть, - отмахнулся Владик.
- Он, - не унималась Светка.
- Ничего не поделаешь, - сокрушенно сказал Владик и взял дядю Яшу за бретельки майки. – Где Наташка? – рявкнул он тому в ухо и аккуратно потряс его. Но только так, чтобы сосед не дай Бог, не рассыпался.
- Не знаю такой, - испугался Яша и захлопал глазами, словно лебедь перьями.
- Не знает, - Владик отпустил Яшу и повернулся к нам, - а я ему почему-то верю.
Мы со Светкой в который раз переглянулись и поняли, что теперь не верят нам.
- Мы сейчас пойдем ко мне, и обсудим сложившуюся ситуацию, - предложила я.
Надо отдать должное, Владик не стал упираться и устраивать истерики, хотя по всему видно, он уже давно был готов взорваться. Молча, мы поднялись на мою площадку и вошли в квартиру. Всю дорогу я сочиняла версии отсутствия Наташки, но в голову лезла только чепуха, типа: «Она у любовника, они с любовником, любовник ее…». Эту тему можно было развивать бесконечно, но не этого ждал Владик, и тогда я решилась на крайность.
- Она решила покончить жизнь самоубийством, - сказала я и исподлобья глянула на Светку, которая от сказанного чуть не рухнула в обморок.
- И вы тут разглагольствуете? – ужаснулся Владик и обессилено упал в вовремя пододвинутое кресло.
- А что мы могли? – развела руками Светка, - она сама залезла в эту чертову тарелку.
Я смерила болтунью взглядом и та сразу умолкла.
- Вы меня с ума сведете, - Владик зажал голову ладонями и начал тихо постанывать.
Наверное, он бы побил нас или сделал, что ни будь похуже, но тут раздался звонок в дверь. Наконец пришел Толик. Он внимательно глянул мне в глаза и протянул торт и маленький букетик фиалок.
- Надеюсь, кроме тебя, больше сумасшедших нет? – сострил он, но тут же изменился в лице, заслышав дикий рев Владика.
- Я опоздал, - искренне расстроился Толик, - зараза шизофрении стремительно расползается по стране.
- Я ничего ему, такого, не сказала, - поморщилась Светка, когда мы прибежали на крик, - только пыталась объяснить, что она сама залезла в НЛО, и еще нас принуждала.
Я сердито глянула на балаболку и покачала головой.
- Да, - протянул Толик, укоризненно оглядывая собравшихся, - я думал тут игра, а тут все гораздо хуже.
В дверь опять позвонили. Я собрала все свое мужество и открыла.
На пороге стоял Светкин Серега. Глаза его горели, руки были в крови, а рубаха в нескольких местах разошлась по швам. Из кармана брюк торчал большой охотничий нож.
Он небрежно отодвинул меня в сторону и стремительно вбежал в квартиру. Спустя несколько минут, перепугано завизжала Светка, потом послышались звуки борьбы. Когда я вбежала в комнату, Сергей лежал на полу, верхом на нем сидел Толик. Подруга, забившись в угол комнаты и покрывшись испариной, дрожала мелко и часто, с небольшими перерывами на вдох и выдох.
- Он хотел ей сказать, что она не права, - пояснил мне сцену Владик.
- Этот, рыжий, он проколол мне шины на машине и кидался на меня с ножом, - сдавленным голосом проговорил Сергей и закашлялся, - я не собирался бросаться на Светку с ножом, я хотел спросить, что она ему наговорила.
- Я ничего ему не говорила, - всхлипнула Светка, - и вообще, это она мне посоветовала.
Я вжала шею в плечи и подумала, что моя доброта всегда обходится мне боком. Не пускала бы я Наташку периодически жить к себе, не выслушивала бы теперь истерики Владика, и не советовала бы Светке позвонить рыжему, не было бы поножовщины. А с другой стороны, у меня свои заморочки. Мой Толик пришел мириться, а тут толпа.
Я оглядела компанию, скосилась на Светку и ничего не нашла лучше, как пойти и приготовить на всю ораву ужин.
За едой первым слово взял Толик. Кажется, он единственный не потерял присутствие духа и способность трезво оценивать обстановку. Он внимательно выслушал мой рассказ, в котором я честно рассказала и о Люське, и о Наташке, и о Яше, который оказался инопланетянином, и о тарелке, запрыгавшей кузнечиком, как только мы со Светкой оказались снаружи. Владик, прослушав повествование от начала до конца, начал догадываться, что мы не спятили, и что его ненаглядная, возможно, сбежала на заморском лимузине с иностранцем за кордон. Переубеждать его мы не стали, потому что эта версия была к правде ближе всех. Сергей, пока мы докапывались до истины, помирился со Светкой и уже зажимал ее в кресле вместо того, чтобы поглощать маленькие котлетки, которые я наспех приготовила в микроволновке. Толик же больше не переживал за мое здоровье, поскольку понял, что мой случай неизлечим и тут уже ничем не поможешь.
Тем временем на город пала ночь. Такого темного, безлунного и беззвездного неба я не видела давно. С момента исчезновения последней планеты прошло почти пять часов, но Земля не пропадала. Она только погрузилась во мглу и зажила своей ночной жизнью.
Немного посовещавшись, компания решила отложить все проблемы на утро. Кто знает, может быть завтра уже не будет, зачем тогда зря шевелиться?
Кое-как разместившись на застекленном балконе, кухне и единственной комнате, мы пожелали друг другу спокойной ночи и нового утра.
Спустя час, ворочаясь в постели и беспрестанно толкая спящего Толика, я поняла, что не засну. Да и как можно было спать? Девчонки пропали, а Земля должна была исчезнуть и не оставить следа. Я слегка откинула одеяло и выскользнула из постели. На мгновенье, залюбовавшись распростертым на белых простынях телом Толика, я подумала, что ребенок, которого мы могли бы родить, был бы так же прекрасно сложен, как и он. Толик, почувствовав взгляд, пошевелился и повернулся на бок, представив моему взору круглую попку. «Такая бы была и у моего сыночка, - с жалостью подумала я и, найдя разбросанные тапочки, поплелась на кухню». В темноте я залезла в холодильник, достала маленькую котлетку, оставшуюся с ужина, и уже было, собралась запихнуть ее в рот, как почувствовала на своем голом плече с тонкой бретелькой ночнушки чью - то руку. Не теряя присутствия духа, я с бьющимся сердцем повернулась к неизвестному и обнаружила за спиной Владика.
- Тьфу, я совсем забыла, что ты тут спишь, - с облегчением вздохнула я.
- Ирка, переходи ко мне жить, я давно к тебе приглядываюсь, - жалобно промычал Владик и схватил меня за талию.
Я тихо, стараясь не шуметь, нащупала на столе кружку и слегка долбанула Владика по голове. Кружка крякнула и рассыпалась. Владик обиженно заскулил и свалился на свою раскладушку.
- Я к тебе с серьезными намерениями, - проговорил он, выбирая белые осколки из вьющихся волос.
- А я тебе серьезно и ответила, - я отрезала себе ломоть хлеба и надкусила бутерброд.
- Ну, а мне то дашь поесть? – взмолился Владик.
- А Наташка тебя по ночам кормит? – я подозрительно глянула на подтянутый живот Владика.
- Нет, - чистосердечно признался тот.
- Ладно, тогда покормлю, - почему-то сжалилась я, - но только, чтобы больше никаких глупостей.
Владик покорно кивнул. Мы сели за стол друг против друга и стали жевать холодный бутерброд по очереди. Он с одного конца, я с другого. После того, как бутерброд поглотился нашими желудками, Владик вдруг выпучил глаза и начал икать. Пришлось налить ему молока.
- Ты растолстеешь, и мне придется перед Наташкой оправдываться, - я плеснула и себе молока.
- Хорошо вам, толстушкам, едите все подряд, а нам приходится все время фигуру поддерживать, у меня от этих диет уже вся психика расшатана.
- Красота требует жертв, ты у нас кто? Мистер фигустер, вот и поддерживай имидж, а то девки любить не будут.
- У меня же Наташка, - развел руками Владик.
- Знаю я, - подмигнула я и глянула в окно.
На тротуаре, на прежнем месте стояла старая знакомая, инопланетянская тарелка.
- А-а-а, - закричала я от возбуждения и, в чем была, выскочила из квартиры.
Владик бросился за мной и даже на третьем этаже перегнал меня. У тарелки он грохнулся на колени и заорал на весь двор, будя спящих и пугая прохожих.
- Наташка, выходи, - потребовал он, - я знаю, что ты здесь.
Я встала сзади, стараясь не мешать. Мимо проехал мужик на велосипеде. Он смотрел на тарелку, не отрываясь, и, проезжая мимо, чуть не сбил меня с ног.
- Смотреть надо, - крикнула я безобразнику.
- Вот я и смотрю, - ответил тот и свалился с велосипеда.
- Съемки что ли идут? – велосипедист поднял свою машину и, разинув рот, уставился на тарелку.
- Иди отсюда, – посоветовала я ему, - не мешай, сейчас объяснения будут, может быть даже с дракой.
- Не может быть, - свистнул мужик и еще больше раскрыл рот.
В это время люк открылся и из него выплыла Наташка, только какая - то странная, совсем не такая, какой я ее знала. Похудевшая, гладко причесанная, она выглядела помолодевшей и похорошевшей.
- Наташка, - опять заревел Владик, - я все тебе прощу.
Наташка глянула на Владика, как на сумасшедшего, и четко, хорошо поставленным голосом, сказала:
- Иди Владик, я больше тебе не принадлежу.
Челюсть у Владика задрожала и отвалилась. Он недоуменно уставился на жену.
- Наташ, ты теперь куда? – жалобно произнес он, - домой или к Ирке?
- Я теперь здесь живу, - Наташка любовно глянула на тарелку и погладила обшивку. В это время люк за спиной с шумом закрылся, тарелка встряхнулась, и Наташка свалилась к нашим ногам. Если бы ни вовремя подскочивший велосипедист, она, наверное, разбилась. Пока мы отхаживали несчастную, тарелка несколько секунд попрыгала на месте, тихо завелась и, не прощаясь, взмыла в небо. - Ну и дрянь, - всхлипнула очнувшаяся от столбняка Наташка.
- Вот и хорошо, вот и хорошо, - затараторил Владик, - я тебе никогда об этом не вспомню, - он поднял Наташку на руки и понес ее в квартиру.
- Александр, - представился велосипедист и протянул мне руку, когда мы остались одни.
- Ира, - только сейчас я почувствовала, что мне прохладно.
Я вдруг вспомнила, что стою в одной рубашке и босиком.
- Какая прыткая, - восхитился Александр совершенно не замечая моей наготы. – Раз и в небо, вот это да.
Я кивнула и совершенно в расстроенных чувствах поплелась домой.
Там естественно, уже никто не спал. Наташка закрылась в ванне и выла так, что я сначала подумала, что у меня полетели прокладки в кране. Под дверьми стоял Владик и требовал, чтобы она открыла. Он грозился вынести дверь и так, наверное, и сделал бы, если бы вовремя не подоспела я и не предупредила дебошира, что размажу его по паркету, если он притронется к моей двери. На что получила не менее исчерпывающий ответ.
Толик, Светка и Серега сидели в комнате и молча таращились, то на меня, то на друг - друга.
- Откуда она такая прилетела? – попытался выяснить правду Сергей.
- С гулянок, - пожала плечами я, - телевизор кто-нибудь слушал?
Троица отрицательно и почти синхронно покачала головами.
- Могли бы и послушать.
Я включила телевизор и стала ждать новостей, которые выходили в эфир каждые полчаса.
И действительно, через несколько минут появилась заспанная тетя и поведала нам о следующем. Оказывается, пока мы тут жевали собственные проблемы, Земля вошла в какую то другую фазу, сошла с орбиты, поменяла полюса, сместила экватор и ось и полетела в тартарары. Что теперь, собственно говоря, и продолжала делать.
Известие никак не отразилось на поведении нашей компании, которая решила, во что бы то ни стало, выяснить отношения между собой до конца.
Неизвестно из-за чего начали ругаться Светка и Сергей. Кажется, он опять вспомнил о своих проколотых шинах. Только мой Толик оказался благодушным и снисходительным. Единственное, он спросил, зачем я ему изменила и была ли в этом необходимость. На что я ответила, что очень хотела за него замуж, а он не предлагал, зато другой позвал сразу же. Против такой правды не устоял бы, наверное, самый закаленный мужчина. А мой Толик и подавно.
Наташка вышла из ванны только к утру. Зареванная и опухшая, она устало добрела до дивана и брякнулась на него со всего размаха. Я зажмурилась, потому что решила, что сейчас или ножки отвалятся, или пол рухнет. Измочаленный бессонной ночью, подгреб Владик и скромно примостился рядом. Я покачала головой и вопросительно поглядела на Толика, ведь ребята заняли нашу кровать, не спросясь, однако.
- Слава Богу, успокоились, - махнул рукой Толик и пошел на кухню.
И тут зазвонил телефон. Я схватила трубку, едва не разбив аппарат.
- Ирка, Ирка, - услышала я голос Люськи, - посмотри в окно, ты, когда ни будь, такое видела?
Я бросила трубку и помчалась к окну. То, что я увидела, было сверх моего понимания. На голубом небе висели разноцветные планеты разного размера. Я пересчитала планеты и обнаружила, что их не восемь, как положено, а тридцать четыре. Все они выстроились почти в одну линию и вереницей уходили далеко за горизонт.
- Это же Парад планет, - изумился Толик за спиной.
- Да много их что-то, - Сергей схватил трубку, - Люська, где ты все это время была?
- Потом, - крикнула она, - потом расскажу, - и где-то в глубине трубки послышался ее заразительный смех.
- Тише, - крикнула Светка из комнаты, и мы бросились к телевизору.
Молодая, модная дикторша, с непроницаемым лицом, объяснила нам, что Земля, влетев в черную дыру вслед за остальными планетами, оказалась совершенно в другой Галактике, которая теперь насчитывает пятьдесят две планеты, тридцать четыре из которых можно в настоящий момент наблюдать на небосводе без специальных приспособлений. Выслушав сообщение, мы опять бросились к окну. Это, несомненно, были они, новые и неизведанные, даже без названий. Они притягивали взор и давали надежду. Каждый, глядя на небо, переживал в данный миг свои мгновения полета и отрыв от реальности. Для любого это событие стало новым витком собственной жизни, такой маленькой и незначительной на планетарном уровне. Кто знает, какие открытия ждут нас впереди. А вдруг, все планеты до единой обитаемы? И тогда не стоит цепляться за этого Толика, потому что мой, единственный, может быть, на той, самой большой и прозрачной планете. И Бог принес меня к нему потому, что я этого заслужила? И наоборот, если представить, что мы опять одни, и эти планеты мертвы? И все же, как бы оно там не было, мы уцелели, все мы, люди Земли, такие странные, такие импульсивные и такие неповторимые. Она, наша планета, пройдя через черный туннель, сохранила нам жизнь, потому что мы ее дети, мы ее часть, и мы были бы против, если бы она мчалась в другую Галактику, позабыв о том, что есть мы: такие глупые, такие разобщенные и такие родные друг другу. Потому что даже во время Конца Света представители этой планеты ухитрились перетрепать друг другу нервы, поссориться, помириться, не обращая внимания на то, что с небосвода пропали планеты, а потом появились, и их стало гораздо больше. И в сущности, если разобраться, какое нам дело до вселенских катаклизмов, когда мы в своей - то семье навести порядок не можем!