«Лен, я сегодня задержусь. Совещание затянулось».
Елена смотрела на экран телефона, сидя в машине напротив офиса мужа. Сообщение пришло десять минут назад. А Сергей вышел из здания двадцать минут назад - она видела его своими глазами. Садился в свою серую «Тойоту», заводил, уезжал в противоположную сторону от дома.
Она положила телефон на сиденье. Руки слегка дрожали - не от холода, хотя мартовский вечер был промозглым. От того, что происходило что-то неправильное. Что-то, чего она боялась признать вслух даже самой себе.
Елена завела машину и поехала домой. По радио играла какая-то песня, но она не слышала слов. Только гудение в голове - он соврал. Опять соврал.
Дома она разогрела вчерашний суп, поставила чайник. Села за стол и начала вспоминать. Когда это началось? Месяц назад? Два? Три?
«Совещание». «Клиент задержал». «Пробки адские». «Документы срочные доделывал». Каждый день новая причина. Раньше Сергей приезжал в семь, максимум в половину восьмого. Теперь - в девять, в десять. Один раз в половине одиннадцатого приехал.
И всегда эти сообщения. Заранее. Будто он предупреждал, чтобы она не волновалась. Или чтобы не начала проверять.
Чайник закипел, но Елена не двигалась. Сидела и смотрела в одну точку.
Они познакомились семь лет назад на корпоративе общих знакомых. Он работал юристом, она - бухгалтером. Сергей весь вечер пытался заговорить с ней, неловко шутил, рассказывал про свою работу. Она смеялась над его шутками, хотя половина были совсем не смешными.
Через полгода они съехались. Еще через год - свадьба. Простая, без пафоса - их друзья, родители, зал на пятьдесят человек. Они танцевали под «А я милого узнаю по походке», и Сергей шептал ей на ухо: «Я буду любить тебя всегда. Обещаю».
Первые годы были хорошими. Обычными. Работа, дом, выходные на природе. Летом ездили на море, зимой - на дачу к его родителям. Планировали детей - но как-то не получалось. Врачи говорили - все в порядке, просто время нужно.
А потом что-то изменилось. Елена не могла точно сказать когда. Может, после Нового года. Или в конце осени. Сергей стал задерживаться. Сначала раз в неделю, потом два, потом почти каждый день.
«Работы много», - объяснял он. - «Контракты новые подписываем, некому делегировать».
Она верила. Почему бы не верить? Он же всегда был ответственным, въедливым. Мог полночи проверять договор, если находил несоответствие.
Но что-то было не так. Елена чувствовала это нутром. Женская интуиция - называй как хочешь. Что-то изменилось.
Телефон. Раньше Сергей спокойно оставлял его на столе, на диване, в ванной. Теперь - всегда с собой. Даже в туалет брал. Один раз Елена спросила - можно твой телефон взять, свой разрядился, маме позвонить надо. Он дернулся, будто ужаленный.
«Возьми свой, зарядись», - сказал он быстро. - «Мне самому сейчас звонить нужно».
Тогда она не придала значения. Но теперь вспоминала каждую деталь.
Телефон всегда с собой. Совещания до ночи. Опоздания. И еще - запах. Раньше Сергей пах своим одеколоном, простым, древесным. А последние месяцы - чем-то сладким, цветочным. Будто он проходит мимо парфюмерного магазина и обдает его облаком чужих духов.
Елена встала, выключила чайник. Налила воду в кружку, опустила пакетик. Смотрела, как вода темнеет.
Может, она параноит. Может, и правда работы много. Может, духи - это просто коллега новая, которая переборщила с парфюмом в офисе. Всякое бывает.
Но тогда зачем врать про совещание? Если ты действительно на совещании - зачем выходить из офиса в шесть, а писать, что задерживаешься?
Елена отпила чай - обжигающий, горький. Не добавила сахар.
Надо проверить. Точно узнать. Иначе она сойдет с ума от этих мыслей.
На следующий день Елена ушла с работы пораньше - сказала начальнику, что голова болит. Не соврала - голова действительно раскалывалась с утра. Села в машину, поехала к офису Сергея.
Припарковалась через дорогу, так чтобы видно было выход. Час сидела. Два. Люди выходили, садились в машины, уходили пешком. Сергея не было.
В половине седьмого он появился. Вышел с какой-то женщиной - блондинка, высокая, в бежевом плаще. Они о чем-то говорили, смеялись. Сергей показал что-то на телефоне, она кивнула.
Елена сжала руль. Просто коллега. Обычный разговор. Ничего особенного.
Женщина ушла направо. Сергей постоял, закурил. Он бросил курить три года назад - Елена помнила, как он мучился, жевал жвачки, грыз семечки. А сейчас стоял и спокойно курил, будто никогда и не бросал.
Докурил, бросил окурок, сел в машину. Елена завела свою, поехала за ним на расстоянии. Сердце стучало где-то в горле.
Сергей поехал не домой. Свернул на улицу Ленина, потом на проспект Мира. Елена держалась в двух машинах позади. Он не смотрел в зеркала - ехал спокойно, уверенно.
Остановился у нового жилого комплекса на окраине. Припарковался, вышел. Вошел в подъезд третьего дома.
Елена подождала минуту, потом тоже вышла. Зашла в подъезд - чисто, свежий ремонт, пахнет краской. На стене домофон - двадцать квартир. Лифт на четвертом этаже.
Она постояла внизу, глядя на панель лифта. Четвертый этаж. Пять квартир на этаже. Какая из них?
Не важно. Важно то, что он здесь. В чужом доме. А ей пишет - «совещание затянулось».
Елена вышла из подъезда, села в машину. Руки тряслись так, что не могла вставить ключ в замок зажигания. Три раза промахнулась.
Наконец завелась. Поехала домой.
Дома легла на диван, не раздеваясь. Лежала и смотрела в потолок. Телефон завибрировал - сообщение от Сергея.
«Лен, задержусь еще часа на два. Документы доделать надо. Поешь без меня».
Она не ответила. Просто смотрела на экран, пока он не погас.
Сергей приехал в половине одиннадцатого. Елена сидела на кухне с чаем. Он вошел, поцеловал ее в макушку.
«Привет. Устал как собака. Поесть есть что-нибудь?»
«В холодильнике плов».
Он разогрел, сел напротив. Ел и рассказывал про работу - новый контракт, сложный клиент, нужно все перепроверить три раза. Елена кивала, молчала.
«Ты чего такая тихая?» - спросил он.
«Голова болит».
«Таблетку выпей. Я после душа сразу спать пойду, мертвый совсем».
Он ушел в ванную. Елена сидела на кухне и слушала шум воды. Думала - спросить сейчас? Высказать все, что накипело? Или подождать? Собрать больше доказательств?
Нет. Не сейчас. Надо точно узнать. До конца.
На следующий день она позвонила на его работу - секретарю, Ольге. Они были немного знакомы, пару раз виделись на корпоративах.
«Оль, привет. Слушай, у меня вопрос. Сергей вчера до ночи сидел на совещании?»
Пауза.
«Какое совещание? Вчера совещаний не было. Он в шесть ушел, как обычно».
«Точно?»
«Абсолютно. Я последняя ухожу, знаю кто когда уходит. А что случилось?»
«Нет, ничего. Спасибо».
Елена положила трубку. Села на стул. Значит, врет. Не то что она подозревала - врет точно. Каждый день.
Вечером Сергей снова задержался. Написал в восемь - «еще пара часов работы». Елена не стала следить за ним. Просто сидела дома и ждала.
Он приехал в одиннадцать. Веселый, довольный. Принес пакет с суши.
«Смотри, купил твои любимые. Филадельфия, калифорния. Давай поедим».
Они сидели на кухне, ели суши. Сергей рассказывал про коллегу, который перепутал цифры в договоре и чуть не сорвал сделку. Смеялся, размахивал палочками.
Елена смотрела на него и думала - как он так может? Смотреть в глаза и врать. Улыбаться, шутить, покупать суши. Будто ничего не происходит.
«Сереж, а почему ты так часто задерживаешься последнее время?»
Он дожевал ролл, пожал плечами.
«Ну я же говорю - работы навалом. Новый проект, всех на уши поставили».
«Ольга говорит, совещаний не было».
Он замер. Палочки застыли на полпути ко рту.
«Ты звонила на работу?»
«Звонила».
«Зачем?»
«Проверить».
Он положил палочки, откинулся на спинку стула.
«Лен, ты серьезно? Ты за мной следишь теперь?»
«Я не слежу. Я спросила у секретаря».
«Это и есть слежка».
«Нет. Слежка - это когда я вчера за тобой ехала и видела, как ты заехал в дом на проспекте Мира».
Тишина. Сергей побледнел. Открыл рот, закрыл. Потом медленно встал.
«Это не то, что ты думаешь».
«А что это?»
«Там... там живет мой друг. Я к нему заехал».
«Какой друг?»
«Ты не знаешь. Мы давно знакомы, он попросил помочь с документами».
Елена засмеялась. Нервно, истерично.
«Документы. Конечно. Поэтому ты курить начал опять? Поэтому телефон к себе на цепи приковал? Поэтому каждый день вранье про совещания?»
«Я не вру».
«Врешь. Каждый день, каждое слово - вранье».
Сергей стоял посреди кухни, сжав кулаки. Лицо красное, шея напряжена.
«Хорошо. Хочешь правду? Да, я встречаюсь с другой. Два месяца уже. Потому что с тобой невозможно жить».
Елена смотрела на него. Слова долетали будто издалека, через вату.
«Невозможно жить?»
«Да. Ты превратилась в контролера. Все проверяешь, везде лезешь. Я устал от этого».
«Я проверяю, потому что ты врешь».
«Я вру, потому что ты душишь меня своим контролем».
«Я не душу. Я просто хочу знать, где мой муж».
«Вот именно - МОЙ муж. Как будто я твоя собственность».
Елена встала. Медленно, спокойно.
«Убирайся».
«Что?»
«Собирай вещи и убирайся. Сегодня».
Сергей шагнул к ней.
«Лен, подожди. Давай поговорим нормально. Я не то хотел сказать».
«Ты именно то и хотел сказать. Что я виновата в твоей измене. Что это я довела тебя до другой женщины».
«Нет, я не так выразился».
«Именно так. И знаешь что? Я устала. Устала ждать тебя по вечерам. Устала слушать вранье про совещания. Устала нюхать чужие духи на твоей рубашке».
«Лен...»
«Уходи. Сейчас же».
Он стоял, не двигаясь. Потом резко развернулся и пошел в спальню. Елена слышала, как он открывает шкаф, бросает вещи в сумку. Что-то упало, покатилось по полу.
Через двадцать минут он вышел с сумкой в руке. Остановился в дверях кухни.
«Мне некуда идти».
«К своей новой подруге сходи. Она на проспекте Мира живет, кажется».
«Елена, ты не понимаешь».
«Я все понимаю. Ключи положи на тумбочку».
Он швырнул ключи так, что они со звоном упали на пол. Хлопнула входная дверь.
Тишина.
Елена стояла посреди кухни. Недоеденные суши на столе. Две чашки чая. Его палочки, брошенные на тарелку.
Она медленно опустилась на стул. Слезы не шли - внутри была пустота, звенящая и холодная.
Значит, все правда. Не показалось, не приснилось. Он встречается с другой. Два месяца. Все это время врал, изворачивался, обвинял ее.
Телефон завибрировал. Сообщение от Сергея.
«Прости. Я дурак. Мне нужно время подумать».
Она удалила сообщение не читая.
Неделя прошла как в тумане. Елена ходила на работу, возвращалась домой, ложилась спать. Сергей звонил - она не брала трубку. Писал - она не отвечала.
Его мать приезжала - Тамара Ивановна, грузная женщина с крашеными волосами.
«Леночка, ну что вы натворили? Сережа совсем убитый ходит».
«Пусть к своей подруге идет утешаться».
«Какая подруга? Это все ерунда, мужская слабость. Вы же семья, надо прощать».
«Я не прощу».
«Леночка, ну подумай о будущем. Вам же вместе жить».
«Нет. Мне с ним не по пути».
Тамара Ивановна еще что-то говорила, но Елена не слушала. Проводила свекровь, закрыла дверь.
Через месяц пришли документы на развод. Елена подписала не глядя. Отнесла в загс, отдала.
Через три месяца развод был оформлен.
Елена сидела в кафе с подругой Мариной, пила кофе. Марина рассказывала про новую работу, про начальника-самодура, про коллегу, который пытался с ней флиртовать.
«А ты как? Справляешься?» - спросила Марина.
«Справляюсь».
«Не жалеешь?»
Елена посмотрела в окно. За стеклом шел дождь, люди бежали под зонтиками.
«Нет. Жалею только, что не выгнала раньше. Как только почувствовала, что что-то не так».
«Интуиция, значит, не подвела».
«Никогда не подводит. Просто мы иногда не хотим ее слушать».
Марина кивнула, отпила кофе.
«Ну и правильно, что выгнала. Нечего с враньем мириться».
«Вот именно».
Они допили кофе, расплатились, вышли под дождь. Елена подняла воротник куртки, улыбнулась подруге.
«Пойду. Увидимся на выходных».
«Давай. Держись там».
Елена шла под дождем и думала - да, держится. И будет держаться. Потому что жизнь не закончилась. Просто один этап закрылся, начался другой.
Дома она заварила чай, села у окна. Смотрела на дождь, на мокрые деревья, на серое небо.
Завтра на работу. Послезавтра встреча с юристом - делить квартиру, машину. Через месяц - отпуск, поедет к маме в Сочи. Море, солнце, новые впечатления.
Все будет хорошо. Обязательно будет.
Елена отпила чай и закрыла глаза. Впервые за долгие месяцы внутри было спокойно.